Плохой парень// Bad Guy

— Сколько раз не делал эту хрень, ни разу не помогло. Хальмони *(бабушка) свято верит, что это из-за моей распущенности меня Небеса наказывают, — опять скривился друг, а я хмыкнул и поднялся.

Тут же словил растерянный взгляд девочки, и подмигнул ей, следом поклонившись всем остальным. Нужно будет хотя бы имя её узнать. Вообще странно, что я не помню ни единого имени своих одногрупников, при том, что они все прекрасно знают кто такой я.

— Чосомнида! *(Простите!) Но я должен вас покинуть. Семейные дела, — все мои двадцать одногрупников начали кивать головами в поклоне, а сонбэ даже скис как-то, — Прошу не огорчайтесь! В следующий раз угощаю я! Яксукое!*(Обещаю!)

Ловлю взгляд еще двух девчонок, и понимаю, что попал конкретно. Если я их не спою в следующий раз, университетский чат загудит новой историей о том, как чобаль не выполняет своих обещаний. Золотистый отсвет ударил в глаза, и я скривился поймав взгляд этого гада. Ки Бом опять напялил эту блестящую херь на свои телеса. Речь шла о черной футболке усыпанной золотистым орнаментом хангыля. Этот суеверный идиот считал, что эта футболка приносит ему удачу.

— Ты опоздал, хён! — встал рядом с ним в дверях, на что друг лишь поклонился и похлопал меня по плечу.

— Как прослушивание? — все таки спросил, когда на нас перестали обращать внимания.

— Херово. Пятый раз напяливаю эти тряпки, а толку ноль. Не стать мне ни трейни, ни айдолом, — прицыкнул Ки Бом, а я хохотнул, когда он скептически осмотрел стол.

Друг зацепился взглядом за кислого Джин Ки, и задал очевидный вопрос, на который сам же и ответил:

— Вернулась крошка Мён Хи, и ты утратил связь с мозгом?

— Зачем спрашиваешь, если итак знаешь. Я пошел! И это… — обернулся в дверях, и кивнул на Джин Ки, — Попытайтесь не разбудить мою матушку, когда будете "проплывать" мимо моих ворот к своим!

— Иди уже! — шикнул хён, и поправил джинсовку, развернувшись к столу в извинениях за опоздание.

Моя крошка встретила меня приятной прохладой салона, и мягкостью сидения. Навигатор тут же поприветствовал искусственным женским голосом, и я прикусил губу, предвкушая новые подробности командировки и отпуска моего дражайшего отчима на Мальте.

Как и предполагал дорога до норэбан заняла ровно пятнадцать минут.

Я вошел в клуб и поправил куртку, расстегнув молнию. Ничего нового для себя я не увидел, но по сторонам осмотрелся. Этих пивнушек, где можно было вдоволь наораться в микрофон и ощутить себя айдолом, было столько, что возьми мой отчим под контроль все эти конторы, мы бы купили половину Кореи.

Естественно на входе меня встретила иностранка. Новый модный тренд таких мест — экзотика, упакованная в форму хостес. Ничего интересного, пока они не открывают рот и не пытаются продать себя подороже.

— Молодой господин? — блондинка почти моего роста поклонилась и указала на свободные комнаты.

— Нет. Меня уже ждут.

Не знаю, насколько ей был понятен корейский, но она тут же исчезла, и не мешала моему шествию между кабинок с визжащими и релаксирующими соплеменниками.

Я заметил приоткрытую дверь в конце коридора и ухмыльнулся. Мён Хи никогда не меняла своих привычек.

— Ты долго, — девушка сидела на диване и перелистывала треки на мониторе огромной плазмы.

— Вы только посмотрите… — я закрыл дверь на замок и продолжил, — Губы надула, глаза отвернула, но готов поклясться, тебя ещё минутой ранее тут вообще не было.

— Хан, тебе никто не говорил, что ты наглый засранец? Я вчера прилетела из Штатов, мог бы хоть встретить.

— Я встретил.

Она тут же обернулась, и прошлась по мне взглядом, остановив его на моей ширинке.

— Он очень рад тебя видеть.

— Это заметно, — игриво улыбнулась девушка, а я расплылся в хищном оскале в ответ.

Цену хорошо себе набивает, да тюнинг плоховат, а про пробег лучше вообще промолчать. Кто в этой тачке только не ездил?

Спесь с этой девицы можно было сбить двумя путями: либо дать ей денег на новый шмот, после хорошего секса, либо хорошенько выдрать и не спрашивать разрешения. Во втором случае, лучше чем-то ей заткнуть рот, иначе может примчаться охрана.

Всегда задавался вопросом: нахера бабы так искусно изображают визг, как в дешевой порнухе, когда кончают?

Риторический вопрос. Или просто вопрос рынка и актерского мастерства. Всегда сравнивал таких с нашей гувернанткой Джи Су. Когда женщина отчитывала прислугу, орала примерно так же.

Ненавижу, когда кричат. Еще больше не переношу это: "ох, сладенький, ты такой горячий и большой…" Отвратительно!

— Поздороваешься с ним? — тем не менее приподнял бровь и словил похотливый взгляд напротив.

Глазками эта дешевка стреляла хорошо. Даже слишком, учитывая насколько неудобно мне стало просто стоять.

Сладенькая и послушная. Мён Хи просить дважды не нужно. Она тут же обернулась ко мне полностью, а я не упустил её маневра, и мои глаза прошлись долгим взглядом по гладкой молочной коже ног. Красивые конечности, как и девка. Но она действительно была обычной девкой — пустой и неинтересной. Всё, что мне от нее было нужно — это её рот, язык и связь с моим отчимом. Я ее трахал и мой отчим её трахал. Мне она приносила нужную информацию, отчим ей деньги. Круговорот членов и бабла в природе и у рта Мен Хи.

Но манеры превыше всего. Нельзя просто взять и насадить ее на себя. Сперва нужно проявить уважение. Вопрос к кому? К ее рту или влагалищу?

— Сними платье, — чувствую, как кровь отходит в перевалочный пункт, скручивает мышцы члена и я начинаю дышать чаще.

Девушка оборачивается спиной, медленно поднимая вверх подол тряпки, которая еле прикрывала её тощую задницу. Единственный внешний изъян в этой девке — она сплошное бревно, от головы и до пят.

Но это не мешает мне периодически доводить ее до сухого оргазма и хрипоты в горле.

— Нравится? — она кокетливо повернула голову в мою сторону, а я осмотрел тонкую ложбинку её позвоночника, и облизал губы.

— Если скажу, что да, ответишь на первый вопрос? — снимаю куртку и откидываю на диван, медленно подходя к Хи, и осматривая её мягкую кожу, которая словно светится изнутри.

— Отвечу, — поворачивается лицом, и легко хватает маленькими ладошками мой ремень, опускаясь на колени.

— Где пройдет подписание? — задаю вопрос и смотрю вниз на её лицо, а эта зараза ухмыляется у моей ширинки.