Плохой парень// Bad Guy

— Опять этот адов рингтон! Нужно выбросить этот телефон и купить нам с ней парные. Это дерьмо я видел у парочек в универе. Красиво и символично.

Сел за руль и открыл чат:

"Не жди. Я приеду домой ночью. Не знала, что ваши новостные каналы это действительно четвертая власть!"

Усмехнулся и завел мотор, набирая ответ:

"Я заберу тебя у поворота к подземке ветки Ичон. Напиши, когда освободишься, нэ агашши."

"Это ночь!"

"Знаю, но я все равно решил устроить гулянку с парнями."

Мотор гудел, а я откинулся спиной на сидение и перечитывал её сообщения.

"То есть это ты должен был написать, что когда я вернусь застану пустые апаты. Так?"

"Айгу, нэ агашши! Я просто бахну по рюмке соджу с парнями, и все равно буду в парке Ханган. А это пять минут к моей шикарной заднице!"

"Хорошо. Спорить с тобой бесполезно! Все равно, что рис высыпать в дырявый мешок!"

"Омо!*(Боже!) Ты начала выражаться, как настоящая агашши, родная!"

"Будь осторожен! Очень осторожен. Он следит за всеми!"

"Значит, чтобы удостовериться остался только поход в театр?"

Я вспомнил, как Тэ Хван прилетел ко мне, и потребовал найти Лику, потому что не нашел её в департаменте, когда она весь день была в Канвондо. Таким я видел его впервые. Он реально был в шоке от того, что узнал. Да и ситуация с Ан Мин Хёком, который до сих пор лежал в больнице "Мире" с нервным срывом. Все это наложило отпечаток на моего друга, и я увидел совершенно другого человека перед собой. Настоящего Тэ Хвана, который боялся того, что происходило, и в первую очередь из-за Паноптикума. Что-то явно не чисто с этим клубом. Очень нечисто.

"Да! Но все очень относительно и очень опасно, Хан. Это непредсказуемая личность. Он может устроить такое, чего мы и предположить не сможем!"

"Он связан с тем ужасным местом?" — по мне пробежала отчетливая дрожь, когда перед глазами встал тот заброшенный особняк на холме.

"Да!"

"Ты же в порядке? Всё хорошо?"

"Нет, Хан! Все очень плохо. Потому что я не о работе думаю… И это плохо!"

"Это охренительно прекрасно! И это только начало, нэ агашши!"

"Я боюсь представить что будет дальше! Мне пора!"

"Дождись меня! И не смей выдумывать эту срань с такси! Я приеду!"

"Хорошо…милый!"

Я растекся как лужа прямо под руль. Бл***, это шикарно читать это "милый" в конце. У меня даже пальцы сжались, и яйца скрутило в крутую, когда я только вспомнил как она это утром говорила. Реально любовь это самое отупляющее дерьмо на свете.

И это мне доказали парни.

— Ты гонишь! С хера ли её тащить в аквапарк?! Осень и это взрослая женщина! — Ки Бом орал на Джин Ки, а просто сидел между ними на одной из деревянных террас и причала реки.

Они волнами, словно ступени опускались к реке, которая искрилась светом, что отбивался от огней небоскребов. Красиво, спокойно и шумно, бл***!

— А твоя идея сделать ей экскурсию в местах для стартеров так это вообще гениально! Это же бред вести её в национальный парк, — огрызнулся Джин Ки, а я хохотнул.

— Парк аттракционов! Куча воздушных шаров, как в этой "Силачке До Бон Сун". Её ещё осенью снимали! — потряс пальцем Ки Бом, пока я наполнял из стаканы, которые тряслись в из руках в такт дикому спору на пустом месте.

Я уже знал, что сделаю сам. Мы сходим к отцу, а на обратном пути я накормлю её курочкой с пивом в каком-то парке. Это про мою женщину. Но вот эти шарики, аквапарки и прочие сопли это все херь. Лика это не заценит точно.

— Отлично! Давай ещё напялим на него кошачьи уши, и тогда вообще! Хоть драму снимай!

— Успокойтесь и ешьте. Это Лика готовила.

Они застыли с палочками в руках и посмотрели на контейнеры с едой.

— Ты шутишь? — прошептал Ки Бом, — Я думал ты это у аджумы купил?

— Неа, это приготовила моя госпожа. Так что заткнитесь, ешьте и дайте мне спокойно насладиться этим моментом, — я отправил в рот яичный рол, и Джин Ки поддержал меня и тоже начал есть.

— Смотри не натри чего там? — хохотнул, а я строго отрезал:

— А вот эту тему закрыли! Нехер опошлять!

— Айгу! Святой праведник! Мне открыть твою телефонную книгу на сотовом? Удали, пока она не заглянула, — Ки Бом хохотнул и мы выпили.

— Оно всё на хангыле.

— Ага, а рядом кнопка для плохо видящих, с головным транслитом, оболтус.

Я достал телефон, и открыл телефонную книгу. Листал наверное минуты две, пока не понял, что не знаю и половины имён в ней. Даже больше. Тогда зачем мне всё эти люди в ней? Поэтому я оставил лишь десять номеров. Оставил номера людей, которые были моими.

Я даже не заметил как прошло время. Думал, буду ждать вечность, пока увижу, как она идёт по алее департамента, а я иду следом. Она даже не видит меня. Потому что я с противоположной стороны. Шагаю как дурак, и смотрю на то, как Лика переходит дорогу, как накидывает капюшон от моросящего дождя. Уверенной походкой и увидев мою тачку издалека, идёт именно к ней. Но потом застывает, и плавно поворачивается, смотря прямо в мои глаза.

— Я же оперативник, Хан Бин! — продолжает ждать от меня реакции, а потом начинает мягко улыбаться.

— Ты выглядишь охеренно уставшей. И это меня не просто бесит, я в шоке от того, как меня это злит! Брось это дерьмо!

Мы стоим посреди тротуара у парковой зоны. Не знаю на хера я начал этот разговор, но мне реально было неприятно смотреть на то, как она уходила в себя.

Лика ничего не ответила. Пошла к машине, а я следом за ней. Поднял ей дверцы, и с облегчением понял, что она опять со мной, но и не здесь одновременно. Нет, с таким раскладом я мириться не намерен. Это помешательство и трудоголизм. Мы тоже трудоголики, за исключением конечно таких богатых сынков, как я. Но для Лики это значит, слишком многое. И я хочу это понять! Мне эта срань словно жизненно необходима — знать о ней всё! О чем она думает в эту секунду? Почему хмурится и перебирает пальцами правой руки, то сжимая, то разжимая её? Понимать почему она выбрала этот путь — каждый день смотреть на человеческое дерьмо?

— Что не так? — сел за руль и включил печку на полную мощность, потому что её уже начало трясти.

— Я пыталась всю жизнь быть сильной, Хан! Пыталась быть циничной и холодной к чужой боли и несчастью. Не пропускать это через себя, но именно оно помогало мне не чувствовать собственной!

Лика продолжала мять ремень плаща в руке, а я заметил, как на её ладонь упала слеза, и это была не дождевая вода из её капюшона. Меня пробрал озноб. Я в принципе не переносил бабских слез, но когда видел именно её слёзы… Это было по другому. Они имели настолько важное значение, что я мог думать только о том, чтобы этот поток сраной влаги из моих зеркал, заканчивался улыбкой на её лице.