Покорители грез [СИ]

Хотел бы я возмутиться на эту неразборчивую шепелявость, да вот только я, правда, лузер.

– А ты все такой же жирный шепелявый сукин сын.
– Когда я не могу возмутиться, и прижат фактами, всегда использую те же факты, которые не приятны оппоненту. По-другому пока не умею.

Он даже не моргнул, слишком довольный сегодня.

– Фмотрю, ты не упал духом, уфитывая то, фто ты долфен мне дофрена капуфты.
– Еще шире улыбнулся Стив, хотя шире, казалось бы, уже не куда.

Сам не веря в то, что я сделаю это, пробурчал

– Я их тебе верну.

– И каким фе таким обрафом? Дворником ты лет фто будеф горбатитьфя. А хотя ладно, не буду тебя муфить. Поговорим фавтра.

Очень странное и не типичное для него поведение. Обычно он ахринительно зол, когда не видит выгоды. Если подумать очень странно, что он вообще стал мне помогать, может он меня другом считает. Эм, я читал, что это по-другому проявляется. Наверно зря я так плохо о нем думаю, вряд ли стандарты применимы к Детройту. Ну ладно, а то сейчас расплачусь от таких трогательных мыслей. Нужно перевязаться да спать ложиться, хотя нет, пойду выпью чего-нибудь горяченького.

Помещение бара было типичным. Смог от табака, 8 круглых столиков, барная стойка, за которой привычно протирала стаканы барменша по имени Мила и бильярд. Единственная вещь, которая нарушала гамму это здоровенный плазменный телек, так и хотелось взять и сковырнуть это неконтрастирующее с обстановкой бельмо. Ну да ладно, пойду донимать Милу. Я называю ее Милой, ее это бесит почему-то. Насколько я знаю, она раньше была членом банды, но и сейчас у нее сохранились некоторые привычки, например она, метко метает ножи, а иногда нажирается и щедро раздает пинки, при этом очень виртуозно всех, матеря на местном жаргоне. Внешность ее... эмм, знаете, есть длинноногие эффектные красотки, а есть миниатюрные и очень милые, так вот, она относится ко второй категории.

– Привет милая!

– Привет Мудак.
– пасмурно ответила, не отводя взгляда от стакана.

Кстати да, имя я себе выбрал, зовут меня, теперь, Курт, но местные почему-то не любят называть меня по имени. Мила вот Мудаком кличет, хотя не скажу что я не сам тому причина, есть несколько дурных казусов, о которых я не за что не буду говорить.

– Слушай Мудак, если снова назовешь мою задницу толстой, я вышибу из тебя все дерьмо, но на этот раз буду пользоваться вот этим тесаком - вытащив из кобуры здоровенный нож, она продемонстрировала мне его достоинства, метнув его в доску для дарца разрубив ее пополам.

Я непроизвольно сглотнул.

– Милая, в следующий раз я буду оригинальнее - лучезарная улыбка.

– Горбатого могила исправит - покачивание головой.

– Какая могила? Я и так уже все рекорды побил.

– Ты себе льстишь. Ну, так зачем пожаловал?

– Эм, ну как всегда. Я буду тебя допекать, а ты всячески мне угрожать и просить, чтобы я проваливал.

– Как же ты...

Не дав ей договорить излюбленную фразу, я попросил.

– Но если ты на самом деле хочешь чтобы я свалил, налей мне чего-нибудь горяченького и до завтра я тебя не побеспокою.

– Ты обещаешь? И не будешь проситься мне под одеяло? И скулить под дверью после отказа?
– Сказала театральным голоском, сопровождая слова жестами истинного счастья

– Обещаю.
– Поддерживать и дальше эту пикировку я не мог, слишком устал и кажется, заболел.

Через пару минут Мила все же принесла мне горячий глинтвейн. Помпезно поклонившись как в старых фильмах про монархов, я сел за пустой столик в углу. Ибо за стойкой она мне расслабиться не позволит. Знаем, проходили.

