Подарок

Тот таинственный человек сказал ему, что раньше люди знали и умели гораздо больше, чем сейчас. Однако прошли века, и общество изменилось. Но, получается, что не в лучшую, а в гораздо худшую сторону.

Профессор — безусловно, гений. Его расчеты, а также сама установка не просто опережали научную мысль всего человечества. Скорее, при корректной постановке вопроса, правильнее было бы сказать, что люди и вовсе никогда не должны были получить доступа к такой энергии. Однако все же отчего-то это вскоре станет возможным, и все произойдет благодаря тому договору, про который наш герой никому не имел право ничего говорить.

«Но почему? Почему же это стало возможным?» — задавался Константин вопросом, который не давал ему покоя уже более десяти лет.

Кот понимал, что не просто будет доказать научному обществу существование «иной» реальности, благодаря всего лишь соприкосновению с которой, могут происходить невероятные вещи, наподобие удивительной установки профессора Светлова.

Сейчас молодой человек сидел с кружкой остывшего чая в руках, и силился вспомнить, что же еще говорил тот человек…

Изначально план Кота был хоть и глобальным, но вполне осуществимым: скрыть от общества разработку источника бесконечной энергии, обеспечив материальную сторону дела. Затем следовало довести дело до рабочего образца, а когда и научное сообщество и правительства стран поймут, что назад дороги нет, вывести свою команду из «подполья», а самому снова исчезнуть. Изобретателю доставались слава и почет, а договор, который «висит» за Константином, осуществлялся самым благоприятным образом в интересах всего человечества. Что будет дальше с ним самим, Кота хоть и тревожило, но думать об этом он будет потом.

Когда все утрясется, и человечество будет иметь на руках источник бесконечной энергии, он, наконец, будет знать, как помочь Кате. Так сказал тот незнакомец.

Каким образом объявить во всеуслышание об изобретении профессора Светлова — Константин не имел ни малейшего понятия. Насколько он научился за эти годы разбираться во всех этих научных тонкостях, патента на свою чудо-машину им получить не удастся, так как четкого научного обоснования с подробной выкладкой физических процессов, положенных в основу механизма, вращающее колесо, у профессора не было.

Волосы на голове Кота медленно шевелились. Его кидало то в жар, то в холод. Имея на руках нечто весьма удивительное, готовое перевернуть все существовавшие устои в нашем мире, Кот, тем не менее, находился в безвыходном тупике.

Наконец, молодой человек обвел глазами сидящую за столом семью профессора. Вид парня был жалок.

— Надо… что-нибудь придумать — выдавил из себя он.

— А как же план? — удивился ученый.

Скрепя сердце, Кот поведал профессору о своих сомнениях, над которыми только что размышлял.

— Хм, я вижу, что вы зря времени не теряли все эти годы — задумчиво ответил тот, потирая подбородок — Разбираетесь в бюрократических тонкостях, пожалуй, не хуже меня. Правда, я и в самом деле упустил факт, что мне могут не дать патента без четких обоснований и подробной документации с моей стороны. То есть, я, конечно знал это, но вовсе не думал, что это будет невозможно решить.

В отличие от Константина, ученый не смотрел на создавшуюся проблему в исключительно мрачном свете. Он понимающе подбодрил парня, по-отечески похлопав того по плечу.

— Знаете, Костя, — как-то успокаивающе произнес профессор, обращаясь к молодому человеку — уже после той демонстрации в университете, после которой мне пришлось пережить массу непонимания со стороны таких умных и вполне адекватных в своей области людей, а так же после периода унижения, потеряв свое детище, я вдруг понял кое что важное. Самое главное — это поддержка хотя бы одного человека. Одна голова — хорошо, но две — всегда лучше. Если бы не жена и дочь, я бы, наверное, сошел с ума от всего того переполоха в университете. Однако именно их вера и понимание сохранили мой здравый рассудок.

Константин внутренне собрался. Хватит уже было раскисать, подумал он, ведь необходимо было закреплять начатое. Удача должна вдохновлять, а не ввергать человека в уныние. Пусть они пока не могли в открытую заявить об изобретении профессора, зато они являлись монополистами. Их синдикат насчитывал всего четыре человека, а это уже целый коллектив. Периодически закусывая свою губу, Кот, наконец, вымолвил:

— Сейчас нас тут четверо. Мы все вполне здравомыслящие люди, но самое главное, нас объединяет одно: В нашем распоряжении есть великолепное изделие, и мы должны придумать, как сделать, чтобы его признали не только в научном мире, но и в том обществе, людям которого оно, в конце концов, и обязано будет послужить. Ваше устройство, профессор должно попасть к людям, и оно попадет к ним. Во что бы ни стало. Лично я имею лишь приблизительное понятие, каким образом нам следует поступить дальше, но с сегодняшнего дня поиск решения станет нашей самой первостепенной задачей.

* * *

Вот уже две недели подряд агент Тополь перебирал информацию в огромном файловом архиве. Поиски неизвестного парня, явившегося причиной исчезновения профессора Светлова, и, судя по имеющимся данным, также и всех членов его семьи, не приводили пока ни к какому результату.

Компьютерный архив его спецслужбы был настолько объемным, что содержал подробную информацию о всех гражданах страны, начиная с родившихся в шестидесятых годах и кончая теми, кто родился только вчера. Отследить кого-то из людей, родившихся ранее, можно было только по бумажным архивам, которые занимали несколько нижних этажей здания.

Наш парень, рассуждал агент, был примерно лет двадцати пяти, поэтому где-то в недрах электронной картотеки есть данные о его личности. Предстояло всего лишь решить трудный пазл, элементы которого пока никак не хотели становиться по своим местам.

Что же на сегодняшний час имелось в распоряжении оперативника, который вступил на данном этапе расследования в непривычную для себя роль детектива?

«Я лично видел его, но лицо было различимо только в профиль» — рассуждал агент.

Те фотографии, которые хранились в их архивах, как правило были сделаны в фас. В профиль имелись только фотографии тех, что привлекался к следствию по какому-либо уголовному делу, а также лица, прошедшие службу в некоторых родах войск и спецподразделений.

Тополь проверил картотеку прежде всего по последнему списку. Специальная программа суперкомпьютера довольно скоро просчитала все возможные соответствия по фото-роботу, но не выявила никакого результата.

«Хорош фрукт» — думал спецагент, — «если ты так ловко ушел от моих пуль, то где же ты все-таки обучался?»

Тополь снова и снова прокручивал в голове последовательность действий беглецов, которыми, безусловно, руководил этот самый молодой человек. Как же грамотно скоординировал он эвакуацию профессора в укрытие, чтобы пули снайпера не попали при этом ни по одному из них. Профессор уже не молод, поэтому это именно парень грамотно рассчитал отступление их обоих. Молодец! А как ловко придумал он с переодеванием двух женщин».

Кто же была эта неведомая «темная лошадка»? Если загадочного парня нет в списке тех, кто так или иначе прошел спецобучение, то где вообще его теперь искать? Как задать поиск?

Нет, это явно не был агент иностранной разведки. На уши были поставлены все возможные источники информации, которые не выявили утечки ихнего ученого через границу. Профессор был в стране, и, скорее всего, он сейчас втайне готовился явить миру свое изобретение. Но какова же во всей этой истории роль того парня? Не могло же получиться так, что их встреча на скамейке была случайной? Или могла?