Победить тьму. Вместе

— А в коридорах на стенах тоже ваши картины? — спрашиваю я с восхищением.

— Да. Я очень люблю рисовать, — всё ещё смущается Авилла. — А чем ты любишь заниматься? У тебя есть какие нибудь увлечения? Расскажи немного о себе и том мире, где ты жила. Прости, но мне очень интересно. Я ещё не видела иномирян и не общалась с ними. Хотя иномирного в тебе только душа, но я уже вижу отличие, ты не такая как мы. И нам нужно будет поговорить о том, как тебе себя вести в нашем обществе, чтобы никто не заподозрил в подмене Сибиллы. Но сейчас я хочу послушать о тебе.

Авилла распорядилась на счёт чая и вкусняшек.

Мы присели на один из диванов и я стала рассказывать, а что мне скрывать? Рассказала о своей семье, о своей жизни и о мире. Сказала, что очень люблю читать и вязать. Люблю возиться с землёй и растениями. Очень люблю животных.

Авилла тоже рассказала об этом мире, о стране, немного о законах. О том, что мятежники хотят опять захватить власть. О перевороте двадцать лет назад. О том, что она не может родить ребёнка, и это повод для аппозиции сменить власть. О том, что Дамиан поэтому и решил женить Ренарда, чтобы иметь законного наследника, потому что Ренард не хочет быть правителем в принципе.

Рассказала о Сибилле, что она дочь министра юстиции. И что этот министр под подозрением в связи с мятежниками.

Тогда и я рассказала о своём сне, где меня, как я поняла, папаша Сибиллы, наставлял на семейную жизнь.

— Теперь понятно почему так себя вела Сибилла. Она била посуду, издевалась над служанками, рвала одежду, не давала у себя прибираться, — задумавшись произнесла Авилла, — это был план министра, он хотел вывести из равновесия Ренарда, что бы он сделал что нибудь с Сибиллой — избил или даже убил, и этим самым дать повод для смены власти? Не понимаю, как так можно было принести в жертву политике родную дочь? У меня не укладывается это в голове.

Я видела, что королева очень расстроилась. Что то страшное творится в этой стране.

— Дорогая, ты прости меня, мне нужно о многом подумать и поговорить с Дамианом. Да и поздно уже, тебе нужно отдохнуть, моя служанка проводит тебя до твоих комнат. Да, ты можешь всё изменить в твоих покоях по своему вкусу, я пришлю к тебе управляющего завтра, с ним всё обсудите, хорошо? — сказала Авилла.

Я поблагодарила королеву и пошла к себе. Мне тоже нужно о многом подумать.

Придя к себе я постучала в дверь к Ренарду, поговорить бы с ним тоже. Мне никто не открыл. Тогда я зашла сама. Можно — не можно, что стесняться, не так мы воспитаны, не пускают — силой зайдём.

Никого нет. Тогда я ещё не знала, что долго его не увижу. Закрыла, пошла к себе. Разделась, умылась. Нашла в гардеробе ночнушку, одела на себя и стала расчёсывать волосы.

Стук в дверь и забегает Лиззи, взгляд испуганный, руки трясутся.

— Госпожа, простите, пожалуйста. Я не заметила, когда вы пришли. Простите меня, госпожа, — и такой страх в глазах.

Я вспомнила, что рассказывала Авилла про ту Сибиллу, мне стало жаль девочку.

— Ничего страшного, Лиззи. Я справилась сама, мне не сложно, — надо потихоньку приучать окружающих к изменению Сибиллы, но не резко, потому сказала, сделав строгий взгляд, — но не расслабляйся, больше такого я не потерплю. Расчеши мне волосы и заплети, я буду отдыхать.

Лиззи подбежала и трясущимися руками стала разбирать причёску и расчесывать. Бедные служанки, что же им пришлось вытерпеть от злючки Сибиллы? Но ничего, скоро всё изменится. Я думаю, что мы подружимся с моей горничной, она хорошая девочка.

Утром меня разбудила Лиззи. Надо же, я проспала, не соскочила ни свет, ни заря, хватаясь за все дела подряд, а спала. И выспалась. Эх, портит меня богатая и сытая жизнь.

Лиззи уже не так меня боится и что-то щебечет себе под нос, наверно, настроение хорошее. У меня тоже сразу поднимается настроение.

— Лиззи, а мой муж у себя? — спросила я девочку, вроде как самой посмотреть не положено. Всё-таки хотела с ним поговорить. Почему он на меня злится. Да, и хочется побыть с ним рядом. Меня тянет к нему, хочется смотреть на него и трогать. Я уже скучаю.

— Нет, госпожа. Господин выехал из дворца на неопределённое время. Об этом на кухне говорили, что господин Ренард очень торопился и был не в духе. Ой… — Лиззи посмотрела на меня испуганными глазками, — простите, госпожа.

— Ничего страшного, Лиззи. Ты моя старшая служанка и должна вводить меня в курс всех дел, которые касаются меня, только меня и моего мужа. Поняла? Все разговоры и сплетни будешь приносить на своём хвостике.

— На к-каком хвостике? — испуганно залепетала служанка.

— Это я образно, Лиззи. Всё, что говорят обо мне и моём муже ты будешь мне докладывать. Поняла? Я спрашиваю — поняла?

— Д-да, госпожа.

— Ты служишь мне и значит должна рассказывать всё, чтобы я знала, что творится за моей спиной и приняла нужные меры. Ты же не хочешь, чтобы мне, твоей госпоже, навредили.

— Н-не хочу.

— Вот и правильно, детка. Ты будешь мне помогать, будешь моей правой рукой во дворце. И я о тебе не забуду.

Уф. Аж самой противно стало. Ну, что поделаешь? Нужно ещё побыть злыдней немного, быстро становиться хорошей нельзя. Да и от сплетней будет толк, я же должна знать, что происходит, что обо мне думают. Не хочется сразу проколоться и всё испортить. Теперь я тоже живу в этом мире. И, как я поняла, от меня здесь многое зависит.

— Не бойся, девочка, я тебя не обижу, если будешь мне служить верой и правдой, — сказала я Лиззи, видя, что девочка боится и дрожжит. — . Давай, не стой дитя, приготовь мне одежду, пока я умываюсь, а то я опоздаю на завтрак и королева будет мной не довольна.

Постаралась придать голосу высокомерия, ведь тоже будет сплетничать обо мне на кухне. Пусть знают, что я осталась почти такой же стервой.

Быстро умылась, оделась и пошла завтракать. Дорогу я уже знала. Что Ренарда нет, тоже знала. Хотела спросить Авиллу куда же он так быстро уехал.

В столовой мы завтракали вдвоём с королевой. Дамиана тоже не было. Авилла сказала, что Ренард уехал подавлять очередной мятеж, а у короля очередное совещание. Она видела, что я расстроилась из-за отсутствия Ренарда.

— Не переживай, милая. Я так поняла, что тебе нравится Ренард. Я рада этому. Скажу тебе по секрету, что Ренард к тебе тоже не равнодушен. Я ещё никогда не видела его таким… счастливо улыбающимся. Ты затронула его сердце, это точно.

— Тогда почему он вчера злился на меня за ужином и сбежал?

— Не торопи его, дорогая. Он должен привыкнуть к своим чувствам. Это просто его реакция на них. Он не знает как себя вести и что делать. Пока он не может их показать и поэтому злится, борется с собой.