Полукровка

Быстрым концом, по крайней мере. Потому что он уже видел, что это будет его конец.

Но не напрасно, он пообещал зверю внутри себя, что уже готов умереть за свою пару. Забери с собой все, что сможешь.

Если он не сможет снова увидеть свою пару, то и они тоже.

С колотящимся сердцем Орек увернулся от следующего удара Крула, врезавшись в Калдара. Более крупный самец отшатнулся, не готовый к рукопашной схватке. Он попытался зажать в кулаке кожаный нагрудник Орека, не оставив ему никакой защиты, когда Орек полоснул его по лицу.

Калдар закричал, а его кровь забрызгала Орека. Лезвие рассекло лицо Калдара, порезало бровь, глаз и губу. Он отпрянул назад, хлопнув себя рукой по лбу, чтобы удержать глаз в глазнице.

Руки Калдара вцепились в Орека, когда он падал, не давая ему занять позицию для Крула. Вождь обрушился на него со всей силой оползня, обрушив шквал ударов, кулаков и острых клыков.

Орек блокировал удар топора, когда тот замахнулся на его голову, но не смог уберечься от ударов огромного кулака и клыков Крула. Они хлестали его по бокам и плечам, оставляя синяки и рассеченную кожу. Легкие Орека горели, по крайней мере, одно ребро уже треснуло, а из носа текла кровь.

Топор снова замахнулся на него, и Ореку ничего не оставалось, как поймать рукоять собственной рукой, остановив лезвие в нескольких дюймах от своего лица. Крул обнажил клыки, полоснув Орека по руке.

Орек принял удар, и его колени чуть не подогнулись.

Пока нет, зарычал его зверь. Пока нет.

Он ударил всем, что у него осталось, вывернув топор и развернувшись, удерживая его в хватке. Он ударил Крула по лицу спиной, нос вождя хрустнул, и из ноздрей хлынула кровь.

Орек отшатнулся, когда Крул зашипел.

Он изо всех сил пытался заставить свою руку действовать, и топор повернулся в нужную сторону, но Крул был быстрее. Его нога ударила Орека в центр груди с силой, ломающей кости. Ребра хрустнули, когда Орек вылетел из-за деревьев и растянулся на краю лагеря орков.

Тишина звенела почти так же громко, как биение пульса в его ухе.

Вставай. Пока нет.

Ему удалось подняться на колени, под пристальными взглядами других орков, на их лицах в свете костра отразился полнейший шок. Пока они смотрели, Орек, пошатываясь, поднялся на ноги, его тело горело в агонии. Но хуже всего было осознавать, что, когда он повернулся лицом к Крулу, его конец приближался.

Вытирая кровь, стекающую с губы, Крул оскалился в кровавой улыбке, глаза его горели жаждой крови, когда он вышел из-за деревьев в лагерь.

— Тот, кому достанется самый большой кусок полукровки, получит право первым выбрать человека.

Все как один они посмотрели на Орека, а затем набросились на него.

36

Полная луна освещала их путь, когда Сорча и ее отец ехали во главе колонны. Разумнее всего было бы остановиться на ночь, но что-то внутри нее нашептывало поторопиться, продолжать путь.

Путешествие на юг было туманом размытых голых деревьев и заснеженных участков. Она урывками беспокойно спала по ночам, завернувшись в мех, который делила со своей парой. В нем все еще чувствовался слабый след его запаха, и Сорча утыкалась в него носом, ища утешения.

Их отряд был мрачным, но решительным, лошади проделали путь намного быстрее, чем они с Ореком. Она узнала пейзаж и нашла ориентиры, от которых на ее щеках появился тайный румянец — они прошли этот путь быстрее, если бы не останавливались так часто, чтобы доставить друг другу удовольствие. Но Сорча никогда не пожалеет об этом, и, увидев места, где она побывала со своей парой, жгучая потребность в его возвращении разгорелась внутри нее.

Двумя днями ранее они прибыли в усадьбу Кары и Анхуса, и Сорча испытала огромное облегчение, услышав, что Анхус разговаривал с Ореком менее чем за два дня до этого.

Так близко. Мы догоняем.

Им просто нужно было добраться до него вовремя.

Вот почему, когда несколько рыцарей заворчали по поводу остановки на ночь, Сорча настояла, чтобы они продолжали идти. Сегодня вечером было полнолуние, и по мере того, как они приближались к западным горам, настойчивость в ней была нескончаемым ритмом, который отбивал ритм ее бешено колотящемуся сердцу.

Мы должны найти его.

Глубокий, гортанный рев разорвал ночную тишину.

Фиора заржала под ней, повертев ушами, чтобы уловить внезапный звук. Другие лошади остановились, обмениваясь тихим ржанием, пока рыцари переглядывались между собой.

— Это орк, — сказал лорд Дарроу, его взгляд был прикован к деревьям.

Используя только свои руки, Кьяран и Дарроу приказали рыцарям построиться, и колонна снова двинулась тихой рысью. Рыцари молча обнажили свое оружие: мечи, копья и арбалеты. Сорча вытащила свой собственный меч из ножен, привязанных к ее седельной сумке.

Кьяран потянулся, чтобы сжать ее предплечье, но Сорча покачала головой. Они несколько дней спорили об этом, о том, что Сорча будет делать, если и когда придет время сражаться. Она упрямо отказывалась уступать свое место во главе колонны, заставляя Фиору блокировать коня Найла каждый раз, когда он пытался обойти ее справа и позади себя.

Ровный ритм копыт стучит по черепу Сорчи, даже несмотря на то, что справа от них протекает река, заглушающая звуки их марша. Ее сердце подскочило к горлу, когда они завернули за поворот, деревья отступили от берега реки.

Их встретила узкая равнина, поросшая короткой травой и валунами, а в центре горел костер.

Оранжевый свет отбрасывал длинные тени на равнину, искры летели навстречу звездам. Вокруг костра стояли неуклюжие фигуры, половина их тел была скрыта тенью.

Орки.

Невозможно было ни с чем спутать ни белый блеск бивней, ни зеленую бледность их шкур.

У Кьярана вырвалось шипение, и он стал делать более торопливые сигналы руками.

Группа вокруг костра пришла в движение, когда из-за деревьев вылетело тело, с тяжелым стуком приземлившееся в грязь. Болезненный стон донесся до ее ушей даже через равнину и реку.

Орек.

Она не могла разглядеть его отчетливо из-за массы тел и расстояния, но знала.

Ее пара с трудом поднялся на ноги, его фигура была немного меньше, чем у остальных. Он только что встал на ноги, когда из леса вышел самый крупный орк, которого Сорча когда-либо видела. С гулким рычанием орк указал на Орека и рявкнул что-то по-орочьи.

И орки набросились на него, как стервятники.

— Нет!

— Сорча! — Кьяран отчаянно схватил ее за поводья, но Фиора прыгнула вперед.