Покер на раздевание

— Мама! Тетя Милана такие блины вкусные напекла, с секретной начинкой! Пальчики оближешь! – простонал Андрей, закатывая глаза и явно дожевывая очередной блинчик.

Не могла сказать, что моя гостья обрадовалась такому яркому проявлению чувств. Не знала, что ее больше злило: довольный ребенок или то, что я умею делать вкусные блины. Вполне возможно, и одно, и другое.

— Андрей, кушать на ночь сладкое вредно, – недовольно отчитала она ребенка.

Малой лишь махнул рукой на такое замечание и заявил:

— Не-а, ма, я таких блинов еще ни разу не ел!

И, натягивая ботинки, он с надеждой поглядел на меня, не скрывая, что не отказался бы еще от добавки.

— Давай я тебе с собой несколько заверну, завтра утром съешь перед школой? – не знала, чем думала в этот момент, так как Римме предложение явно не пришлось по душе. Похоже, удалось задеть ее тонкую душевную организацию. Женщину зацепили не только мои кулинарные способности, но и явно высокая оценка сына.

— Еще чего! Нам только подарочков не хватало!

— Ну, ма! – разочарованно протянул малой, пока я, приведенная в шок ее словами, хлопала глазами.

— Пойдем, Андрюша, я завтра тебе обязательно испеку блины, – и с этими словами женщина схватила его за руку и двинулась на выход.

Ни тебе до свиданья, ни спасибо! Наглая зараза! Малой посмотрел с явным разочарованием и тихо промычал:

— Доброй ночи, тетя Милана.

— Доброй ночи, Андрей, – попрощалась я с ребенком, подмечая тоску во взгляде и планируя незамедлительную месть! О, Римма, зря ты так!

Пока укладывала дочурку, мысленно раз сто расчленила эту заразу и воскресила, дабы вновь предать пыткам. Потом вспомнила, что ее муж работает в органах, и оставила эту затею. Остыла окончательно, принимая душ. Смывая с себя не только усталость этого нескончаемого дня, но и гадкое послевкусие от слов паршивки. Выжав насухо волосы, нанесла пену, взбивая кудри. Решила сделать две косы на ночь, чтобы на утро были легкие волны. В промежутках кратко рассказала в чате Маруське, какая мразь эта Римма и как я ее ненавижу. Подруга рвалась поддержать бедную меня и распить бокал красного вина, обсудив все подробности с глазу на глаз, но я отказалась.

Накинув легкий короткий халатик, все же решила выпить и направилась на кухню. На такой случай у меня всегда имелось хорошее итальянское Кьянти. Сухое красное вино, производимое в регионе Тоскана на основе особого сорта винограда. Одно из моих любимых. Плеснув рубиновый «эликсир от всех невзгод», я направилась назад в ванную комнату с намерением закончить начатое. Несмотря на усталость, любила заниматься собой и своим телом в это время суток. Я вообще любила ночь с ее последствиями… Бархатную, порочную. Словно она длиною в вечность, и разочарование не наступит с новым днем.

Это было время любви. Время страсти и огня… Сделала глоток сухого вина, и по телу разлилось приятная нега. Немного возбужденная от нахлынувших мыслей, я задумалась, а не воспользоваться ли мне моим любимым в последнее время тренажером-вибратором? Мысль была соблазнительной, учитывая, что с каждым вздохом, с каждым новым воспоминанием в голову врывался холодный и настойчивый взгляд голубых глаз.

Решила, что так и сделаю, добьюсь желаемого оргазма сама. Глядишь – и пришло бы облегчение. Уже готова была развернуться и направиться к тайнику, где прятала свои игрушки, как в дверь неожиданно позвонили. От разочарования даже застонала. Облом с оргазмом, как пить дать. А я уже настроилась. Вот Маруська, знала же, что в это время еще не сплю! Да и жила она в соседней многоэтажке. Развернулась и направилась открывать быстрее дверь, пока она всех не разбудила. Понимала, что пока дверь не открою, не успокоится.

Плакал мой оргазм. Закусив больно изнутри щеку, так что боль слегка отрезвила, сильно рванула на себя дверь и от воздушной волны распахнулся халатик.

— Игорь? – обалдев в конец, выдавила я, пытаясь схватить полы экстремально короткого халатика и запахнуть его назад.

От удивления и про вибратор позабыла. Да что там, такой экземпляр стоял передо мной.

— Простите, – тембр его голоса словно ласкал, взгляд был блуждающим, буквально осязаемо касался моей кожи, – я виноват…

Справившись, наконец, с халатом, я совсем обезумела, сказав:

— Проходите вы, не стоит соседям на потеху разговоры вести здесь.

В его глазах на мгновение отразился огненный всполох. Совсем недолго, но я успела заметить. Закрыв дверь, осторожно развернулась, стараясь не делать резких движений в халатике, явно не предназначенном для приема гостей, и спросила:

— За что вы извиняетесь?

— Ну, во-первых, за свой поздний визит. Свет в ваших окнах подтолкнул меня на сей поступок. И, конечно же, за поведение моей жены. Имел возможность пообщаться с ней. Знаю, что она вам сказала…

— Вам не за что извиняться.

— И все же мне очень неловко, так замотался с сегодняшним убийством, совершенно забыл про время и что надо Андрюшку забрать…

— Бросьте, это я забыла позвонить…

— Ды вы тут при чем? – сделал он шаг навстречу, и я осознала, что воздух в моей маленькой прихожей внезапно закончился. Глаза мужчины с расширенными, топящими радужку зрачками сводили с ума. Этот его запах и атомная мужская, до боли и спазмов внизу живота сексуальная энергетика…

— Я люблю ночь, – сказала, непонятно зачем, – может, бокал вина?

Мужчина окинул меня слегка задумчивым взглядом и отозвался:

— Не сегодня. Возможно, в другой раз.

Глава 3

«Возможно, в другой раз!» – снова прокрутила в голове слова Игоря и покраснела. Кровь сама приливала к щекам, как только вспоминала тот вечер. Вернее, ночь. Ведь стрелки часов перевалили за двенадцать. Вот в чем дело: виновниками моего горя были ночь и выпитое вино. Про все остальные проблемы можно было молчать.

— Милана, не спать! – звонкий голос вывел меня из внутреннего конфликта.

— Ага… – растерянно подняла взгляд на начальство.

— У нас новый клиент. Кстати, очень перспективный: оплачивает сразу, это главное. Ну и собирается заключить контракт на продолжительное время.

— Я слушаю…

— Слушаешь, да не вникаешь. Говорю, что этот проект доверяю тебе.

— Почему мне? – не поверила я.

Перспективный и долгосрочный. Обычно такими клиентами моя начальница любила заниматься самостоятельно.