Полонянин
Шрифт:
– Свенельд на ристании в конной потехе и в бое на мечах себя показать решил, – гордо каган сказал. – Вот я и думаю: сдюжишь ты супротив него или нет?
– Тут и думать нечего, – Ольга кагана одернула.
– Права твоя матушка, – вздохнул я. – В ристании только вольному человеку позволительно свою удаль перед народом и богами выставлять. А мне, конюху, ни мечом, ни конем владеть не дозволительно…
– Так Правь говорит, – Звенемир-ведун к нам подошел. – Вижу, что тебе, каган, не терпится Добрына со Свенельдом в поединке свести, только в Ведах сказано, что не может воевода с конюхом простым силой тягаться.
– А я чего? – смутился мальчишка. – Я ничего.
– Вот то-то же. – Ведун ему строго пальчиком погрозил. – Ступай, посмотри, как собак стравливать станут. Вон, дружки твои тебя кличут.
И верно. На поле
– Эй, меня подождите! – крикнул Святослав и с кургана побежал.
– Могу ли я тоже уйти? – спросил я у Ольги.
– Погоди, – остановил меня ведун, – у княгини для тебя пара слов имеется.
– Слушаю, – склонил я голову.
Тем временем на льду началась грызня. Два волкодава сцепились в жестокой схватке. Даже здесь, на высоком снежном кургане, было слышно их злобное рычание.
– Послезавтра в Киеве соберутся хоробры [34] со всех русских земель, – сказала Ольга тихо. – И ты знаешь, чем это обернуться может.
34
Хоробр (волот, витязь, богатырь) – слово «богатырь» в русском языке восточного (тюркского) происхождения, хотя, может быть, самими тюрками заимствовано у азиатских арийцев. В других славянских языках это слово не известно, кроме польского, в котором оно является заимствованием из русского. В Ипатьевской летописи слово «богатырь» встречается впервые в рассказе о татарских воеводах под 1240, 1243 и 1263 г. Для обозначения того понятия, которое теперь обозначается словом «богатырь», в древнерусском языке употреблялось слово «хоробр». О хоробрах, их жизни и укладе среди историков споры не умолкают до сих пор. Выдвигаются различные версии богатырства на Руси. Кто-то считает богатырей гиперболизированными былинными персонажами (нечто среднее между Иванушкой-дурачком и Суперменом), другие – религиозным воинственным орденом (типа Шаолиня, Круглого стола короля Артура, Корогода или касты Кшатриев), третьи – воинами-одиночками, которые по тем или иным причинам приняли обет следовать путем Воина (как странствующие рыцари Запада, ронины Японии или берсерки Скандинавии). Они не имели хозяев или нанимателей, а совершали поступки, сообразуясь со своим собственным пониманием Прави, Добра и Справедливости. Одно можно утверждать с определенной уверенностью: хоробры (волоты, витязи) были весьма почитаемы среди всех сословий общества и выделялись из него. Так богатыри пируют с князьями, но в то же время критикуют их за те или иные проступки. Бывают посажены в погреб, но никогда не подвергаются избиению или казни. Летописец в Суздальской летописи, в рассказе о побоище на реке Калке, пишет: «И Александр Попович ту убиен бысть с теми 70 хоробрами…» – и лишь вскользь упоминает об остальных потерях русского войска.
– Откуда же мне знать? – Я с трудом сдержал улыбку.
– Ты не прикидывайся, – Звенемир от негодования посохом своим в курган ударил, – несмышленыша из себя не строй. На прошлый Солнцеворот, пока ты взаперти сидел, они брагой после ристания опились, да драку с дружинниками затеяли, побили многих, покалечили, и все хотели тебя из поруба высвободить. Кричали, что старый род князей Древлянских не только на Руси, но и в землях чужих почитают…
– Я-то тут при чем? Мы с отцом договор подписали и рушить его не собираемся.
– Это хорошо, что слово свое крепко держите, только многие ли об этом знают? – Ведун поежился, точно морозец пробрал его через мохнатое волчье корзно. – Оттого и опасение есть, что вои пришлые захотят снова дебош поднять. Праздник пресветлый бойней кровавой обернуться может, а разве тебе это надобно? – И уставился на меня вопросительно.
Я немного подумал, а потом головой покачал:
– Нет, не надо мне крови. И так ее достаточно пролилось.
И Звенемир вздохнул облегченно, а я через мгновение спросил:
– И чего же вы от меня хотите?
