Планета ловушек
Шрифт:
— Сюда! Скорей! — хрипло закричал он.
Дважды звать цыган не пришлось, и вскоре, на глазах у Димы Устюжина завязалась прямо-таки, «дарвиновская борьба», которую, впрочем, он досматривать не стал, а садами и огородами успешно сбежал с поля битвы.
Улица все не кончалась и не кончалась…
Дмитрий быстро понял, что ходит по кругу: пивная, «чебуречная», сигаретный ларек… интернет-кафе, компьютерный клуб, бутик… пивная, «чебуречная», сигаретный ларек…
Притворившись, что собирается купить сигареты, Устюжин резко шагнул назад и нырнул в подворотню.
— Опа!
Пилота со всех сторон угрожающе обступила гопота в синих спортивных костюмах.
— Покурить есть? Нету?.. А если найдем?
«Кто же вы такие?» — Дмитрий надел защитные очки и… никого не увидел. Потом догадался посмотреть вниз. У его ног копошились худые длинноносые ежи.
«Точно! Ежи! Как я мог о них забыть? В записях врача первой экспедиции есть пункт о том, что ни в коем случае нельзя есть на этой планете чебуреки, так как их делают из ежей, не вынимая из них иголки, что естественно приводит к летальному исходу».
Пнув нескольких ежей, Дима расчистил себе дорогу и пошел вперед. Вслед понесся поток матерной ругани. Устюжин хотел им ответить, но… решил не обогащать «ежиный» лексикон. Много чести! И времени нет! Тем более, что стал звонить мобильник…
Дмитрий поднес трубку к уху.
— Я слушаю.
Приятный женский голос сообщил ему о выгодных условиях нового пакета оплаты услуг мобильной связи… поздравил с выигрышем в какой-то лотерее… предложил оформить кредит на покупку трехкомнатной квартиры… купить желтую подводную лодку в рассрочку… Устюжин почти уже на все согласился, но вовремя вспомнил, что никакого мобильника у него — нет, а есть только рация!
«Это плесень!» — догадался он и опять надел очки. Так и есть, серая плесень. Уже начала разъедать руку.
Обработав все открытые участки тела спреем из аптечки, Дмитрий поспешил к арке на противоположном конце двора. Пройдя ее, пилот оказался у городской свалки. Значит до центра уже недалеко.
Устюжин подошел поближе, присмотрелся… Перед ним на боку лежал звездолет «Лермонтов» на котором прилетела вторая экспедиция, а чуть дальше — остатки «Чехова»… а вокруг сотни кораблей неизвестных инопланетных цивилизаций. Грустное зрелище.
Ком подкатил к горлу, Дима тяжело вздохнул и… вздрогнул, так как услышал позади себя фразу, от которой рука сама потянулась к пистолету.
— А вы верите в бога?
За спиной стояли две бабульки в болоньевых плащах и вязаных беретах. Над их головами сухо потрескивали нимбы.
«Свидетели Иеговы… — пронеслось в голове у пилота. — А на самом деле… гигантский спрут, занимающий как бы не полквартала».
— Идите лесом или я буду стрелять, — пригрозил Устюжин бабулькам.
Те заулыбались, совсем его не испугавшись.
— Хотите об этом поговорить? Приходите к нам на собрание.
Отстреливаясь от Свидетелей Иеговы, Дима выскочил на липовую аллею и побежал прямо по ней на центральную площадь. Бабульки настойчиво семенили за ним следом, прикрываясь от пуль тоненькими брошюрками «Сторожевая Башня», как щитами. Внезапно они остановились, настороженно принюхались к воздуху и… сгинули, слившись с тенями от парковых лавочек.
«Что же их так напугало?.. — подумал Дмитрий. — Или кто?»
Откуда-то сверху раздалось приветливое покашливание.
Дима
поднял глаза и… увидел букеты роз, гвоздик, тюльпанов… венки и гирлянды из хвои… Пилот сильно задрал голову и… чуть не ослеп. Потом, когда глаза привыкли, он понял, что смотрит снизу вверх на огромный блестящий бронзовый памятник какому-то… Вождю. Какому точно, Устюжин не знал, так как по молодости лет в Вождях совсем не разбирался.Вождь подмигнул Диме.
Устюжин попятился… попятился… И сломя голову ринулся туда, куда Плутарх Аристархович категорически запретил ему ходить, а именно — в район Красных Фонарей.
Потеряв терпение и устав гоняться за Димой Устюжиным по всему городу, «живность» организовалась и устроила ему самую настоящую западню.
Жрица любви, с которой пилот договорился об интимных услугах в обмен на аптечку, завела его в какую-то комнатушку на седьмом этаже, привязала к кровати и ушла… забивать дверь с другой стороны гвоздями.
К тому времени, как Диме удалось освободиться от пут, дом уже был окружен разношерстной толпой, в которой кое-где мелькали знакомые лица. Например, таксиста с космодрома, гопников и бабулек. Устюжин поискал глазами представительницу «Эйвон» — самое симпатичное существо, что попадалось ему за сегодняшний день, но увидел лишь, как неподалеку зажглись костры цыганского табора, и ветер донес ему с той стороны запах жареных устриц.
Конечно, весь этот шабаш мог порвать Диму «как тузик, грелку», но им надо было сделать из пилота «вкусняшку». Для этого ему в окно закинули, как гранату… радиоприемник.
Оказавшись в комнате, радиоприемник запрыгнул на кровать, сам включился и заговорил:
— Дорогого Димочку Устюжина с его последним днем жизни поздравляет бывший друг, коллега и наставник Плутарх Каминский и просит передать ему такие слова… «Пока ты, дурачок зеленый, отвлекал на себя внимание, я спокойно добрался до „Гоголя“ — корабля третьей экспедиции, и успешно произвел его запуск. Когда ты услышишь эти слова, я буду уже на пути домой, на Землю!» Мы присоединяемся к поздравлениям и от себя хотели бы добавить: «Димка, не томи! Давай, прыгай в окно! А то хуже будет!»
Вот и все… Дима понял, что шансов на спасение у него больше нет.
— Прыгай! Прыгай! — кричала снизу толпа.
Пилот залез на подоконник, зажмурился и приготовился сделать последний в своей жизни шаг, как вдруг… заработала рация. Сквозь сильные помехи Дмитрий различил голос Каминского: «Прыгать только по моей команде! Ты понял меня, Устюжин? Это приказ! Раз… два… три… Пошел!»
Выпрыгнувшего из окна пилота подхватил двухместный челнок с «Гоголя», оставив местное зверье выть в бессильной злобе посреди тающего на глазах города.
— Как вы меня нашли? — плакал Дима, обнимая Плутарха Аристарховича за шею и целуя его седые колючие щеки.
— Договорился с цыганами. Они за тобой следили и сообщали мне, — объяснил Каминский, деликатно убирая руки пилота со своих плеч.
— С цыганами?! — не поверил ушам Устюжин.
— Да. Цыгане — настоящие. Они приспособились к жизни на этой планете, среди ловушек, и живут тут испокон веков.
— Я не знал…
— Гоголя надо было внимательно читать!