Пограничник

Колонну агрессоров догоняли полночи. Грузовику трудно оторваться от человека в лесу, особенно в колонне, особенно ночью. Викинг и Саша держались молодцом, бежали наравне со всеми. Когда перестал доноситься рёв моторов, мы поняли, что догнали землян – те остановились на ночёвку. До них оставалось не больше трёх километров.

Теперь мы не бежали, а быстрым шагом передвигались в лесу, максимально соблюдая тишину, опасаясь наткнуться на разведгруппу землян. Несмотря на все предосторожности, мы на неё всё-таки нарвались.

Уже в предрассветных сумерках, когда в лесу ещё было темно и солнечные лучи не резали перешедшие на ночное зрение глаза, Инга увидела череду плывших друг за другом огоньков. Мы предельно быстро и тихо укрылись за деревьями, слились с ландшафтом. Сейчас ой как пригодились бы маскирующие амулеты. Вереница огоньков оказалась отблесками от визоров приборов ночного видения – ПНВ, которые несли на себе разведчики землян. Их было четырнадцать бойцов. Четыре боевые тройки и два снайпера. Каждый третий вооружён РПК, [20] у половины автоматчиков на оружии были приборы бесшумной стрельбы, у другой половины – подствольные гранатомёты. Кроме этого, у всех разведчиков, кроме снайперов, имелся за плечами обычный гранатомёт, и каждый землянин нёс в разгрузке втрое больше боеприпасов, чем мы обычно брали с собой в рейд.

20

РПК – ручной пулемёт Калашникова.

В лесу они были явно не новички, вели себя правильно. Но мы всё равно круче. Ну не могут быть земляне лучше нас, коренных зелёных, в лесном бою.

Группу разведчиков мы пропустили без единого выстрела, потом устроились на ночёвку, чтобы дать глазам перейти в нормальное состояние и начать наблюдение за лагерем землян.

За час до полудня мы нашли стоянку. Земляне никуда не двигались, хоть и опасались преследования. Оно и понятно, места-то для них незнакомые, вот и выслали в разные стороны разведгруппы – проверить местность.

Лагерь был организован грамотно и был малозаметен. На относительно чистой лесной полянке между высоких сосен были сложены из брёвен и лапника несколько десятков шалашей. Последние из них земляне доделывали в спешке. Такие строения фиг обнаружишь с наших аэростатов и дирижаблей. Вокруг лагеря, также не бросаясь в глаза, протянута колючая проволока, укрытая маскировочной сеткой. Если не приглядываться, то, пока на неё не напорешься, и не заметишь.

Задумка понятна. Во время отступления колонна землян оставила очень заметный след в лесу, но на нём наверняка стоит арьергард. Окружить его и уничтожить сразу не получится. Вот и придётся нашим войскам, вместо того чтобы выйти по просеке, проложенной землянами, на их лагерь и спокойно накрыть его артиллерией, сначала биться с арьергардом, а потом рыскать по Западным лесам в поисках этих самых землян. А это пара дней форы минимум, за это время многое может измениться.

Единственное, что меня удивило, это две высоченные мачты посреди бивака, выкрашенные в зелёный цвет, с тремя вращавшимися лопастями. Эдакие гигантские вентиляторы. Зачем они землянам, я и придумать не мог.

Чтобы уменьшить риск обнаружения, я разделил группу на три отряда и обозначил точку сбора в случае отступления. Мы очень медленно и крайне осторожно стали приближаться к лагерю для дальнейшей разведки. Где-то в лесу должны были находиться секреты землян, малейшая оплошность могла завалить всё дело и стоить жизни кому-то из бойцов. Нет, в себе, как и в Инге, я был уверен – вот хрен земляне нас обнаружат в лесу. Просто мне всегда было неуютно, когда группа разделялась. Получается, ты отдаёшь приказы, которые могут стоить жизни другу, а после – ведь ничего не исправишь. Доля командира – это называется.

