Побег

– Извините, но я стесняюсь. Не могли бы вы снять мерки поверх халата? Вы же наверняка хорошая портниха, вам это не помеха. И, пожалуйста, сшейте мне удобный капор. У нас не принято ходить с непокрытой головой. Я без него чувствую себя голой.

Снисходительно пожав плечами, та принялась за дело. Через несколько минут мерки были сняты и Конни, сделав небрежный книксен, ушла.

Следом прибежала Наири.

– Хозяин просил вас спуститься на ужин. Или, если вы неважно себя чувствуете после долгой дороги, подать ужин вам в комнаты.

– Лучше я поем здесь, – Аури обрадовалась позволению не спускаться в общую трапезную. – В халате трапезничать в обществе тети и дяди неудобно. А старое платье все в пыли и соломе, надевать его мне не хочется, да и просто стыдно ходить в столь неопрятном виде. Принеси еду, пожалуйста, сюда, если не трудно, – попросила она с милой улыбкой.

Наири никто никогда не просил. Ей только приказывали. Для нее это было так непривычно, что она опрометью кинулась выполнять просьбу Даффи. И на кухне лично проследила, чтобы временной хозяйке были положены лучшие кусочки.

Принесла ужин в комнату Аури. Та посмотрела на полный поднос и поразилась обилию еды.

– Ой, мне столько не съесть! Ты не хочешь?

Служанка круглыми от изумления глазами посмотрела на девушку.

– Это только для хозяев. Слугам нельзя.

Аури мелодично рассмеялась и махнула рукой.

– Кто будет выяснять, кем съеден вот этот кусок пирога? Или вот это пирожное? Садись, не стесняйся!

Сердце Наири было покорено раз и навсегда. Она несмело подвинула к столу еще один стул и села напротив Аури. Разрезав кусок мясного пирога пополам, Аури положила его вместе с пирожным на тарелку и отдала служанке.

Девушки принялись за еду, быстро освоившись друг с другом. Болтая и пересмеиваясь, они на пару прикончили ужин. Унося на кухню пустой поднос, Наири уже считала, что лучшей хозяйки на всем белом свете и быть не может. Вот только жаль, что Даффи простолюдинка и денег у нее нет, а то бы она с удовольствием поступила к ней на службу.

Поев, Аури ушла в свою спальню, легла на большую мягкую кровать под высоким балдахином и несколько раз подпрыгнула, убеждаясь в ее мягкости. Потом отвернула край простыни и поняла, что под ней перина из гусиного пуха. Блаженно вытянулась и улыбнулась. На таком удобном ложе ей спать еще не доводилось.

В ее родном доме считалось, что баловать наследницу нельзя. Кровать у нее была хотя и большая, но матрас был жестким, а подушки неудобными. Единственное преимущество – тайник в изголовье, который она соорудила сама, и о котором никто больше не знал.

Устроилась на кровати поудобнее и с облегчением вздохнула, вспоминая непростой день. Можно считать, ей крупно повезло. Теперь ее задача – прожить здесь как можно дольше. Понять, как живут люди без угроз и наказаний. Нехорошо, конечно, что госпоже Ганти попало из-за нее, но что делать? Возможно, это пойдет ей на пользу. По крайней мере, та узнала, как это больно, и приказывать пороть на конюшне неугодивших ей больше слуг не станет. Может быть.

На следующий день поутру Аури принесли перемену белья, платье, пеньюар и те мелочи, без которых женщина чувствует себя неуютно. Все было аккуратно пошито из довольно дорогого тонкого батиста. Отдельно лежал украшенный белым кружевом темно-синий капор. Симпатичный, даже кокетливый.

Одевшись, Аури осмотрела себя в зеркало. Немного грубоватая, но в целом весьма и весьма симпатичная девушка весело ей подмигнула. Жаль, что она выглядит почти хорошенькой, но не уродовать же себя еще больше? Да и как это сделать, она не знает.

Если только начать хромать? Но это будет выглядеть очень подозрительно, ведь вчера-то она не хромала. Ладно, при встрече с незнакомцами будет прикидываться невоспитанной дурочкой, только и всего. Как правило, это отвращает куда больше длинного носа или косоглазия. Но лучше бы ей ни с кем посторонним не встречаться.

На завтраке в трапезной на первом этаже присутствовал хозяин дома и его сыновья. Дочь по малолетству трапезничала в детской со своей няней. Госпожа Ганти отсутствовала, отговорившись недомоганием. Мэрфи радостно приветствовал новоявленную кузину, Эдди хмуро промолчал, искоса на нее взглянув, а господин Оскари вежливо встал при ее появлении и отодвинул для нее стул, как для настоящей леди.

Лакей, прислуживающий за столом, удивленно отметил, что почтительные знаки внимания эта деревенская девчонка приняла как должное, лишь вежливо кивнула в ответ. Неужели в ее фермерском доме царили аристократические порядки? Хотя, как рассказал Урван, ее мать была не из простолюдинов, да и отец заделался фермером после службы в королевских войсках. Похоже, девушка не так проста, как о ней говорят.

Он присмотрелся к ее манерам. Она неосознанно выбирала приборы, которым нужно было есть то или иное блюдо, и ни разу не ошиблась. Лакей задумался. Нет, эта Даффи вовсе не простолюдинка. Да и Даффи ли она?

Перевел задумчивый взгляд на хозяина и вздрогнул от его свирепо нахмуренных бровей. Подтянулся от уясненной угрозы и принял безучастный вид. Понятно, об увиденном нужно молчать. Он давно заметил неприятную для слуг особенность господина Оскари, с виду такого обычного, даже заурядного, – тот видел людей насквозь. Солгать ему было невозможно. Недаром он столько лет служил личным секретарем у самого лорда Дроверина, самого сильного мага страны.

Решив, что больше они в услугах лакея не нуждаются, господин Оскари указал ему кивком головы на дверь. Едва за ним закрылась дверь, как Аури поинтересовалась:

– Дядя, а кем ты служишь у лорда Дроверина?

– Я просто секретарь, моя дорогая. Служащий по найму. И все вокруг принадлежит моему господину. Я живу здесь, пока ему служу.

Аури кивнула. У ее отца тоже были служащие по найму. С примерно такими же условиями.

– В этом доме полно интересных книг. Они тоже лорда Дроверина?

Господин Оскари заинтересованно посмотрел на мнимую племянницу.

– Интересных книг? В твоей комнате, Даффи, книги только на древнесантинском. Ты владеешь этим языком?

Даффи немного посомневалась, стоит ли об этом говорить. Но все же призналась:

– Да. Я знаю древнесантинский и еще несколько иностранных языков.

– Ты получила хорошее образование, Даффи, – с удивлением констатировал господин Оскари. – Не ожидал.

Девушка сумрачно усмехнулась. Все ее образование сводилось к вышиванию, танцам и знанию этикета. Ей даже историю не преподавали. Отец не приветствовал образованных леди. Считалось, что женщины должны рожать наследников, остальное от них не требовалось. Ее тоже, как других леди, готовили в племенные кобылы, и больше ничего.