Похищение Европы

Имеется охрана – два водителя и телохранитель. Постоянное сопровождение.

Автомобили: «БМВ», 7-й серии, черный, с затемненными стеклами. «Мерседес Бенц – Гелендваген», черный катафалк, салон не просматривается. «Феррари-Дино», красный, спортивный. Первые два стоят в гараже банка, третий в подземном гараже дома, на первом уровне. Вход в гараж с улицы и со двора. Место – 29-е, бокс.

Виллы: Барвиха, Одинцовский район, Московская область, на берегу реки Самынки. Дом четырехэтажный, кирпичный, с двухуровневым подвалом, имеется лифт. Спуск к реке со своим причалом из мрамора и малахита, а также с ангаром для двух катеров и яхты. Одно место гостевое. Во дворе бассейн круглой формы с тентом, в доме еще один – крытый, подогреваемый, прямоугольный, на крыше солярий и летний бар. Летний корт, мини-гольф. Еще имеется спортивный зал с тренажерами и бильярдная с тремя столами. Крытый зимний сад с чайным домиком и искусственным прудом. В подвальном помещении дома – частное казино с одним карточным столом, рулеткой и барной стойкой с напитками. Там же небольшая круглая сцена с шестами для танцовщиц и креслами для гостей. Тут же две парилки (русская и финская) и комната для интимного отдыха. Во дворе, рядом с гаражным комплексом на восемь автомобилей и ремонтной зоной, двадцати пяти метровый тир с электронным проектором и звуковым сигналом для мишеней. Своя бойлерная и щитовая. Подстриженные в английском стиле газоны, небольшой фонтан и беседка с видом на реку. Полив газонов автоматический, в зависимости от влажности и температуры воздуха. Площадка с основательным мангалом и гостевым столом под черепичной крышей. Расположение технических, садовых и спортивных объектов компактное, выполнено группой известных итальянских дизайнеров. Строится небольшая вертолетная площадка с ангаром. Проект США. Обслуживание постоянное. Однако во время длительного отсутствия хозяина персонал в целях экономии на зарплате распускается. Включается специальная элеткронная система защиты, имеющая прямой вывод на местный отдел полиции. Постоянное сканирование территории через спутник.

Сосед слева – вице-премьер правительства, дом аналогичный, сооружала та же дизайнерская и строительная группа. Бывает с семьей в гостях у Казимирова. Имеет кабинет в его же банке. Постоянная охрана.

Сосед справа – губернатор, владелец металлургических предприятий и крупного пакета акций в газовой отрасли, здесь бывает крайне редко. Живет, в основном, в Лондоне и в Эдинбурге. Дом под постоянной охраной. В гостях у Казимирова бывал дважды.

Ницца, Франция, в старом городе, рядом с собором Св. Репараты. Двухэтажный особняк девятнадцатого века. Имеется небольшой открытый бассейн и теннисный корт, общий с соседями-актерами. Охраны нет. Электронная система сигнализации.

Австрия, Альпы, горный дом, адрес не известен.

Водный транспорт: Яхта «Бавария», серии «Визион», стоит в порту Ниццы. Белая, моторная, высокоскоростная. Яхта «Зайчик», речная, прогулочная, польского производства, стоит в ангаре в Барвихе. Скоростной катера, класс не изветен. Стоит в ангаре в Барвихе.

Эти сведения плюс фотографии Казимирова я собрал за четыре дня. Спросите, откуда? Не скажу! Потому что если уж отвечать за предстоящее, то только мне персонально. А источники информации я обычно сразу забываю. К этому меня приучила старая служба. Предателей или доброжелателей вокруг хоть отбавляй. Кто-то из них на меня работает, а кто-то и против. Бывает, что это одни и те же люди.

Я позвонил одному своему старому доброму коллеге, пенсионеру уже, человеку надежному и честному, и попросил у него автомобиль недельки на две – на три. У него их два. Один, которым никто не пользовался с тех пор, как этот мой знакомец провалил свой малый бизнес, так и пылился во дворе его скромной подмосковной дачки. А мне именно такой и был нужен. Неприметный полугрузовой «Пежо-каблучок», французский. Два передних места для водителя и пассажира и закрытый фургон. И цвет, к тому же, неброский, серо-серебристый. Я в тот же день свинтил номера с другого «пежо», точного такого же, на стоянке перед сервис-центром и сразу привинтил их к этому автомобильчику. В центр я заехал на этой машине, поставил ее багажником к капоту той другой, втихую свинтил номера и тут же уехал. Охрана даже не охнула. И «гиббоны» на дороге не охнут – приметы машины те же, а на VIN двигателя, так же как и на номера, под чарующим воздействием двух-трех хрустящих бумажек и смотреть не станут.

