Полукровки

Сама Далана небезосновательно полагала, что ее уже у трапа встретит компания «крестоносцев», и вместо зала ожидания благополучно препроводит в каземат.

– По-моему, ты преувеличиваешь, – возразила Юрико на высказанное Даланой предположение. – Биометрические паспорта в России еще только-только вводятся, а по бумажным документам вычислить человека… в общем, вычислить кого бы то ни было довольно проблематично.

– Тем не менее, о моем канадском паспорте надо забыть, – жестко ответствовала Далана. – Я по нему не полечу.

– Если честно, Ди, твои новые документы уже готовы, – потупила взгляд Юрико. – Я задействовала свои связи в посольстве – пойдешь «дипломатическим коридором». Как видишь, проблема с проверкой документов вообще отпадает.

– А в Москве ты сможешь задействовать свои связи?

– В Москве – нет, – ответила Юри, стоически игнорируя сарказм в голосе Даланы. – Но документы будут в порядке. Чего ты боишься? И потом, Москва – еще не вся Россия.

– Зря ты так думаешь, – хмыкнула Далана.

– То есть? – искренне удивилась Юрико.

– Забудь, – махнула рукой Далана. – Я понимаю, к чему ты клонишь. Если меня не встретят сразу, в Шереметьево, то можно будет надеяться на фору в несколько дней. Только все эти «если» не слишком убедительны.

Далана подняла вверх указательный палец правой руки, а затем резко провела им по собственному горлу.

– Свежо предание.

– Но ты же не думаешь, что все московские полисмены только и заняты день и ночь ловлей всех женщин, подходящих под твое описание! – эмоционально заявила Юрико. – Да и что от него останется, после того, как ты поработаешь над образом? Мало ли в Шереметьево прилетает пассажирок с длинными ногами? В мире совсем перевелись высокие женщины?

Скверно замаскированная лесть в словах Юри вызвала у Даланы улыбку.

– Что до Сайберии, то там тебя вообще никто не видел и не знает, – продолжала Юрико.

Время от времени она переходила с французского на русский и обратно, из-за чего некоторые слова в ее речи звучали весьма забавно.

– Я хочу взглянуть на документы, – потребовала Далана.

– Чуть позже, – пообещала Юрико. – Уверяю – останешься довольна. Кстати, ты вылетаешь завтра вечером, самолет уже зафрахтован.

– Как вы обе все предусмотрели! – изумилась Далана. – Я пока еще не дала согласия, что возьмусь.

Юрико тяжело вздохнула.

– Окей, что тебе мешает?

– Я по-прежнему не уверена, что справлюсь.

Выдержав небольшую паузу, Далана обратилась к Хозяйке Озера:

– С чего ты вообще взяла, что причиной миграции лососей не может быть какой-нибудь банальный слив промышленного дерьма?

– Ди, промышленное дерьмо ежегодно тоннами сливалось в Алтангару, – негромко проговорила Озерная Госпожа. – Но ни разу доселе рыба не покидала ее вод.

– Допустим, – кивнула Далана. – Но ты и твой заказчик отдаете себе отчет, что, выяснив причину, я возможно так и не сумею устранить ее?

– Ди, прошу, не разговаривай со мной, как с умственно отсталой, – недовольным тоном попросила Хозяйка Озера. – Я еще могу не знать, что такое биометрический паспорт, но уж такие простые вещи мне объяснять не надо. Можешь не волноваться – свои деньги ты получишь сполна… даже в самом плачевном случае.

– В самом плачевном случае меня отправят туда, где деньги уже не понадобятся, – буркнула Далана.

Она погрузилась в раздумья. «Иди туда, не знаю куда, принеси то, не знаю что». С другой стороны, это был шанс навестить, наконец, родные края, пусть и с существенным риском оказаться в застенках КРЕССТа… Пусть Далана терпеть не могла человеческий пафос и лживые утверждения, и все же судьба огромной реки, что когда-то слыла кормилицей всего края, бывшего Родиной Даланы, не могла оставить ее равнодушной.

– Что с авансом? – поинтересовалась Далана, лениво потягиваясь.

– С собой, – с готовностью кивнула Озерная Госпожа. – Можешь быть спокойна, заказчик осведомлен обо всех тонкостях… совместной работы с тобой.

– А у тебя хорошо получается, – сказала Далана Юрико. – Можешь смело открывать «стрелочную контору».

– Стрелочную? – в недоумении переспросила Юри.

– Ту, которую стрелки переводит.

Юрико вновь покраснела, на этот раз до корней волос.

– Зато на пенсии без куска хлеба не останешься, – подытожила Далана, зубасто улыбаясь.

– Что значит «стрелки переводит»? – полюбопытствовала Хозяйка Озера. – И какая связь между этим и куском хлеба на… как ты сказала?

– Мама, оставь, это фигура речи, – вскипела Юрико.

Опомнившись через мгновение, дочь поспешила извиниться за резкий тон:

– Каваи су [6] .

После чего продолжила уже по-французски:

– Тебе стоит почаще вылезать из своего озера и бывать среди людей.

В этот момент в гостиную гордо прошествовала Василиса. Запрыгнув на колени к Далане, кошка уставилась на Хозяйку Озера.

Вода, – последовала реакция Василисы несколько секунд спустя. – Не нравится.

6

Я сожалею (японский) – прим. Автора.

И, сладко зевнув, кошка разлеглась на коленях вампирши с явным намерением подремать. Мраморная Богиня сделала вид, что не разобрала предназначавшуюся ей негативную оценку со стороны Василисы.

– Кстати, о кошке, – невинно промолвила Далана, поглаживая свернувшуюся клубком Василису. – Придется ей на время моего отъезда пожить у тебя, Юри.

– Так, значит, по рукам? – с надеждой спросила Озерная Госпожа.

– Если только твоя дочь захочет оставить ее у себя в доме до моего, будем надеяться, благополучного возвращения.

– С этим – без проблем, – заверила Юри с плохо скрываемой радостью в голосе. – И еще, Ди, насчет твоей внешности… Думаю, без существенных изменений не обойтись. Я, прежде всего, имею в виду волосы. Жаль, конечно, расставаться с такой красотой…

– Ты о чем? – удивилась Далана. – У меня полно париков!

Юрико на секунду замялась.

– Понимаешь… Сибирь, тайга, река…

– Тебе придется работать в походно-полевых условиях, – заметила Озерная Хозяйка.

– Пожалуй, – без особого энтузиазма согласилась Далана.