Полнолуние

Над столом повисла тишина, которую каждый из сидящих за столом мужчин использовал так, как считал нужным. Аркадий Викторович буравил возмущенным взглядом беззаботно закинувшего ногу на ногу майора, Зубарев, делая вид, что ничего не замечает, беззаботно потягивал кофе, ну а Лунину оставалось лишь гадать, выплеснет ли Кноль содержимое своей чашки в лицо оперативнику или же попытается выразить свое возмущение каким-либо иным, возможно, еще более энергичным образом.

– Я уже шесть лет в этой должности, – полковник еще раз провел ладонью по столу, – вполне достаточный срок, чтобы понять, с какими просьбами соглашаться можно, а на какие стоит ответить отказом. Хотя, возможно, с вашим кофе я несколько погорячился. Можно было и не обременять Ольгу Львовну.

– Так и что, эта ваша встреча в пятницу чем закончилась, отказом или согласились? – продолжал допытываться оперативник.

– Ничем она не закончилась, – вспылил наконец полковник, – ничем! Какое отношение эта встреча имеет к пропаже моей дочери? Алина ушла, понимаете вы, ушла на занятия музыкой, а я с этими людьми остался в этом дурацком кафе. И все! Больше я Алину уже не видел.

– Музыка, замечательно, – прервал разгорающуюся перепалку Илья. – Занятия у нее были?

– Были, – уверенно отозвался Аркадий Викторович, – я с Анной Андреевной сам разговаривал. С четырех до половины пятого Алина была у нее.

– Анна Андреевна – это преподаватель? – на всякий случай уточнил Лунин.

– Ну а кто еще? – Полковник мрачно взглянул на Лунина. – В пять у Алины должно было начаться занятие по немецкому. Точнее, начинали они обычно чуть раньше, быть может, без четверти, как только Алина приходила с музыки. Поэтому, когда она не появилась к пяти, учитель сделала звонок, но телефон был уже отключен. Тогда Ирина Юрьевна позвонила мне, и я начал беспокоиться.

– Когда вы приступили к поискам?

– Смотря что считать поисками. В течение часа я набирал Алину еще несколько раз, но она все время была вне доступа. Созвонился с Колесниковой, это Анна Андреевна, она сказала, что Алина ушла, как обычно. Где-то после шести я начал обзванивать ее подружек.

– Вы их так хорошо знаете? – вновь влез в разговор оперативник.

– Я хорошо знаю их родителей, – отчеканил Кноль, – преимущественно отцов. Почти все они работают у меня.

– И что звонки? – Илья укоризненно посмотрел на Зубарева, но тот сделал вид, что не заметил взгляда следователя.

– Ничего! Ничего они не дали. Еще какое-то время я не предпринимал активных действий, все же девочке уже семнадцать. Мало ли что. Вдруг у нее есть приятель, которого она от меня скрывает? Но когда она не появилась к одиннадцати, я вновь обзвонил сотрудников, естественно, тех, которые не на смене. Все откликнулись, еще людей привели. Если честно, ночью почти весь поселок на ногах был. Главное, что наши кинологи подключились. Собаки-то у нас на поиск натасканные.

– И что собаки? – на всякий случай уточнил Лунин, уже имея общее представление о том, что от служебных овчарок пользы оказалось не больше, чем от звонков родителям Алининых одноклассниц.

– Ничего, – мрачно выдохнул Кноль. – Нет, вначале они, конечно, след взяли. Мы же как решили, плясать надо от печки.

– А печка у нас – это дом преподавателя музыки, – догадался Илья.

– Да. Вот мы от крыльца Колесниковой и пошли. У нее дом, считай, на окраине, третий от леса. Там лесок так, одно слово, полоска метров двести, кой-где еще уже, за ней сразу река. Но к реке с того края спускаться неудобно, берег обрывистый. Вот нас собаки туда, на берег и вывели, на Димкино место.

– На чье место? – переспросил Лунин.

– На Димкино. Это старая история, ей лет тридцать уже, наверное. В общем, там лавка стоит прямо на берегу. Вот к этой лавке собаки и вывели. Покрутились вокруг нее малость и всё, сели.

