ПираМММида
Шрифт:
— А как хоть ее вообще похитили? Как это вообще произошло? — Паутов бросил беглый взгляд на часы. Восьмой час уже! Позвонить могут в любой момент. Надо постараться успеть выяснить до этого их звонка как можно больше! Все подробности. Любая мелочь может быть важна!
— Я ничего не знаю! Саша из школы не вернулась… А потом мне позвонили… — женщина снова заплакала.
— Не реви! — жестко сказал Паутов. Он быстро приходил в себя. — Времени нет! Они в любой момент позвонить могут. Говори быстрее! А может, из класса кто-нибудь видел чего? Подруги, там?.. Учителя?.. Тебе никто не звонил?
— Нет! — торопливо проговорила Женя. Она перестала
— Так! А во сколько… — начал было Паутов, и а этот момент лежащий на столе мобильник отрывисто запищал.
Паутов на миг замер, негромко выругался, потом решительно взял его в руки.
— Алло!
— Папа!! Я боюсь! — сразу же ворвались в трубку крики его перепуганной насмерть дочери. — Забери меня отсюда!!
— Саш!..
— Все понял? — по голосу говорившему было лет 35-40. — Твоя дочь у нас. Если хочешь…
— Дайте ей трубку! — резко перебил Паутов.
— Это еще зачем? — после короткой паузы настороженно поинтересовался собеседник.
— Я хочу убедиться, что с ней все в порядке!
— Ты же слышал ее голос?
— Дайте ей трубку! — не терпящим возражений тоном повторил Паутов.
— Ладно, — поколебавшись немного, нехотя согласился мужчина. — Убедись. Только недолго!
— Папочка!..
— Саша! — быстро заговорил Паутов. — Дяди рядом с тобой в масках? Скажи мне просто: да — нет! Они в масках?
— Нет… Папочка!..
— Сашенька, не бойся, я тебя скоро заберу!..
— Все! Хватит! — снова раздался в трубке знакомый уже мужской голос. — Убедился? Теперь слушай, что ты должен сделать. Сейчас позвонишь в офис и скажешь, чтобы подготовили паутовок на 100 млн. долларов, стотысячными и десятитысячными купюрами. Так, чтобы примерно в 8-10 больших спортивных сумок все уместилось. Сумки у вас есть, я знаю. Во-от!.. С сумками этими пусть стоят у черного хода, метрах в ста. Где-то через полчаса, полчаса вам хватит. Подъедет белая девятка, номер такой-то, в нее пусть все погрузят.
Если все нормально будет, через 5 дней свою дочь получишь живой и здоровой. Пять дней нам надо, чтобы паутовки твои не торопясь обналичить. Если же какие-то непонятки начнутся, в разобранном виде Сашеньку твою ненаглядную тебе пришлем. Это у нас называется: «на конструктор». По частям, в целлофановых пакетах. Голова отдельно, ноги отдельно… все понял?
— Теперь слушай меня, урод! — с огромным трудом сдерживая переполнявшую его ярость, тихо заговорил Паутов. — Вы вернете мне мою дочь сегодня, до полуночи. И я тогда забуду о вашем существовании. Если же нет… — Паутов сглотнул. Его душило бешенство. — Если нет — я объявлю награду за голову каждого из вас. 10 млн. долларов за мертвого и 20 — за живого. И плюс по 3 млн. за каждого члена семьи. Мать, жену, ребенка… С живыми я сам буду беседовать. Лично!! В спокойной обстановочке.
За вами вся страна охотиться будет! Вся братва и все менты. За вами и за вашими семьями.
Все!! Все разговоры окончены! Советую поторопиться. Времени у вас не так уж и много осталось. Всего лишь до полуночи, — Паутов перевел дыхание. —
И моли бога, сссука, чтобы все для тебя так мирно закончилось! — прошипел он, буквально задыхаясь от ненависти. — И не пришлось тебе со мной близко общаться! С глазу на глаз беседовать. А жжжжаль!.. Ххорошшшшо-о-о бы!..
