Пограничник

Глаза застлала красная пелена, за долю секунды ставшая чёрной, и я потерял сознание.

* * *

Очнувшись, я увидел над собой белый потолок. По знакомому запаху я тут же понял, что нахожусь в больнице. На часах было три, но дня или ночи определить было затруднительно, поскольку окна палаты оказались занавешены плотными жёлтыми шторами. С тем же успехом я мог проспать и сутки, и двое, а может, и больше.

Чувствовал я себя, прямо скажем, нелучшим образом. Хреново я себя чувствовал: голова была тяжёлая, в висках стучало, всё тело ломило. Палата оказалась двухместная, но соседняя койка пустовала. Я повернул голову на подушке и увидел, что прикроватная тумбочка заставлена всякими вкусностями. Моё состояние сразу отошло на второй план. Я почувствовал жуткий голод, но сперва протянул руки к двухлитровому термосу. Больше, чем есть, я хотел только пить. В горле было так сухо, словно я песка наглотался после маршброска. В термосе я обнаружил прохладный виноградный морс, выпил половину и принялся за еду. Уже успел забыть, как это вкусно – гречневая каша с тушёнкой. А ведь совсем недавно был уверен, что этой самой тушёнкой я наелся поперёк горла, пока Внешняя Земля держала эмбарго. Как закуска отлично пошла ветчина, маринованные грибочки и огурчики. На десерт у меня остались три здоровенных апельсина.

Я жадно вгрызся в горькую кожуру, надкусил, затем пальцами быстро снял её с апельсина и кинул в рот дольку. Медленно пережевал, смакуя дивный вкус. Фрукты – страшная редкость в Колониях, может, поэтому они кажутся такими вкусными.

Что ж, если аппетит у меня отличный, значит, и выход из «форсированного режима» прошёл нормально.

Я как раз доедал второй апельсин, когда раздался стук в дверь. Не дожидаясь ответа, в палату вошёл Сэнсэй:

– Как здоровье, воин тонких миров?

– Бьёт ключом куда ни попадя. Садись, угощайся.

– Вот спасибо. Это хорошо, что ты заботишься о своём учителе.

Я поперхнулся долькой – вспомнил.

– Коля, Гаврик?! – взволнованно спросил я.

– С ними всё в порядке. Живы-здоровы, даже не ранены.

Я выдохнул.

– А вот Каскадёра ранили.

– Голубева? Как?

– В бедро целой ноги. Friendly fire, [9] ничего не поделаешь.

– Ну, дебилы. А что Демон, я его убил? Вернее, я и маги?

Сэнсэй вздохнул.

– Я бы не стал говорить однозначно, воин всегда должен готовиться к худшему. Но вы с магами очень сильно повредили его энергетическую структуру, и есть высокая вероятность того, что вы его уничтожили. Точнее сказать не могу.

9

Дружественный огонь.

– И на этом спасибо, – обрадовался я.

– У меня есть и не очень хорошие новости. Витя, как думаешь, откуда взялся Демон?

– В смысле? Ну, из тонких миров, как ты сказал, проскакивает во время Проколов всякая биоэнергетическая мерзость.

– В самом начале так и было. Я имею в виду, из каких краёв этого Мира он пришёл в наши Колонии?

– Не совсем понимаю, к чему ты клонишь.

– Понимаешь, Витя, я раньше не был уверен, надеялся, что этого не произойдёт, но недавно получил ясные доказательства.

– Чего?

– Когда вы, разведчики, вместе с отцом Михаилом оборвали связь Демона с последними источниками, тот сбежал из Южного. [10] В бункере, где прятался Демон, обнаружили два тела. Одно носителя, в котором обитал сам Демон Колонии, второе – охранника бункера, которое служило носителем, но для другого Демона.

Я присвистнул.

– Можно сказать, что если раньше противостояние шло на клеточном уровне, то теперь оно перешло на макроуровень.

10

Столица Южной Колонии.

– Чего?!

– Раньше мы имели дело с самим Демоном – вирусом, – терпеливо пояснил Сэнсэй, – и людьми, порабощёнными им, – заражёнными клетками, образно говоря. Я думаю, что где-то на нашем континенте существует держава, в которой произошло то, что не удалось сделать нашему Демону в Южной Колонии. Вернее, чуть не удалось. То есть создать государство, все жители которого включены в эгрегор, контролируемый очень сильным Демоном. И в случае войны с такой державой противостояние выходит на новый уровень. Не одна «клетка» против другой, а система против системы. Так понятно?

– Более чем. Получается, мы будем иметь дело, по твоей терминологии, с заражённым существом-государством?

– Ты даже не представляешь, какое точное определение ты подобрал.

– Это какое-то зомби получается.

Я попытался представить себе империю с населением, спаянным в единый эгрегор, все ресурсы которого подчинены одной лишь воле могучего Демона, и невольно вздрогнул. М-да… противник, с которым не хочется встречаться.

– А почему в бункере тогда нашли два трупа? – уточнил я.

– Я думаю, в Южном эти два Демона немного поконфликтовали. Придётся тебе съездить в Южную Колонию и с помощью твоего вновь открывшегося дара поискать следы Демона № 2. Слышал о партизанах?

– Слышал, конечно, только партизаны-то как связаны с нашим разговором?

– Да я не про тех, кто воевал на Внешней Земле. Партизаны – это те колонисты Южной Колонии, которые не приняли власть эгрегора и сбежали от Демона ещё дальше в степь. О них контрразведка только недавно узнала, тоже мне профессионалы. Ну да ладно. Скорее всего, я тоже с тобой поеду, помогу, чем смогу, родной Колонии.

– Серьёзно? – искренне обрадовался я: совместный рейд с Сэнсэем – это круто. Только уточнил: – Эта история надолго? До Южного минимум две недели добираться.

Почему-то промелькнула мысль о том, что Лена расстроится от такой долгой разлуки. Раньше я о её чувствах не сильно задумывался.

– Поверь мне, мы доберёмся до места назначения гораздо быстрее, чем ты думаешь, – подмигнул наставник.

– Когда выходим?

– Дня через три-четыре. Надо подготовиться и поговорить с Аглаей, может, она сможет поведать чего интересного.

– Аглая? А ты с ней ещё не встречался? – выпалил я и тут же смутился.

– Нет, Витя, она ещё под капельницей. Ты вот, кстати, проспал всего восемь часов, это неплохо. Тебе нужно научиться контролировать «форсированный режим».

– А всё-таки, когда очнётся Аглая, можно мне будет с ней пообщаться? – спросил я, пропустив мимо ушей слова Сэнсэя о «форсированном режиме».

– Можно. Обещаю, Витя.

– До того как мы уйдём в рейд?

– Да.

– Последний вопрос: я уйду в рейд только с тобой или со всей моей группой?

Сэнсэй улыбнулся.

– Естественно, со всей группой. А почему бы и нет? Времена сейчас спокойные, нечисти нет, а с нелюдьми теперь мир. Так что без твоей группы Колония не пропадёт.

8. Попавшие в чужой Мир

Лёша сидел у костра, протянув руки к огню. Позади него, в шалаше, тихо посапывая и подложив руку под голову, спала Таня. Он посмотрел на свою девушку, осторожно, чтобы не разбудить, поправил неказистое одеяло, наскоро сшитое из разноцветных лоскутов ткани.