– След потеряли, – на этот раз догадливость решил проявить Вадим.

– Потеряли, – с неохотой подтвердил полковник. – Понятно, сразу подумали про обрыв. Бегом к спуску. Ночь, конечно, да еще с неба повалило, не поймешь, не то дождь, не то снег. В общем, кой-как спустились. Хорошо, у нас для ночных поисков все есть. Фонари мощные, да и сразу на берег генераторы привезли, к ним прожектора подключили. Так что там, внизу, мы полностью прошерстили. Никаких следов! Не падала она!

– Аркадий Викторович, – Илья старался подбирать слова так, чтобы лишний раз не задеть Кноля за живое, – вы сами понимаете, нам по долгу службы все равно придется все осмотреть самим, в том числе и на берегу, но все же, ваше мнение, могло так быть, хотя бы теоретически, что тело унесло течением?

– Нет, – Кноль решительно мотнул головой, – и не потому, что я в это не верю. Для начала, чтобы упасть в воду, с обрыва надо прыгать буквально с разбега. Прямо под обрывом камни, до самой реки несколько метров. Но, – полковник вцепился обеими руками в край стола, – даже если предположить, что Алина могла сотворить с собой такое, мы бы ее нашли. Там мелко, в основном по колено. Из воды камни торчат, ветки какие-то. Нельзя за них не зацепиться, физически невозможно.

– То есть вы уверены, что с обрыва Алина не падала, но и других следов собаки не обнаружили, – подытожил Лунин.

– Выходит, что так. – Криво усмехнувшись, Кноль провел рукой по небритой щеке. – Чертовщина какая-то, верно?

Не дождавшись ответа ни от делавшего быстрые пометки в блокноте Лунина, ни от оперативника, очевидно исчерпавшего отведенный на этот разговор запас ядовитых комментариев, Аркадий Викторович вновь потер руками теперь уже обе заросшие щетиной щеки и еле слышно пробормотал, не глядя ни на кого из присутствующих:

– Еще эта луна, будь она неладна!

– Ничего, с луной мы тоже разберемся.

На взгляд Лунина, произнесенная оперативником фраза прозвучала чересчур оптимистично.

Уже прощаясь, Кноль протянул Илье свою визитку:

– Звоните в любое время. Если потребуется какая-то помощь – люди, техника, что угодно, все обеспечим. А Ревенко можете использовать по своему усмотрению. Он парень шустрый, если что-то показать надо или кого из людей к вам доставить, он все организует. Да, по вашему размещению все уже решено, так что Евгений вас сейчас отвезет, думаю, вас все устроит. Если понадобится отдельное помещение для работы, скажите ему, он организует.

– Спасибо, Аркадий Викторович. – Пожимая руку полковника, Лунин спохватился, что чуть не забыл задать еще один весьма важный вопрос: – Скажите, а с сыном вашим, Олегом, мы в ближайшее время сможем пообщаться?

Лицо Кноля, на котором проступило слабое подобие улыбки, вновь помрачнело.

– С Олегом, – отозвался он после затянувшейся на несколько секунд паузы, – можно, конечно. Позвоните мне, я его привезу. Или, если хотите, это можно сделать у нас дома. Я так понимаю, вы все равно будете осматривать комнату Алины. Верно?

– Верно, – кивнул Илья, – все верно.

После того как Лунин вслед за выскочившим первым Зубаревым покинул кабинет начальника исправительной колонии, уже заждавшийся в приемной Ревенко отвел их в столовую, располагавшуюся в другом конце здания штаба. Все трое ели молча, хотя капитан явно с трудом сдерживал желание полюбопытствовать о подробностях состоявшегося только что общения с Кнолем.

– Сейчас поедем разместим вас. – Залпом осушив стакан с морсом, Ревенко удовлетворенно выдохнул. – Аркадий Викторович приказал вам отдельный дом выделить. Там все удобства, так что жить можно с комфортом. Интернет тоже подключен. Если что-то надо будет из техники, не знаю, принтер или компьютер, не стесняйтесь, говорите. Я все организую.