Планета X

Внезапно, Криса почувствовала, что ее вот-вот прорвет.

— Почему нам все еще стоит волноваться о моих волосах? — спросила она, — В конце концов, до ужина еще долго и мне следует… выйти и заняться шопингом, найти, что надеть, — она надеялась, что старая экономка не увидеть дрожь, охватившую ее, когда она произнесла свою тираду.

— Ну, думаю это прекрасная идея. Позволь мне, что-нибудь накинуть на себя, и мы можем выдвигаться, — Перла похлопала ее по плечам и развернулась, чтобы уйти.

— Перла, подожди. Я могу… пойти одна? Только один раз? — молила ее Криса. Несмотря на то, что она очень сильно любила экономку, но жаждала выбраться из дома без сопровождения. Ей казалось, что если она побудет одна, то сможет все обдумать.

— Хорошо, думаю, что от одного раза плохо не будет. Хочешь купить что-то особенное и стесняешься меня, да? — захихикала старая экономка. — Но имей в виду, моя сладкая, ничего, чтобы ты не купила, не сможет удивить старую Перлу, но, если тебе нужно для этого немного уединения, то возьми ховеркоч и не выезжай за пределы торгового центра. Уже десятый день, как продавцы выставили свой товар, но помни, что следует держаться подальше от Великого Рынка, там водится один мусор. Хорошо?

— Обещаю, — сказала Криса с облегчением. — Я не стану выходить за пределы. Спасибо, Перла.

— Ох, продолжай в таком духе, — ее экономка махнула рукой. — Просто убедись, что вернешься вовремя. Не заставляй лорда Рэдиссона ждать.

— Нет… нет, этого не случится, — Криса почувствовала ужасный, леденящий душу холод внизу живота. — Не волнуйся, Перла. Я скоро вернусь.

***

Дымчато-синий ховеркоч тихонько лавировал по улицам Центауэра, направляясь на запретную улицу магазинов, куда могли войти только люди с определенным количеством кредитов. Этот район был очень знаменит на Линекс Прайм своими многочисленными мерами безопасности. «Безопаснее, Чем В Вашем Собственном Дворе» — гласила широкая голо-вывеска со стрелкой, указывая путь.

Криса вздохнула и откинулась назад на мягкую обвивку, наблюдая, как мир плывет за тонированными окнами. Центауэр был очень современным городом, его улицы были выстроены и упорядочены в модном стиле, все, кроме старого района, окруженного каналом, в котором находилась Центральная Площадь. Криса никогда не была там, но слышала об этом районе от Перлы достаточно, чтобы понять, что там обитают опасные и обычные люди. Уже был десятый день, район, окруженный каналом, уже открылся, продавцы выставили товары для покупателей, обычные люди подходили и покупали, дети с липкими и заплаканными лицами…

Несмотря на то, что она дала обещание Перле, ей вдруг захотелось сходить на Великий Рынок больше, чем что-либо. У нее уже было много «красивый» вещей, которые она может одеть, если понадобится. Возможно, она сможет подобрать что-то еще. Может… цветы? Идея показалась ей неплохой, но Криса не знала, почему ей этого захотелось.

— Коч, — сказала она громко. — Изменить направление.

Ховеркоч мягко выплыл к обочине.

— Новое направление, госпожа Криса? — спросил мягкий бесполый голос.

— Канальный район. Хочу сходить на Великий Рынок на Центральной Площади.

— Отклонено, госпожа Криса. У вас нет полномочий без сопровождения посещать опасные места. Госпожа Перла или лорд Рэдиссон должны сопровождать вас, но никого из них нет.

— Прекрасно. Я прогуляюсь, — Криса потянулась к ручке ближайшей к ней двери, но дверь не открылась. Криса дернула сильнее. — Выпусти меня.

— Отклонено, — снова произнес бесполый голос ховеркоча. — Мне жаль, госпожа Криса, но я не могу позволить вам выйти в таком небезопасном месте. Это противоречит приказу лорда Рэдиссона.

Криса немного подумала. Старый канальный район находился недалеко от запретной зоны, по крайней мере, она так думала. Во всяком случае оба района находились в центре города. Она позволит ховеркочу отвезти себя в первоначальное место назначение, а потом пешком дойдет до канального района. Таким образом, если кто-то начнет ее искать, ховеркоч подскажет им, что она ушла туда, куда обещала Перле. Она не стала задумываться, почему кто-то должен ее искать, и почему обычная покупка цветов на Великом Рынке стала для нее такой жизненно необходимой. Она просто знала, что должна быть там.

— Отвези меня на запретную территорию, — сказала она ховеркочу. Ее пальцы теребили серебряный браслет, которые соединяли ее с механизмом. — Высади меня у первого магазина, а сам отправляйся на стоянку. Я дам тебе знать, когда ты мне понадобишься.

— Хорошо, госпожа Криса, — ответил коч ровным тоном. Как можно незаметнее, Криса сняла тонкий браслет и спрятала его между бархатных кресел.

— Простите, не могли бы вы подсказать, я ищу Великий Р… — прохожий центаурианец одарил ее яблочно-зеленое шелковое платье недоверчивым взглядом и поспешил дальше, и не думая отвечать на ее вопрос. Криса вздохнула и поплелась дальше, яркий свет заката Прайма, казалось, ударял по ее голове, словно золотой молот.

Найти Центральную Площадь оказалось труднее, чем она думала, так как никто не хотел смотреть на нее и говорить из-за ее глупого богатого одеяния. Она давно сняла изумрудные украшения, которые шли в комплекте с этим платьем, и спрятала их во внутреннем кармане плаща, надеясь, что это не привлечет к ней нежеланного внимания. Сейчас она плелась по улице, ее ноги в тонких туфельках болели от грубой мостовой дорожки узких улиц. Она пыталась следовать за людьми, которые выглядели так, будто у них есть дела на Рынке.

Хуже боли в ногах был стук в ее висках. «Цветочный ларек… Западная сторона рынка… Женщина с красными волосами… Голубые розы…». Криса узнала этот голос, тот голос, который звучал в ее пульсирующей от боли голове и направлял, принадлежал мужчине с серебристыми глазами. Но что это значит? И почему у нее так сильно болела голова, когда она пыталась вспомнить что-нибудь еще?

Наконец, она добралась до высоких каменных арочных ворот и вошла в огромную площадь, где суетились самые разные люди. Повсюду звучали голоса, клиенты просили снизить цену, продавцы описывали достоинства своего товара. Наверняка так оно и было. С облегчением, Криса вошла в каменные арочные ворота и вписалась в толпу.

— Западная сторона, — пробормотала она себе под нос. — Где тут запад?

Потом она вспомнила каменную надпись на арочных воротах. «Северные ворота» — гласили они. Криса направилась налево, продвигаясь сквозь толпу людей. После пребывания в огромном доме с Перлой и лордом Рэдиссоном, то как к ней прижимаются чужие тела, шум толпы и зловоние, переполнили ее чувства, что Криса едва могла дышать, но продолжала идти, пытаясь избавится от головной боли.

А потом она увидела это. Вот. Вот оно! Рядом с маленькой деревянной корзиной жаренного теста, находилась маленькая лавка с яркими цветущими цветами, за которой стояла высокая женщина с красными волосами. Она стояла спиной к Крисе, наклонилась над букетом, чтобы позаботиться о цветах. Криса поспешила вперед, проходя мимо ребенка с размазанным на лице медом и очередью, которая выстроилась за тележкой, за которой продавали жирную еду. Она уже была готова похлопать красноволосую женщину по плечу, и слова о голубых ригеллианских розах были на кончике ее языка.