Песня сердца

– Ты слышала только половину разговора.

– Этого хватило.

– Ты не знаешь, о чем мы говорили вначале. А я сказал, что люблю тебя и хочу на тебе жениться.

– Вранье, – неуверенно пробормотала она и посмотрела на Брэда с немым вопросом. Они стояли друг против друга, глаза – в глаза.

Бред протянул руку, чтобы поправить ее спутавшиеся волосы, и неожиданно смешался. Неизвестно, кто сделал первый шаг, но в следующее мгновение они бросились друг к другу в объятия.

– Боже мой, Шелби, я боялся, что уже никогда не найду тебя.

– А я хотела, чтобы нашел. Я не могла остаться, потому что… Но я не перенесла бы этого, – лепетала она бессвязно.

– Я люблю тебя.

– Ты должен поверить мне…

– Да.

– Когда я говорю, что люблю тебя, – ласково договорила она.

– Мне кажется, я полюбил тебя сразу, как только увидел твою фотографию. Я буду любить тебя, что бы ни случилось.

Он обнял и привлек ее к себе. Так они и стояли у огня, оттаивая от холода и одиночества.

– Расскажи мне сейчас всю правду. Это важно.

Шелби путалась в словах, теряла нить событий, и Бред не дослушал ее, привлек к себе ее головку и поцеловала Шелби закрыла глаза, упиваясь ласками его губ, чувствуя кожей его теплое дыхание. Она сама нашла его рот, и Бред подчинился силе ее поцелуя.

– Сейчас не время и не место, Шелби, – шептал Бред, целуя нежную ямку внизу шеи. – Я очень люблю и хочу тебя.

Она ласково провела ладонью по его щекам и опять поцеловала.

– Я знаю.

Бред быстро расстелил одеяла поближе к огню и увлек Шелби на это простое ложе.

Он нежно поцеловал лоб, закрытые веки, щеки и вернулся к губам, чтобы выпить ее, такую пьянящую и сладкую. Горячий поток подхватил и понес Шелби в головокружительном наслаждении. Медленно раскрылись губы навстречу его рту. Чуткие пальцы больших сильных рук, едва касаясь, ласкали нежную кожу шеи и теплых плеч, задержались на груди, скользнув по стройной талии, устремились ниже. Он осторожно подтянул ее к себе, снова завладел ее ртом, затем, прижавшись жаркими губами к ложбинке между грудями, приподнялся над нею – и одним движением тесно прижался к ней.

Шелби пронзило сладостное наслаждение… Он услышал приглушенный стон и почувствовал, как она дрожит всем телом в мучительном ожидании…

Они лежали обнявшись. В восторге, который они пережили сейчас, притворству не могло быть места.

Бред повернулся на бок и заглянул ей в глаза:

– Я хочу тебя спросить кое о чем. Шелби ждала этого вопроса.

– Твоя тетушка Энн…

– Она не тетушка мне, а жена дяди Джо. Мы никогда не встречались. О ней я узнала только из писем Уинтер. И хорошо, что мы не знакомы. Надеюсь, что теперь, когда Уинтер спасена, дяде Джо хватит разума порвать с этой женщиной.

– Помнишь ту ночь у костра, когда ты пела колыбельную? Ты сказала, что эту песню пела тебе твоя мама. А я все никак не мог вообразить Энн Степлтон, поющую колыбельную.

– Я познакомлю тебя с мамой. Она очень похожа на дядю Джо и внешне, и по характеру. Она тебя полюбит.

– Ты уверена? Я ведь увезу тебя далеко от нее.

– Мама сама сбежала с моим отцом, и они были очень счастливы. Мы будем навещать ее. Поверь, она полюбит тебя.

– Итак… ты все-таки Шелби.

– Да, – улыбнулась она. – А Уинтер далеко отсюда. Я надеюсь, она тоже счастлива. Если мои расчеты правильны, она уже должна стать женой Грэга Филлипса. Дядюшка, конечно, не предполагал, что у нас все так получится. Он постарался хорошенько защитить меня от неожиданностей. Дядя Джо переоценил всех нас троих и явно недооценил тебя.

– Между прочим, он послал телеграмму, чтобы предупредить тебя о моем появлении на сцене.

– Телеграмму?

– Да, – засмеялся Бред. – Вам послали телеграмму в Канзас-Сити, но вы уже уехали, и местный почтальон буквально умолял меня захватить ее для вас, леди.

– И ты оказался настолько добрым, что согласился. – Шелби рассмеялась.

– Не столько добрым, сколько предусмотрительным. Это было самое удачное совпадение в моей жизни. Спасибо твоему дядюшке.

– Он хотел как лучше.

– Я в самом деле ему благодарен. Он выбрал лучший способ, чтобы защитить тебя. Но, похоже, теперь мне придется подумать о том, как защитить себя.

– Ты о Джаспере? Он ласков, как котенок.

– Этот малыш уже однажды приласкал меня.

Шелби засмеялась:

– Бред… ты сейчас веришь мне?

– Я верю в нас. Наше счастье – только об этом я беспокоюсь. Я думаю… может быть, мне стоит вернуть деньги?

– Но твое ранчо…

– Что-нибудь придумаю.

– Ты заработал эти деньги, Бред. Ты выполнил то, о чем просил дядя Джо. Да и я попортила тебе жизнь.

– Да, ты заставила меня побегать, – усмехнулся он. – Были у меня трудные случаи в моей полицейской практике, но таких…

Шелби обняла его за шею.

– Ты все же поймал меня. Теперь все дело в том, что ты собираешься делать дальше.

– У меня великие планы. Только я хочу получить от тебя одно обещание.

– Обещание? Что я должна обещать?

– Время. Мне нужно время. Если у меня будет вся жизнь, я докажу, что люблю тебя.

– Вся жизнь, – произнесла Шелби. – Мне это подходит. – И он услышал ласковый смех.

Глава 17

Свернувшись под одеялом рядом с Бредом, Шелби счастливо вздохнула. Бушевал ураган, словно разгулявшееся чудовище, а им вдвоем было тепло и уютно.

– Я подброшу что-нибудь в огонь, – шепнул Бред, не разжимая объятий, упиваясь ее близостью.

– Ты не замерзла. – Шелби улыбнулась и плотнее прижалась к нему.

– Нет, мне не холодно, – горячо зашептала она в самое ухо, – мне никогда еще не было так тепло. – Она озорно прикусила мочку его уха и почувствовала, как в ответ напряглись мускулы. Он поцеловал ее, и этот поцелуй длился долго.

Серая мгла струилась снаружи через вход в пещеру, причудливые контуры которого резко обозначались при вспышках молний. Бред откинулся на спину. Тлеющие угольки костерка отражались в глазах Шелби.

– Ты даешь мне неизмеримо больше, чем я когда-нибудь смогу тебе отдать.

– Я хочу только одного – остаться с тобой.

– Боюсь, твой дядюшка будет другого мнения.

– Нет, мы спасли Уинтер, спутали планы «тетушки Энн», теперь нужно только дождаться назначенного времени – и мы вернемся домой… домой, сюда, забудем все и заживем своей жизнью.