Подозрение
Шрифт:
Вдруг я чувствую на своём плече чью-то руку, и, обернувшись, встречаю мягкий взгляд Тео.
— Я…я ничего не понимаю, — говорю растерянно.
— Конечно, не понимаешь. Мой братец просто болван, если подозревает тебя в злом умысле, — Тео качает головой, — ты ведь не знала, что принесла, верно?
— В каком смысле? Это был просто дурацкий сувенир! — я с трудом сдерживаю наворачивающиеся слёзы.
Тео вздыхает.
— Это было скульптурное изображение пятой герцогини Уикершема леди Беатрис, начала 19 века.
Знакомое имя.
— Кажется, я слышала о ней. Преподаватель по этикету
— Потому что он сам покупал её два года назад для Люсии. Уж не знаю, как эта фигурка попала к тебе, но принадлежала она ей. Кажется, Себастьян говорил, что это оригинал.
В голове не укладывается. Мне становится дурно от осознания того, что сделала Мэйси.
— Я…я понятия не имела, — с трудом произношу я, в ужасе глядя на Тео, — Мэйси сказала, что это совершенно новая вещь, прибереженная миссис Малгрейв и Оскаром для особого повода. Она подставила меня! Но зачем?
Тео не выглядит удивленным.
— Разве не понятно? Люсия была не только её госпожой, но и единственной подругой. Мэйси практически жила её жизнью. Вот она и злится, что ты заняла её место.
Опустившись в кресло, я прячу лицо в ладонях.
— Я ничего этого не просила. Я не хотела возвращаться… просто считала, что так будет правильно. Неужели это было ошибкой? — спрашиваю я, поднимая на него взгляд. — Теперь личная горничная строит против меня козни, а друг, с которым мне так хотелось восстановить отношения, презирает меня.
Тео пододвигает стул ближе и приобнимает меня за плечи.
— Себастьян тебя не презирает. Даже не сомневаюсь, когда он поймёт, что ты ни в чём не виновата, то почувствует себя настоящим ослом. А что касается Мэйси — почему бы тебе её просто не уволить?
Я тяжело вздыхаю.
— Я бы рада, но не могу. До двадцати одного года управлять имением мне предстоит вместе с сорегентом, и я сильно сомневаюсь, что он согласится уволить Мэйси из-за недоразумения с подарком. Особенно если учесть, что её мать служит в поместье домоправительницей, и обе они живут в Рокфорде намного дольше меня.
— Наверное, ты права, — Тео берет меня за руку, и даже не знаю, что более неожиданно: сам этот жест, или то, что его прикосновение мне приятно, — послушай, я ведь не дурак и прекрасно понимаю, что я не тот брат, встречи с которым ты ждала. Но позволь мне быть другом, который тебе сейчас нужен. Я просто хочу тебя поддержать.
Я заливаюсь румянцем от смущения. Неужели мои чувства так очевидны?
— Я… встречи с тобой я тоже ждала, честное слово. Просто в детстве мы больше общались с Себастьяном. Его я знала лучше…
— Не оправдывайся, не надо, — перебивает он, — я всё понимаю. Просто… высказываю свои намеренья.
Тео улыбается, демонстрируя очаровательную ямочку на щеке.
Я растроганно сжимаю его руку.
— Твоя английская прямота производит впечатление. Не представляю, чтобы американский парень нашего возраста выражался так красноречиво… и мило.
— Приятно слышать, — подмигивает он, — кажется, нам лучше пойти к остальным, пока моя мать совсем
не разнервничалась.По пути в библиотеку мы случайно соприкасаемся руками, и в голове проскакивает мысль: а смогла ли бы я влюбиться в Тео? Я никогда не рассматривала его с этой точки зрения, но, должна признать, он меня всё больше удивляет… в хорошем смысле этого слова.
Прежде чем присоединиться к гостям, я задаю вопрос, который засел в моём подсознании с той минуты, как Тео рассказал про статуэтку.
— Почему леди Беатрис? Почему Себастьян выбрал именно такой подарок для Люсии?
— Люсия была… помешана на леди Беатрис, — признаётся Тео, — всё началось с реферата, который они с Себастьяном готовили в университет, но потом она просто зациклилась на ней, особенно на слухах, которыми обросла её жизнь.
— Каких слухах? — спрашиваю я с замиранием сердца.
Но не успеваю я договорить, как леди Стенхоуп замечает нас в дверном проёме и жестом приглашает пройти в библиотеку. Мой вопрос остается без ответа.
Несмотря на все усилия леди Стенхоуп ужин проходит на грани провала. Лорд Стенхоуп возвращается в обеденный зал и сообщает, что Себастьяна нигде не нашли. Пустующее место за столом бросается в глаза, но все избегают больной темы — натянутые разговоры чередуются с неловкими паузами. После того как подают чай, Блайты и виконт с дочерью поднимаются из-за стола. Наконец и я смогу уйти.
— Благодарю за прекрасный вечер, — я заставляю себя улыбнуться Стенхоупам.
— Простите нас за произошедшее, — тихо говорит лорд Стенхоуп, — после смерти Люсии мой сын сам не свой.
— Я понимаю, — отвечаю коротко.
Обнявшись с Тео на прощанье, я выхожу в темноту, где меня дожидается Астон Мартин. Алфи расспрашивает об ужине, но я едва могу поддержать беседу — мысли вертятся лишь вокруг предстоящей встречи с Мэйси.
Кипя от злости, я распахиваю двери поместья Рокфорд. Ну и где она?
В поисках Мэйси я ношусь по первому этажу, запыхавшись, обыскиваю комнату за комнатой, но нигде не могу её найти. Затем возвращаюсь в Мраморный Зал и замираю при виде миссис Малгрейв, крадущейся вниз по лестнице.
— Где ваша дочь? — я понимаю, что срываюсь на крик.
Миссис Малгрейв вздрагивает.
— Она подставила меня! — я с трудом держу себя в руках. — Где она?
— Что значит подставила? — спрашивает миссис Малгрейв.
Тусклый свет, исходящий от настенного серебряного канделябра придаёт её лицу потусторонний вид.
— Она подсунула мне в качестве подарка Стенхоупам вещь, принадлежащую Люсии. Выставила меня настоящей стервой, пытающейся напоминанием об этом затронуть Себастьяна за живое. Что она за человек такой? — я презрительно качаю головой.
Миссис Малгрейв бросает на меня резкий взгляд.
— Не думаю, что Мэйси желала вам зла. Уверена, всему есть объяснение. Тем более, когда мужчина любит женщину так, как Себастьян любил Люсию, то напоминать ему о ней будет каждая мелочь. Не стоит даже надеяться, что он когда-либо её забудет, — миссис Малгрейв переходит на мягкий, почти благоговейный тон, как и всегда при разговоре о Люсии, но сегодня мне от этого не по себе.