Мы с Иглой прошли вдоль лагеря метров сто, пока не нашли подходящую ольху для наблюдения. Достаточно разлапистую, чтобы скрыть человека, и достаточно высокую и кривоватую, чтобы на ней можно удобно разместиться. Первым дежурить выпало мне. Я дождался небольшого порыва ветра и легко вскарабкался на дерево, устроившись на одном из ответвлений ствола.

Лагерь землян не производил особого впечатления. А чего я, собственно, ожидал: лазеров, сталкерских экзоскелетов, боевых роботов, как в книжках? Обычные люди, такие же, как я и Инга, ничем не отличавшиеся от наёмников и разведчиков, занимались своими делами. Даже в темноте могут видеть. Я мысленно усмехнулся: значит, ПНВ всё-таки могут работать в нашем Мире. Интересно, насколько эффективно?

Судя по количеству шалашей, если часть из них не была ложными, земляне привезли с собой двадцать пять единиц техники. Из них три, скорее всего, танки. Точно я сказать не мог, но шалаши были очень большие, и что-то, предположительно ствол, далеко выпирало из нутра постройки и было затянуто маскировочной сеткой. Итого, по моим прикидкам, против Колонии у землян имелось штук десять БМП, вооружённых и забронированных по последнему слову Земной техники, ещё с десяток различных грузовиков, ремонтных и штабных машин. Ну и пара-тройка самоходок. А вот с личным составом у гостей с Внешней Земли проблемы – батальона полтора [21] не больше.

21

Батальон армии Зелёного Города равен примерно трёмстам человекам.

Мы с Иглой несколько часов посменно следили за лагерем землян. Отмечали смены постов, выискивали офицеров, огневые точки и прочее. Словом, занимались одним из самых сложных видов деятельности разведчика – наблюдением. По мне, лучше трижды марафон пробежать или от мин в лесу побегать, как недавно, чем вот так часами, скрючившись на ольхе, недвижно наблюдать за вражеской стоянкой.

Так за этой нудной и тяжёлой работой наступили сумерки. Я планировал в темноте подобраться поближе к лагерю и уже хотел слезть и отдать приказ группе собраться вместе, как вздрогнул.

Это было то самое чувство, какое я ощущал у крепости источников и на улице Заснеженной. Демон, вирус, враг человечества. Он был здесь.

– Игла, – шёпотом сказал я, – можешь ко мне забраться?

Снайперша без слов выполнила просьбу. Не издав ни малейшего звука, она забралась на кривую ольху, улеглась на соседнем ответвлении раздвоенного ствола.

– Где-то в середине лагеря, потом укажу точно цель, которую нужно убрать. Скорее всего, маг.

Игла спокойно кивнула, она уже входила в своё особое состояние, доступное только снайперам, снайперам-разведчикам. При этом девушка не выказывала ни капли волнения, хотя не могла не понимать, что последует за её выстрелом.

В конце концов, она мой подчинённый, но я-то – командир. Я должен просчитать вероятность успеха и возможные риски. Вероятность удачного исхода, прямо скажем, маленькая, но я чувствовал, что должен это сделать. Вернее, даже не чувствовал – знал, и всё тут.

– Игла, видишь палатку за четвёртым шалашом в третьем ряду? Там нужная цель.

В этой палатке пульсировало уже знакомое мне красное свечение.

Игла выцелила нужное место, потом положила винтовку и, придерживая её руками, принялась рассеянно (на первый взгляд) наблюдать за определённым участком на стоянке.

Это было её особое состояние, в котором она могла часами следить за местностью, не теряя концентрации, а потом в единственный подходящий момент прицелиться и выстрелить. А то и вовсе выстрелить не целясь, на чувство.

Я тоже так умел, но гораздо хуже, чем Игла. Ещё я мог ощутить, куда в меня хочет выстрелить враг, предугадать его удар.

Проблема в том, что тот, кого мы выцеливали, Демон, обладал теми же способностями, а реакция у него была гораздо выше. Я надеялся на то, что Демон не ожидает нападения, а ещё на удачу да на Бога.