Посиживая в темном углу и греясь о горячую кружку, я размышлял обо всей непонятной херне. Хотелось бы спросить себя "Как я докатился до этого?" да вот только я почти не прилагал усилий. Такое ощущение, что меня докатили и еще пинка всаживают на крутых поворотах. Теперь я даже не знаю что делать, как бы усердно я не продумывал свой побег, все заканчивается почти одинокого. А еще эта довольная улыбочка Стива настораживает. Не скажу, что я его ненавижу или он мне противен как человек, нет. Я ему благодарен и не только за кучу бабла, которую он мне занял. А за веселые праздники, за информацию, в которой я так нуждался, за кров и пищу. Без него меня бы уже давно сгноили эти уличные отморозки, и кто знает, кем бы я стал. Но доверять ему я не могу, это что-то на уровне ощущений, интуиция, наверное. Ладно, в бездну сомнения! Хуже точно уже не будет! Пойду спать. Залпом, допив остывший напиток, я поднялся к себе в комнату, забинтовал ноги и вырубился с блаженной улыбкой на лице.

Утром к сожалению я проснулся не из-за того что меня разбудили лучики солнышка и пение птичек, а из-за вполне чувствительного тычка в бочину и пьяной брани. Понятно, Мила набралась.

– Вставай наглая харя... Ик! Долг зовет!

Замахнувшись ногой в попытке пнуть мою койку, она не рассчитала расстояние, и инерция ее ноги уложила эту пьяную рыжую милашку на мой коврик.

– Эй, ты там в порядке?

Невнятное бурчание в ответ. Похоже, она не собирается вставать. Тяжело вздохнув мне ничего, не оставалось, как одеться и спуститься в низ. Внизу же Стив, даже не поздоровавшись, отправил меня обратно за Милой. "Да что за день такой!" - Думал я, отдирая ее от моего коврика, обняла его мертвой хваткой, хрен отдерешь. Ладно, пофиг. Перекинув ее через плечо, я пошел в низ, благо весит она немного, даже меньше меня.

Стив переминается с ноги на ногу и нервно поглядывает на наручные часы.

– Быфтрее!

– На держи.
– Взваливаю Милу и коврик на Стива.
– Так быстрее будет.

– Ладно, идем.
– Даже не почувствовал ее веса.

– Даже не позавтракаем?

– Нет.

– А как же мой растущий организм?

– Я пельменей из морофилки вофьму, по дороге погрыфеф.
– гоготнул Стив.

– Отказываюсь!

Пожатие плечами.

– Дело твое.

Выйдя из бара, я наткнулся взглядом на завсегдатого пьянчугу, правда, трезвого.

– Шев, машина готова.
– Непривычно слышать его голос таким... трезвым.

– Фадифь на фаднее.
– Бросил мне Стив.

Ну, мне ничего не оставалось кроме как подчиниться, открыв дверь минивена, я спихнул автомат Калашниково c сидения на пол и вальяжно так присел. Открылась дверь с другой стороны, босс впихнул бессознательное тело Милы на соседнее сидение, так что ее голова оказалась прямо на моем... хм, причинном месте короче. Подогнув ей ноги, он захлопнул дверь. Дискомфортно чувствовать ее голову там, но в, то, же время приятно. Сев на передние сидение Стив, наконец, дал команду старта. Я хотел было расспросить, в чем дело и куда мы собрались, но этот жирдяй словно предчувствуя, врубил музыку на всю катушку.

Путь до места неожиданно оказался для меня пыткой. Дороги в Детройте, знаете ли, не очень, а тут еще и Мила головой по яйцам. Больно, в общем. Пришлось прижать ее голову, на что она никак не отреагировала, значит не против. Теперь вроде сижу комфортно мирно так в окно гляжу, короткий взгляд на Милу и моя юношеская половая энергия в голову ударила. Я с утра не заострял внимание во что она одета, по утрам знаете ли я очень не внимателен, но сейчас... сейчас я откровенно пялился на ее декольте, одна сиська рисковала вывалиться на следующей кочке. И тут я почувствовал это. Понимаете, кочки, прижатая голова девушки и подпрыгивающая грудь. В общем, я зажмурился и представлял себе старых дряхлых бабусь и дохлых кошек, мало помогало, но все же. Так и просидел всю дорогу, зажмурившись пока мы не остановились. Открыв глаза и выглянув в окно, я увидел много машин и обильное количество, тусующееся возле них молодежи, явно мажоры. Наверно это парковка. Но мысли мои были далеки от увиденного. Главное мы остановились! Ура! Я выхожу! Открываю дверь и вываливаюсь в... лужу! Теперь я мокрый по колено, но живой. Стою, улыбаюсь как идиот, люди смотрят, пальцем показывают. Стив тоже выполз и шофер следом за ним, и странно так смотрят на меня.