Полуночный ковбой

Пэппи дотронулся до руки Эшли, она быстро взглянула на него и прочла участие на морщинистом лице.

– Люси, – сказал Пэппи. – Нам пора возвращаться домой. Эшли потом придет.

– Пока, Райдер, – Люси наклонилась и поцеловала его в щеку. – До завтра.

– Приходи, Люси, – сказал Райдер.

– Спокойной ночи, сынок, – пожелал Пэппи.

– Спасибо за все, Пэппи.

Эшли опустилась в кресло возле постели Райдера, но прежде чем она успела заговорить, в дверях появилась пожилая полная медсестра.

– Здравствуй, красавчик, – сказала она Райдеру. – Приказано убрать в капельнице бутыль, потому что теперь ты будешь питаться витаминным желе.

– Черт!

– Я думаю об этом то же самое. Но надо смириться, чтобы остаться хотя бы с одной здоровой рукой, которой ты смог бы обнимать эту девушку.

Когда медсестра вышла, Райдер разжал пальцы и протянул руку Эшли. Она перешла к другому краю постели и взяла его ладонь в свои.

– Здравствуй, моя леди, – спокойно сказал он.

– Здравствуй, мой Райдер.

– Забирайся ко мне в постель. Здесь так одиноко.

– Да ты один здесь еле помещаешься.

– Ничего, я с тобой поделюсь.

– Райдер, я не хочу надоедать тебе, но не мог бы ты согласиться хотя бы чуть-чуть снять боль. Пожалуйста, Райдер. Мне так тяжело видеть, как ты страдаешь.

Райдер нахмурился, заглянул ей в лицо, услышал, как дрожит ее голос.

– Хорошо, малыш. Я скажу доктору. Но так, чтобы стало немного легче. Я не хочу совсем отключаться. Обещаю тебе.

– Спасибо.

– Лучшая кухня Хьюстона, – раздался женский голос.

– Черт бы ее побрал, – проворчал Райдер.

– Господи, какой же ты шикарный, – заметила седая женщина. – Недаром здесь только и разговоров, что о тебе. Все медсестры чешут языками про твою операцию. Тут есть еще один красавчик с перебитым носом, но ему до тебя далеко. Давай-ка я тебя приподниму, чтобы ты смог хорошенько поесть. Я все сделаю сама. Ты только лежи тихо и строй мне глазки.

– А не хочешь ли ты забраться ко мне в постель? Я подвинусь.

– Ты не сможешь со мной справиться.

Через несколько минут женщина прислонила Райдера к подушкам и поставила ему на колени поднос. Кантрел был похож на беспомощного маленького мальчика, и Эшли рассмеялась от всей души.

– Ты говорил, что голоден, вот и ешь, – сказала она. – Цыпленок, рисовый пудинг и любимое желе!

– Черт!

– Ешь!

– Ладно.

Хотя Райдер ворчал не переставая, но съел все, что было на подносе, включая и желе. После еды он откинулся на подушки и закрыл глаза. Эшли убрала поднос и опустила койку.

– Теперь отдохни, – сказала она, – а я пойду.

– Нет, подожди. – Он взял ее за руку. – Еще несколько минут. Я знаю, что эгоист, у тебя был такой трудный день, но побудь со мной еще немного.

– Хорошо, – она снова села.

– Я принес тебе несчастье, да? – тихо спросил Райдер.

– Нет. Не бывает худа без добра, вот так. Все это скоро кончится, и мы опять заживем полной жизнью.

– Все не так просто. Ведь я не смогу выйти отсюда уже завтра совсем здоровым.

– Понимаю.

– Понимаешь? Я даже не смогу обнять тебя, Эшли, заниматься с тобой любовью или…

– Ты сможешь. Через какое-то время. Я подожду.

– Подождешь, Эшли? Правда, подождешь?

Он так сильно сжал ее руку, что Эшли даже поморщилась от боли.

– Райдер, я люблю тебя, – прошептала она.

– Что?

– Может быть, сейчас неподходящий момент для таких признаний, а может, и подходящий. Я люблю тебя, Райдер Кантрел. Всем сердцем, разумом, душой и телом. Я люблю тебя.

– Любишь?

– Да, люблю.

– Будь я проклят. Это… в самом деле…

– Кажется, это тебя не взволновало.

– Я просто удивлен. Я имею в виду, что… Будь я проклят! Я не думал, что ты способна на такое, Эшли.

– Большое спасибо за эти слова.

– Почему же ты влюбилась в мужчину, который выпотрошен, как рождественская индюшка? Это неразумно.

– Заткнись, Кантрел. Ты доведешь меня. Да что же это такое? Господи, ты невозможен. Да мне было бы все равно, даже если бы они приделали тебе новый нос. Я люблю тебя как человека, а не твои внешние данные.

– Я…

– Теперь я пойду. Тебе надо отдохнуть. Увидимся утром. – Она встала и поцеловала его в лоб. – Я очень люблю тебя. Спокойной ночи!

– Спокойной ночи, малыш! – ответил Райдер и проводил ее глазами.

«Эшли любит меня? – удивился он. – Неужели любит? Что же это значит? Может быть, это просто из жалости, оттого что я такой беспомощный? Но как долго Эшли будет любить меня? Как долго?»

– О Боже! – Райдер прикрыл глаза здоровой рукой.

– Что ты скажешь, сынок, если я слегка уменьшу боль? – спросил доктор Меткалф, показываясь в дверях. – Ты не впадешь в беспамятство. Я обещаю.

– Хорошо. – Райдер вздохнул. – Я устал, так устал от всего.

Эшли лежала в постели, натянув одеяло до самого подбородка. Когда она вернулась на ранчо, Люси сразу заметила, какое у нее бледное, усталое лицо, и отправила ее спать. Она умирала от усталости, но из-за эмоционального напряжения, испытываемого в течение дня, не могла уснуть.

«Ну вот, – подумала Эшли, – я и сделала то, что хотела. Сказала Райдеру, что люблю его. Конечно, это для меня не слишком приятно. Интересно, какое это произвело на него впечатление, ведь он же не любит меня? Ну что ж, дело сделано».

Она повернулась набок и попробовала думать о другом.

«По-моему, Райдер очень удивлен тем, что время идет, а я все еще остаюсь с ним. Как будто ждет, что каждую минуту я могу раствориться в воздухе. Почему? Почему он тревожится? Может, потому, что так слаб и уязвим в настоящую минуту и не чувствует себя полноценным мужчиной? Сейчас-то я нужна ему, очень нужна, но что будет потом, когда он выздоровеет?» Эшли не знала.

Но она знала, что любит его и всегда будет любить. До конца жизни Эшли будет любить этого широкоплечего техасца с зелеными глазами.