Подруга Мародеров

– Ты выглядишь немного грустным, - произнесла Амелия, в то время как Сириус вновь обернулся к Джейн. Она закончила с бинтами Джеймса и теперь перебралась на диван. Но оттуда она склонилась вперед, навстречу так же склонившемуся в ее строну Поттеру, и они с улыбками о чем-то говорили.

– Просто устал, - ответил Бродяга, не зная, так ли это на самом деле. Тонкие теплые пальчики коснулись его ладони.

– Эй, - прошептала Амелия, - мы больше не пара, но если ты захочешь поговорить, только свистни.

Сириус печально улыбнулся. Он причинил этой девушке боль, а она по-прежнему к нему добра. Права была Джейн когда-то, назвав подругу ребенком, добрым и наивным. Сам он никогда не был бы таким с тем, кто посмел бы его использовать.

– Буду иметь в виду, - тихо ответил он. И внезапно для себя самого, раскрыл ладонь, позволяя ее пальчикам переплестись с его. А затем повернул голову, чтобы встретиться с девушкой взглядом.

– Думал, ты меня ненавидишь, - он выгнул бровь в легком недоумении. Амелия улыбнулась.

– Знаешь, какое-то время я тоже так думала, - улыбка угасла.
– Ты сделал мне очень больно, Сириус.

Сириус сжал губы.

– Я знаю.

На что Амелия покачала головой.

– Не думаю. Знаешь, что больнее всего? Непонимание, почему? Чем я это заслужила?

Сириус смотрел в эти чистые печальные глаза, отчего-то напомнившие ему глаза олененка, когда раздался смех Джейн. Ничего не ответив, он вновь повернул голову в ту сторону, где сидела Картер. Котенок. С этой яркой счастливой улыбкой на губах, с искрами в глазах, которые он мог видеть даже на расстоянии, Джейн казалась ему красивей всего.

Боковым зрением он заметил, как покосилась на него Джойс, как проследила направление его взгляда, как уловила нечто в его лице и губах.

– Сириус… - выдохнула она. И голос ее не предвещал ничего хорошего. Бродяга закрыл глаза и стиснул зубы, гадая, что будет дальше.

– Сириус, - снова позвала Амелия, и Блэк взглянул на нее. Что-то уловимо изменилось в лице Джойс.

– Ты не мог быть со мной, потому что любишь ее, - испуганно прошептала девушка.
– Потому что любишь Джейн.

Сейчас Сириус мог бы напустить на себя свой крутой насмешливый вид и убедить ее в обратном. Он так и собирался сделать, но почему-то не сделал.

– Мерлинова борода, это так!
– ахнула Джойс.
– Как же я была слепа, что не заметила этого раньше. Ты так смотришь на нее, как никогда не смотрел на меня.

Сириус молчал.

– Я права.

Он мог бы ничего не говорить, ведь она уже все поняла. Но видимо сегодня был такой вечер, что он поступал вопреки мысленно принятым им же решениям. И ему не хотелось врать ни себе, ни ей.

– Да. Ты права.

Казалось, это открытие только шокировало Амелию, но ничуть не огорчило.

– Почему ты ей не скажешь?

– А смысл?
– огрызнулся Сириус.
– Мы друзья и всегда ими будем.

– Или нет!
– щеки Джойс вспыхнули.
– Может, ты тоже нравишься ей. Просто она этого не понимает. Нужно сделать первый шаг. Сказать ей о своих чувствах.

Сириус вырвал свою руку и вскочил на ноги.

– Она никогда не посмотрит на меня, как на парня, потому что… потому что любит другого, - выплеснул он внезапно. Может, потому, что так долго носил это в себе, не имея возможности рассказать никому.

– Ох, - выдохнула Амелия. И тут же соскочила на пол следом за ним.
– Послушай, Сириус. Если ты любишь ее, а ты любишь, то должен бороться. Может, она только и ждет, что ты откроешься ей первым. Извини, но твоя репутация могла заставить ее выстроить защитный барьер от тебя. Но если ты все ей расскажешь… Ты никогда не узнаешь, пока не попробуешь. Ты ведь очень ее любишь, правда? Я ведь сражалась за твою любовь, не зная, что это бесполезно. И ты должен сражаться за Джейн, если правда хочешь быть с ней. Ты не можешь стоять и ничего не делать. Счастье, оно такое. Любит, чтоб за него боролись.

Амелия развернулась, чтобы уйти, когда Сириус схватил ее за руку и развернул к себе.

– Не говори ей!
– выдохнул он. И вдруг Амелия улыбнулась.

– Я любила тебя, ты знаешь, - спокойно сказала она.
– Но ты не мог ответить мне тем же, потому что всегда любил Джейн. Теперь я понимаю. Спасибо за это, Сириус. За то, что я знаю, почему. Больше меня это не мучает. И да, не бойся, я не скажу.

И впервые Сириус ощутил прилив нежности к этой девушки вместе с чувством благодарности. Наверное, хорошо, что именно она оказалась тем человеком, который узнал его секрет. Будь это мародёры, как бы смог он вести себя после словно ничего не было? Он улыбнулся со всей искренностью. И прошептал:

– Спасибо.

Амелия подмигнула ему и ушла. Тогда Сириус вновь отвернулся к окну, глядя на свое искаженное отражение в темном стекле и думая о том, что только что услышал. И ему вдруг стало ужасно тоскливо. Может, от того, что сказала ему Амелия. А может, дело было просто в том, что он никогда не любил октябрь.

========== 77. ==========

Утром Сириус первым спустился в гостиную. Джеймс, Римус и Питер еще собирались. А вот Джейн, к удивлению Блэка, уже показалась на лестнице. Она медленно шла вместе с Амелией. Джойс что-то говорила ей с самым заговорщическим выражением лица, а Картер внимательно слушала, не улыбаясь. Смутные подозрения закрались в сердце Сириуса. Не стоило ничего говорить Амелии. Эта девушка не умеет держать язык за зубами, а значение слова «секрет» ей явно не знакомо. Из неё плохой хранитель душевных ран. Неужели он не понял это, пока был с ней? Сжав кулаки и стиснув зубы, Бродяга подошел к лестнице и встретил девушек. Амелия улыбнулась ему и, поздоровавшись, пошла завтракать. Картер осталась. Ее проницательные карие как у Джеймса глаза цвета карамели внимательно смотрели на парня. И у Сириуса начала создаваться впечатление, что Джейн все знает. Нужно это исправить!

– О чём вы говорили?
– несколько бесцеремонно спросил он. Картер выгнула брови.

– Есть разница?

– Сложно сказать?
– раздражение нарастало. Если Джейн знает, то что думает по этому поводу? Что думает теперь о нем? Непривычное чувство страха стало зарождаться где-то в груди.

Джейн усмехнулась.

– Не о тебе, расслабься, Пёсик. Просто Амелия рассказывала мне о своих двоюродных братьях. Они учатся в Дурмстранге и гостили у нее всё лето. Представляешь, у них в школе совсем не так, как в Хогвартсе.

Сириус с облегчением улыбнулся, чувствуя, что камень упал с сердца. Джейн ничего не знает. И зря он злился на Джойс, та ничего не сказала и не скажет. Но когда к завтраку спустились остальные друзья, и Джеймс вместо приветствия поцеловал Джейн, Сириус внезапно ощутил пустоту и сожаление. Ведь он знал, что сам никогда не скажет Картер о своих чувствах. И, быть может, в глубине души, он хотел, чтобы это за него сделала Амелия. Но сейчас он просто встряхнул головой, пытаясь не задумываться об этом, и последовал за друзьями в Большой зал.