Поиск ульдан

— Умник, отчет!

— Корпус выдержал, все системы работают в штатном режиме. Потеряны две антенны, необходима замена. Фиксирую множественные цели. Выпущены корабли противника.

Аалор понял главное — торпедами меня сбить не получится. Вернее, получится, но нужно для этого слишком много дорогостоящего оборудования. Куда как проще выгнать скучающих игроков на истребителях с приказом «сбить и доложить».

— Вторая часть операции. Стрелок, действуй!

Несмотря на всю абсурдность моего нападения, руководствовался я не сиюминутным порывом, а здравым смыслом. Степашка даже дал тридцать процентов на успешный исход битвы, стоило с ним согласовать план для уточнения деталей. Что мы имеем: крейсер «Неизбежность» является современным, модернизированным кораблем, обладающим наилучшим на текущий момент оборудованием. Гильдия Либериум является слишком сильной гильдией, чтобы с ней спорили другие, следовательно, в активных боевых действиях против игроков корабли Либериума участия не принимают. Для урегулирования конфликтов достаточно одного их присутствия. Следовательно, рефлексы и реакция притупляются. Едем дальше — основной упор делается на новые торпеды, являющиеся поистине страшным оружием. Не думаю, что у Аалора была возможность протестировать их в сражении, в котором игроки пытались сбить торпеды электромагнитными пушками. Что будет, если привыкший побеждать игрок увидит бесполезность своего любимого оружия? Он опешит, пусть на пару мгновений, пусть на один удар сердца. Он упустит инициативу. Этого замешательства мне вполне хватит на то, чтобы выполнить свою задумку — Степашка подсказал, что в хвостовой части крейсеров располагается один из трюмов, способный вместить несколько моих кораблей. Очистив корпус от лучевых пушек и ориентируясь на то, что замешательство не позволит выпустить истребители сразу после второй волны торпед, я приказал стрелку прожечь лучевыми пушками корпус крейсера. Мне нужен был квадрат со стороной в семьдесят метров.

Для того, чтобы вылететь из крейсера, обогнуть его, набрать скорость и подлететь ко мне, необходимо от десяти до двадцати секунд. Змейка выпустила пять торпед в сторону истребителей, больше для отвлечения внимания. Торпеды были сбиты сразу, стоило им попасть в зону действия оставшихся лучевых пушек. Однако это подарило мне еще пять секунд. Стрелку оказалось этого достаточно.

— Готово! — бодро отрапортовал Умник. Как бы хорошо ни был защищен корпус крейсера от торпед, против лучевых пушек у него аргументов не было. Защита нас не доставала, потому нарисовать на корпусе периметр правильного квадрата было не трудно. Начиналась третья часть операции.

— Продавливай! — приказал я и кламир врезался в крейсер. Раздался неприятный металлический скрежет, и прожженная обшивка не выдержала, провалившись внутрь. Следом за ней пошел и мой корабль, погружаясь внутрь крейсера. Перегородки смялись, словно листы бумаги и мы рухнули в пустое пространство трюма. Как и любой другой уважающий себя игрок, Аалор не брал в поход ничего ценного. Место пролома замерцало энергетической пеленой — у Аалора была защита даже на случай уничтожения части корпуса. Хорошая шутка, нужно себе такую поставить.

— Умник, вся надежда только на тебя! Перехватывай управление двигателями! Стрелок — выжигай все вокруг.

Шаг номер четыре. Очутившись внутри крейсера, мне нельзя было позволить Аалору прыгнуть в гиперпространство. Если он уйдет куда-нибудь на базу Либериума, придется взрываться, лишь бы не достаться врагу. Но до этого еще есть время — целая минута. Началась борьба двух компьютерных систем — продвинутой Ганзы и продвинутой Ганзы, натянутой на личностную матрицу ульдан. Лично я ставил на Умника в этом противостоянии. Дроиды вытащили кабель, подключили кламир к разъему, позволяя Умнику бороться на равных с местной системой. Ринувшиеся было к нам игроки успешно отправились на перерождение — стрелок бил на поражение. Пара истребителей прошла через энергетическую пелену, чтобы повторить подвиг своих пешеходных собратьев. Против прямой наводки лучевой пушки аргументов у игроков не было.

— Змейка, запускай торпеду.

