Пьесы. Том 2

Дефурнет (бежит за ней). Спасибо, спасибо вам, Наша Дорогая Мадам! Вот вы увидите, талантище из нее так и прет. (Уходит.)

Наш Дорогой Поэт (надменно меряет взглядом Жюльена). Мсье, завтра два моих друга будут у вас.

Жюльен. Браво! Только меня-то не будет. (Берет Коломбу за талию.) Мы с ней сегодня переезжаем на другую квартиру!

Наш Дорогой Поэт (уязвлен, бросает Коломбе, проходя мимо). Гусыня! (Насколько ему позволяет достоинство, старается пройти мимо Жюльена побыстрее.)

Жюльен хочет броситься на него.

Коломба (удерживает его, нежно). Не надо.

Жюльен. Почему не надо? Разве вы не поняли, что он сказал?

Коломба. Нет. Я поняла нечто другое. Я слишком счастлива.

Арман (который по-прежнему сидит за пианино, улыбается). Ну что же, голубки! Для конца акта это неплохо! Чистый театр! И давно вы знакомы?

Жюльен. Нет, всего час.

Коломба (тихо). Не говорите ему этого. Он не поверит нам...

Арман. Итак, вы предпочли провести вечер у Поккарди с этим медведем, а не дебютировать в театре? Такое встречается раз в тысячу лет! Где ты нашел эдакое чудо?

Жюльен (тихо). В своем сердце.

Арман (любезно). Я в этом не сомневался. Но самое смешное, что обе они похожи... Надеюсь, ты все-таки не сделаешь ее слишком несчастной? Не будешь ей все время читать мораль?

Жюльен (улыбается). Нет.

Арман (с улыбкой встает). Будьте счастливы, дети мои, и наплодите побольше детей! Но после сегодняшнего скандала, по-моему, выбить из мамы хоть грош - это уже просто утопия. Подожди-ка. Вчера я, против обыкновения, выиграл. Разделим по-братски.

Жюльен (берет деньги). Какой ты милый, Арман.

Арман (с улыбкой глядя на Коломбу). Не надо смешивать различные понятия, скажи лучше - эгоист. Так мне будет казаться, что я тоже вроде бы побывал с ней у Поккарди сегодня вечером. (Уходит, на прощание комически машет им рукой, кричит.) Приятного аппетита! Только не проешьте все сразу. Хоть что-нибудь оставьте!

Коломба (ласково кричит ему вслед). Спасибо, мсье! (Арман уходит. Коломба и Жюльен поворачиваются друг к другу.) Вот и все.

Жюльен. Вот и все. Теперь наша история начинается. Никогда не забуду, что вы сделали...

Коломба. Не надо меня благодарить. Я же сделала это не нарочно. Когда они собирались вас прогнать, мне так стало больно. Я закричала. А потом я сразу очутилась в ваших объятиях. Слишком быстро, не правда ли, слишком уж быстро. Может быть, все это не всерьез?

Жюльен. Да, быстро. Но думаю, что это все-таки всерьез... и что это надолго. (Целует ее.)

Коломба (прижимается к нему и шепчет). О дорогой! Теперь я в этом уверена. Навсегда.

Жюльен (без тени улыбки,). Да, навсегда. Это самое малое, что мы можем сделать.

Коломба (прижимается к нему еще сильнее, снова шепчет). Навсегда! Навсегда! Навсегда! Навсегда.

Целуются.

Жюльен (берет ее за руку). Скорее, любовь моя! Теперь мы не можем терять ни минуты!..

Оба весело убегают через темную сцену навстречу своей судьбе. Занавес

Жаворонок

Действующие лица

Жанна

Кошон

Инквизитор

Фискал

Брат Ладвеню

Граф Варвик

Карл

Королева Иоланта

Молодая королева

Агнесса

Архиепископ

Латремуй

Бодрикур

Лаир

Отец

Мать

Брат

Палач

Стражник Будусс

Английский солдат

Второй английский солдат

Паж короля

Самая простая декорация, скамьи для судей, табурет для Жанны, трон, вязанки хвороста. Сначала сцена пуста, потом отдельными группами входят действующие лица. В костюмах лишь дан намек на средневековье, но никаких изысков ни в цвете, ни в покрое; Жанна с начала до конца пьесы - в мужском платье, напоминающем одеяние гимнаста. Выходя, актеры разбирают шлемы или какие-нибудь иные средневековые аксессуары, оставшиеся на сцене от предыдущего представления пьесы, и рассаживаются на скамьях, предварительно расставив их в нужном порядке. Мать садится в уголок и вяжет. Так она и будет вязать в продолжение всего спектакля, кроме тех случаев, когда наступает ее очередь говорить. Последними входят Кошон и Варвик.

Варвик (он очень юн, очень обаятелен, очень элегантный, породистый). Все собрались? Чудесно, значит, приступим сразу же к нашему суду. Чем быстрее ее осудят и сожгут, тем лучше. Для всех лучше.

Кошон. Но, ваша светлость, надо сыграть всю ее историю. Домреми, голоса, Вокулер, Шинон, коронация...

Варвик. Э-э, маскарад! Это история для школьников! Сверкающие белые доспехи, стяг, кроткая и стойкая дева-воительница, всё это пригодится для статуй, которые ей воздвигнут позже, исходя из иных политических интересов. Не исключено даже, что и мы в Лондоне тоже воздвигнем ей статую. Не подумайте, монсеньер, что я шучу, - вполне возможно, именно этого потребуют через несколько веков важные политические соображения правительства его величества... А пока что я, Бошан, граф Варвик, и именно я держу в руанской темнице на соломенной подстилке эту чумазую колдунью, эту дурочку, что мешает нашим веселым хороводам, эту маленькую смутьянку, и мне обошлось это достаточно дорого. Но купи я ее непосредственно у Жана де Линьи, взявшего ее в плен, возможно, цена была бы сходной. Он нуждается в деньгах. А пришлось обратиться к герцогу Бургундскому. Он раньше нас вмешался в это дело, он знал, что нам захочется ее заполучить, а главное, он-то в деньгах не нуждается. И дал нам это понять весьма бесцеремонно. Но правительство его величества с давних пор умеет не скупиться, когда хочет получить на континенте то, что ему требуется. Дорого же нам обойдется эта Франция!.. Так или иначе, дева у меня в руках... (Кончиком стека трогает Жанну, прикорнувшую в углу.) За такой товар уплачено, конечно, непомерно дорого, но она в моих руках. Я ее осужу, я ее и сожгу.

Кошон. Но не сразу же. Ей еще надо прежде сыграть всю свою жизнь, всю свою коротенькую жизнь. Этот нестерпимо яркий огонек потухнет до срока, так что, ваша светлость, ждать вам недолго.

Варвик (садится в углу сцены, покорно). Ну, если вы так уж настаиваете. Англичанин умеет ждать.(Тревожно.) Надеюсь, вы не собираетесь разыгрывать все эти битвы? Орлеан, Патэ, Божанси. Это было бы мне чрезвычайно неприятно.

Кошон (с улыбкой). Успокойтесь, ваша светлость, куда уж нам разыгрывать на сцене битвы, у нас людей не хватит...

Варвик. Вот и хорошо.

Кошон (поворачивается к Жанне). Жанна!

Она поднимает на него глаза.

Кошон. Можешь начинать!

Жанна. Можно начинать, откуда я хочу?

Кошон. Да.

Жанна. Тогда я начну с самого начала. Нет ничего прекраснее любого начала. С отцовского дома, когда я была еще совсем маленькой. С того лужка, где я пасла овечек, с той минуты, когда я впервые услышала голоса.