Трубка некоторое время молчала.
—
А как же дочь? Сашенька твоя любимая? — услышал наконец Паутов. Мужчина старался говорить насмешливо, но голос его звучал не совсем уверенно. — Не жалко?— Других нарожаю! — холодно бросил Паутов и отключился.
В комнате царила гробовая тишина. Паутов поднял глаза. Его бывшая жена смотрела на него, раскрыв рот. На лице ее был написан самый настоящий, неподдельный ужас.
— «Других нарожаю!»!.. Ты о ком это сказал!? О Сашеньке?.. Она тебе безразлична?.. Ты страшный человек! — еле слышно, одними губами, потрясенно прошептала она. — Я столько лет жила с тобой, и даже этого не подозревала… Что ты наделал?! Ты убил ее! Ты только что убил собственную дочь! Ты чудовище.
— Они с самого начала не собирались ее возвращать, — мертвым голосом произнес Паутов. — Мой ультиматум — это единственный шанс.
— Откуда ты знаешь? — не отводя от него глаз, все так же тихо проговорила вдруг внезапно постаревшая Женя. — Откуда ты это можешь знать?
— Они без масок. Саше уже десять лет. Она уже взрослая фактически. Она их узнает, — стал безжизненно перечислять Паутов. — Выкуп они просят в подписях, а не в деньгах. Почему?
Во-первых, потому, что в деньгах 100 млн. долларов слишком большой объем займут. Даже стодолларовыми банкнотами — это больше тонны. Да одними стодолларовыми у меня может и не оказаться. Тогда вообще целый грузовик получится. Лишние проблемы возникнут.
А подписями — компактно и удобно. И в наличии они наверняка есть. Так что можно уже через полчаса их забирать, пока я подготовиться и меры принять никакие не успел.
А главное, они пять дней надеются таким образом выиграть. Мол, на обналичку время надо! На самом-то деле обналичить они уже сегодня при желании смогут. Пункты по всей Москве до глубокой ночи открыты. А пять дней им надо, чтобы следы замести. Из страны уехать. Пока я ждать буду, ничего не предпринимая. Естественно, с такими деньгами… — Паутов остановился, с тоской обвел глазами комнату и с усилием продолжил. — Это хорошо продуманная и тщательно подготовленная операция. Никого они не собираются возвращать и ставить все под угрозу! Да и зачем? За похищение ребенка они и так в случае чего на всю катушку получат. Даже без убийства. Это в лучшем случае. Если я их раньше не найду. А с моими средствами…
Да я их, впрочем, и в тюрьме потом достать смогу. И в лагере. Да с момента, когда они похитили мою дочь, на них на всех фактически уже крест стоит! Черная метка. Они приговорены!
И они все это не могут не понимать. Они же не идиоты.
В общем, как только деньги окажутся у них в руках — Сашенька будет мертва, а сами они сразу же из страны уедут, — Паутов замолчал и уставился в пол.
— Все это ты сам себе навыдумывал!! А если ты ошибаешься?! — в отчаянии закричала Женя и опять зарыдала. — Если ты ошибаешься?.. Тогда что?!
Ты говоришь о собственной дочери, как задачку решаешь! «Во-первых,.. во-вторых…»!.. Как робот. Ты Сашу что, вообще не любишь!? Как ты можешь в этой ситуации так спокойно рассуждать?! Отдай этим людям все, что они хотят!! Я тебя прошу! Умоляю!!! Хочешь, я перед тобой на колени встану!!??
Женя действительно сделала попытку броситься перед Паутовым на колени, и он лишь с огромным трудом ее от этого удержал.
— Ну, Женечка, успокойся, успокойся!.. — растерянно повторял он, гладя рыдавшую женщину по голове. — Успокойся!.. Все будет хорошо, вот увидишь. Я в этом уверен…