— Таймер на три минуты, — отчитался техник. Два дроида подхватили выпавшую из корпуса кламира болванку и припустили вперед. Торпеды в Галактионе умеют работать только в условиях полной невесомости. Только тогда они способны летать так быстро. На крейсере же присутствовала гравитация, превращая грозное оружие в болванки. Стрелять ими нельзя. Зато можно снарядить камикадзе в лице пары дроидов, которые смогут дотащить торпеду куда нужно. Стрелок расчищал им путь, так что за три минуты дроиды не только успели добраться до края трюма, но и благополучно его покинули, совершив свое черное дело. Я посмотрел на таймер. Три. Две. Одна. Взрыв! Окружающее пространство заполнила пыль, искры и осколки чего-то металлического — взрывная волна докатилась даже до нас.

— Есть контакт! — Обрадовал меня Умник. — Двигатели теперь под моим контролем, никто в гиперпространство не уйдет. Перехватываю управление хвостовой турелью. Есть контакт. Передаю управление стрелку.

Как и предсказывал Степашка, взорвавшаяся внутри крейсера торпеда повредила центральную шину данных. Резервные каналы, конечно, существовали, куда без них, но они не могли справиться с хакерской атакой моего корабля. Хвост крейсера принадлежал мне.

— Запускай вторую и третью торпеды!

Следующие торпеды я отправил больше для отвлечения внимания. Я точно понимал, что даже отделив хвостовую часть, я не смогу уничтожить крейсер целиком. У меня на это не хватит ни торпед, ни энергии. За бортом «Неизбежности» началась активная движуха — из крейсера вылетели все имеющиеся на борту корабли. Фрегаты проникнуть в прорезанную дыру не могли, истребители больше не рисковали — четыре смертника дали понять, что внутри трюма я хозяин положения.

— Интересный ход, — наконец-то Аалор снизошел до общения. Долго же он соображал. — Только глупый. Ты сам отдал себя в мои руки, так что не обессудь — твой шарик я заберу себе. Уничтожить меня изнутри оружия не хватит. Вылет из корабля — перерождение. Десанта на борту, чтобы захватить корабль, у тебя нет. Хирург, ты меня разочаровал.

Я промолчал, так как отвлекаться на разговоры сейчас было некогда. Начиналась финальная стадия моего плана. Первой отчиталась техник:

— Вторая и третья торпеды отправлены. Таймер поставлен на пять минут.

Захваченная хвостовая турель позволяла ориентироваться в пространстве. Еще раз сверившись с тем, что крейсер «Неизбежность» смотрит мордой в сторону системы Белкет, я приказал:

— Умник, запускай это корыто. Блокируй любые попытки перехвата управления. Мне нужны тридцать секунд!

Крейсер вздрогнул и медленно, словно с ленцой, поплыл в сторону Белкета. Носовые маневровые двигатели, доступа к которым у меня не было, принялись тормозить, но справиться с основными им было не под силу. Все, на что их хватало — лишь затормозить наше продвижение. Несколько истребителей ворвались к нам сквозь мерцающую пелену, но стрелок был внимателен — выпустить в нас торпеды истребители не успели. Поразительно — Аалор решился на то, чтобы взорвать внутри своего корабля парочку торпед. Не понимая моей задумки тем участком мозга, что отвечал за логику, он, тем не менее, прекрасно чувствовал угрозу. Однако чувствовал ее недостаточно остро.

Вместо того, чтобы воспользоваться боковыми маневровыми двигателями и вывести нас из системы, Аалор использовал только тормозные. Это стало глобальной ошибкой капитана. Он был прав — у меня не хватит ни торпед, ни энергии чтобы навредить его кораблю. Мой кламир был комаром, жужжащим возле уха слона. Любое неверное движение и слон прихлопнет его хоботом. Только вот Аалор не ведал, что жужжание комара — не более чем отвлекающий маневр. Комар слаб и не может уничтожить слона. Зато он знает, кто это может сделать.

— Вошли в систему Белкета, — отчитался Умник.

— Стрелок — огонь!

— Сука!!! — проорал в эфир Аалор, но было уже поздно. Сгусток энергии из единственной оставленной мной в хвостовой части корабля пушки ушел в сторону ближайшей ДБЛ, превращая крейсер «Неизбежность» в корабль-агрессор. Подарив мне время, Аалор приговорил свой корабль к гибели. Истребители тут же ринулись вперед, стараясь сбить пушку, но были недостаточно расторопны — мне удалось выстрелить еще два раза до того, как ее сожгли.