– Верно говорят, что Боги разумом тебя не обделили, – подала голос Ольга. – И хотим мы немногого: чтобы ты витязей от поступков необдуманных отговорил.
– Разве
же я, холоп бесправный, могу вольным воинам указывать?– Ты не хуже нашего знаешь, что это во власти твоей, – разозлилась она, только ведун ей руку на плечо положил – мол, не горячись.
– И какой мне прок от разговоров этих? – меж тем продолжил я свою игру.
– Хочешь, серебра тебе дадим, а может, тебе больше золото по нраву? – повела княгиня плечом, руку ведуна отстранила.
– Эка у вас просто все, – пожал я плечами. – Считаете, что подачкой все беды отогнать можно?
– А чего же ты хочешь? – насторожилась она, а Звенемир заговорил торопливо:
– От холопства тебя избавить не в наших силах…
– Про то я и сам знаю, – остановил я ведуна, – но и за золото слово свое продавать не стану.
– Так не томи. Какую плату за спокойствие наше возьмешь?
– Хочу я в ристании участие принять.
– Не по Прави это… – возмутился ведун.
– Я Веды не хуже твоего знаю, – перебил я Звенемира. – Не велел Белес холопам в руку меча и коня давать, но про лук со стрелами он ничего не говорил. Ведь так?
– Так, – согласился ведун, да и что он возразить мог?
– А коли так, то вот мои условия: в стрельбище вы мне потягаться позволите, и если я из потехи стрельной победителем выйду, то сестра моя, Малуша, будет при мне, и разлучать вы нас боле не посмеете. Ну а если проиграю, тогда хоть душу порадую. Как на такое смотришь?
– И за какого же Бога ты стрелять собираешься?
– За Семаргла [35] .
– Так это и не бог даже, – пожал плечами Звенемир. – Пес у Сварога на посылках.
35
Семаргл (Переплут) – пес Сварога. Собака с рыбьим хвостом, крыльями и раздвоенным, как у змеи, языком, чтоб правду от кривды легче было отличать. Семаргл выискивал души умерших в небе, на земле, в воде и вершил скорый суд, кого в Сваргу отправлять, а кого в Пекло. Причем в своих поисках был весьма хитер и изворотлив. Отсюда его второе имя – Переплут. Изображение Семаргла встречается и в более поздний период. Барельефы с псом-птицей украшали ворота христианских храмов. По всей вероятности, здесь Семаргл выполнял свои прежние функции, пропускал в ворота храма верующих и задерживал грешников. Место жительства Семаргла – корни растений. Он оберегает их, тем самым оберегая устои общества.
– Так, может, вы хотите, чтоб я за Даждьбога вышел? – настала очередь теперь мне усмехнуться.
– Ох и хитер ты, Добрын, – поразмыслив, сказала Ольга, – не всякому такое в голову прийти могло. И холопом вроде останешься, а в то же время с вольными на одном поприще окажешься. И за бога выйдешь, так Семаргл не совсем бог. Хитер. Что посоветуешь, Звенемир?
– Тебе решать, княгиня, – ведун к небушку глаза поднял, – и я против твоего решения возражать не буду.
– Ладно, – сказала она, – потешь нас на ристании.
– Быть по сему, – поспешно подтвердил Звенемир и посохом своим пристукнул, обрадовался, что золото с серебром в целости останутся.
– Спасибо, княгиня, – поклонился я ей.
– Я вижу – важным для тебя мое решение стало.
– С чего ты взяла?
– За все время ты меня первый раз княгиней назвал, – усмехнулась она.
И тут от реки до нас донесся жалобный собачий визг. Видать, один волкодав другого придавил.
27 декабря 947 г.
Левая рука напряжена до предела, ломит ее от локтя до кисти. Кисть затекла, и кажется, что пальцы вот-вот откажутся сжимать тяжелое древко лука. С правой рукой не лучше – отведенный за ухо локоть мелко подрагивает. Большой палец прижимает оперенный конец стрелы к сгибу указательного. Прижимает изо всех сил, но сил этих все меньше и меньше. Еще чуток, и сорвется стрела, и улетит в белый свет на посмешище столпившимся вокруг людям.
А я стою, ловлю ветер, перевожу взгляд с наконечника на далекую мишень, молю Даждьбога о помощи и знаю – этот выстрел решающий. И пусть усталость сбивает дыхание, и пускай сводит от напряжения спину, а пот заливает глаза, только мне необходимо сделать этот выстрел. И стрела обязательно должна найти цель. Потому я упрямо пытаюсь удержать наконечник нетерпеливой стрелы на черном пятне мишени.