Потом на этой машине я три дня пас Казимирова – стоял неподалеку от банка, но подальше от его камер наружного наблюдения, и прокатился за казимировским «бумером», а на следующий день за его черным гробом-«мерином». Утром я аккуратненько провожал его на службу. Разглядел первого водилу, судя по всему, старого матерого пса из «семерки», и охранника – туповатого бычка с накаченными мышцами и рассеянным взглядом, похож на провинциала. Бычок мне понравился, олух, а вот водила не очень. Шныряет глазами туда-сюда, причем делает это неосознанно, по привычке. Это плохо! Пришлось ограничить наблюдение за этой машиной двумя днями. А то приметит. Непременно приметит. Он рулит «бумером» мастерски, уверенно, с огоньком. За ним на «пыжике» угнаться трудно.

«Мерина» водит серенького вида мужичок, лет за сорок. Наверное, из ГОНа – гаража особого назначения, из правительственного. Не лихач, но «давит» на трассе умело, то есть спокойно хамит, расчищая себе дорогу уверенным шоферским опытом. Этот, похоже, возил когда-то больших советских шишек. Службу знает.

Вот, собственно, и весь улов. Скажете, мало? А я скажу – больше, чем следует! Из этого совершенно ясно – встретиться с глазу на глаз с Лёнчиком Казимировым так просто не удастся. Нужен оригинальный ход.

Второй документ – план квартиры Лёнчика. Большая, дорогущая, представительная.

Третий документ – план виллы в Барвихе. Это просто дворцовый пейзаж какой-то. Английский лорд сдохнет от зависти.

Квартиру я «задокументировал» на всякий случай после наблюдения с крыши противоположного высотного дома, а виллу – из интернета со спутниковой карты. Это вряд ли понадобится, но для досье сойдут все документы. Чем их больше, тем фантазия работает активнее, горячее. Это я по опыту знаю.

Никто с этим типом под одной крышей, похоже, постоянно не живет. Во всяком случае, домой он приходит один, включает свет и жрет на кухне. Запивает жрачку водкой. Думаю, чистенькой, не дешевой. Значит, и официальной жены рядом нет. Во всяком случае, не видно ее. Появилась на день какая-то блондинка, но утром исчезла. Вела, правда, себя по-хозяйски. Знала, где, что лежит. Гламурная такая. Кажется, к тому же, немного надменная. Думаю, дура.

Точка наблюдения у меня образовалась чудненькая. Сразу над технической камерой лифта. Там слуховое окошко имеется, выходит прямиком на окна Казимирова. А морской бинокль приближает все даже до ненужной четкости. Я вижу зубы, лениво жующие мясо. Отвратительное зрелище! И водку он пьет жадно. Алкоголик. Это – точно! Скрывает. Даже глаза закатывает от наслаждения, когда опрокидывает в себя рюмку. Одной не ограничивается. Эдак штук пять за вечер, потом перебирается в спальню и падает замертво. Окна выходят на одну сторону, поэтому всю его вечернюю жизнь можно наблюдать, как говорится, одним кадром. Блондинка та, когда он вдруг отрубился, подушкой его лупила по башке. Бесполезно. Потом погасила свет и сама задрыхла.

На кой черт он обчистил две семьи почти до нитки? Чтобы вот так бездарно гнить по вечерам в холодной гигантской квартире? Идиот! Сволочь! Ничего себе оракул! Богат, как Крез, а всё ему мало!

Это я себя специально распаляю. Тоже опыт подсказывает – чем злее буду, тем ближе к успеху. Справедливая злость придает самоуважение, особенно, когда больше тебя уважать некому.

Теперь, как он выглядит – толстый, даже жирный, очень крупный, белокожий, с мелкими серенькими глазками, с пухлыми алыми губками, лобик небольшой, без морщинок, нос курносый, аккуратненький, волосики светло-русые, реденькие, но без залысин. Иной раз надевает очки, в золотой оправе.

Что еще я о нем знаю? Больше ничего! Но план, тем не менее, созрел как раз на чердаке, когда я в конце четвертого дня наблюдал за Лёнчиком.

Я знал уже, что делать. Так и сказал Эдит.

– Я знаю, что делать. Тебе и Геродоту придется мне помочь.

– Уже!

– Что уже?

– Уже готовы!

– Ты была примерной пионеркой?

– Кошмарной. Однажды прямо на праздничной линейке я на спор сняла с себя юбку и белую рубашку. Галстук оставила. Меня на две недели исключили из этой террористической детской шайки.

– Боюсь, этот опыт тебе пригодится.

– Какой? Пионерский?

– Он самый. Особенно связанный с раздеванием на линейке. Только галстук можешь не надевать. Колготки обязательны. Это возбуждает. Меня.

– Я не поняла, но, надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Знаю.

– Что?

– Мы его похитим. Иначе все бесполезно. Под охраной и при власти он с нами говорить не станет. Ты с этим согласна?

– А куда мне деваться?

– Некуда.

– Ты точно знаешь, что делаешь? – повторив вопрос, она строго заглянула мне в глаза.