Полусвет

Щелкнув выключателем, я тут же зажмурилась от мигающего света старой лампочки накаливания. В доме несмотря на лето, было прохладно и пахло затхлостью и плесенью. Конечно, он деревянный и нуждается в постоянном уходе, а без такового природа медленно, но верно, начинает присваивать его себе.

Быстро прохромав в единственную в доме комнату, я включила свет и, отодвинув жутко скрипнувшую стеклянную дверцу серванта, осторожно вытащила два одинаковых подсвечника. Запах пыли тут же ударил в нос и я чихнула, закрыв рот ладонью.

Как я вообще могла их оставить? Связывала со своим алтарем? В день смерти моих родителей стояли ли свечи на столе? Этого я совершенно не помнила. Зато на другие праздники точно стояли. И сейчас эти воспоминания заставили меня не грустить, а тихонько опуститься на краешек кровати под звук пения металлических пружин.

Подхватив край покрывала, я осторожно собрала лежащую на подсвечниках пыль и улыбнулась собственным мыслям.

Раздавшийся скрип половицы заставил меня насторожится. Отчетливый шаг. Подскочив на ноги, я зажмурилась, отгоняя видение.

Слишком знакомые шаги.

Еще шаг.

Только на этот раз это не глюк.

Мне потребовалась вся сила воли, чтобы от ярости не запустить в вошедшего в комнату вампира подсвечником.

— Я был на кухне, — остановившись в дверном проеме, Вагнер засунул ладони в карманы джинс, разглядывая сжатые у меня в кулаках подсвечники, — не хотел заходить в заброшенную комнату.

Не говори. Я просто не хочу слышать твой голос. Не хочу знать, что ты существуешь. Что такие, как ты, существуете. Моего спокойствия и рассудка хватило только на то, чтобы навечно спокойно распрощаться с тобой два года назад. Два года — маловато для вечности.

Меньше четырех часов — даже близко не стоит с длительностью нормальной человеческой жизни.

— Как ты вошел? — поморщившись от тяжело давших мне слов, я осторожно положила подсвечники в пакет, быстро кинув между ними бумагу, — Ты же сам не пожелал оставаться здесь хозяином, а значит тебе нужно было мое приглашение, чтобы войти. Или на царей это правило не распространяется?

Мысленно я уже десять раз прокляла все свои светлые порывы, отменила ужин с Леопольдом, завалилась в ванную и хорошенько продезинфицировать чем-нибудь красным пятнадцатиградусным изнутри. Все настроение как корова языком слизала. Зачем я вообще поперлась за этими подсвечниками? Поехала бы в следующий раз в Москву и устроила себе ужин при свечах.

Или я настолько устала быть одна, что готова была даже встретиться с Вагнером, лишь бы сегодняшний вечер получился?

Так бы хотя бы просто поболтали с Леопольдом. Легко, весело и непринужденно, как умеет только он, а теперь точно ничего не выйдет. Мое одиночество разрасталось со скоростью прямо пропорциональной времени нахождения здесь.

— Для того, чтобы мне нужно было разрешение войти, нужен кто-то, кто считает место своим домом, — улыбнулся Вагнер, — ты, видимо, больше так не считаешь, — отвернувшись к стене, Вагнер осторожно провел ладонью по черному пятну плесени на обоях, — раньше я думал, что фактической собственности для этого достаточно, но, оказывается, нет.

— Продавать я его все равно не буду, — пожала плечами я, подхватывая пакет, — раз теперь вампиры открыты и имеют права, просто оформлю все на тебя. А так делай с ним, что хочешь.

— Свидание? — Вагнер кивнул на пакет, а я проигнорировав вопрос, осторожно поклонилась.

— Всего вам, Всемилостивейший Государь, — и осторожно положив ключи на буфет, я решительно направилась к выходу.

— Schatz, — хрипло прошептал вампир, когда я проходила мимо него.

Не знаю, где во мне осталось столько сил, чтобы не остановится, оставляя Вагнера вместе со всем прошлым у себя за спиной.

Глава 5

Слава богам, к приходу Мишки я успела вернуться домой. Поэтому передав детей из рук в руки, на всякий случай прошлась пылесосом еще раз — не хватало еще, чтобы они своими босыми пятками в следующий раз на что-нибудь напоролись. Несмотря на то, что день получился насыщенным, а последние события еще и порядком подпортили настроение, я настроилась во что-то ни стало провести вечер в приятной компании.

Как не странно, приятное волнение вернулось, стоило только начать накрывать на стол. Я уже и не рассчитывала на это, но нет. Пальцы подрагивают, а я снова увлеченно расставляю приборы, даже несколько наслаждаясь процессом.

Так необычно получать удовольствие от того, что ты просто человек.

— Согласилась бы поужинать со мной в Москве, не пришлось бы напрягаться, — я слышала шаги Леопольда, поэтому не дернулась, когда он заговорил на пороге кухни, — я теперь себя неудобно чувствую, если честно.

— Если тебя это успокоит, то готовила не я, — я в в сотый раз поправила тарелку и повернулась к Леопольду, — ну и кажется я тебе обязана.

— Не самый романтичный повод, не считаешь? — усмехнулся Леопольд, по хозяйски проходя в кухню.

Да если на то пошло, то и место не самое подходящее для свидания, но чем богаты. Да и мы просто поужинать решили вместе, пообщаться. Это не свидание. Конечно, именно поэтому сейчас Леопольд набирает в вазу воду и устраивает туда симпатичный букет из каких-то популярных сейчас полевых цветов. Никогда не разбиралась во всей этой флористике, но все равно вежливо улыбнулась. Этого же достаточно, правда?

— Почему же, — переминаясь с ноги на ногу, я неловко оперлась о спинку стула, — я барышня в беде, а ты меня спас. Чем не стандартный сюжет для какого-нибудь романа?

Леопольд засмеялся, от чего мышцы на его спине стали выпирать сильнее, растягивая черную футболку. Черт, ну вот все же происходит, как обычно. Он ни раз был в этой квартире, мы проговорили сотни часов. Только вот сегодня мы были одни. Еще и этот “ужин”. От напряжения казалось, что начнут хрустеть кости в позвоночнике.

— Сразу видно, что современные романы ты не читаешь, — хмыкнул Леопольд, а я недоуменно нахмурилась, — не удивляйся, я тоже. Просто многие мои пациентки принимают происходящее в книгах за идеал, который пытаются перенести в жизнь. А там это, как правило, мало применимо.

— Почему?

Леопольд развернулся ко мне, а я очень быстро перевела взгляд на стол. Испарина выступила на шее противно сползая вниз, за шиворот. Бр, можно что-нибудь попроще, чем вечер наедине с мужчиной? Я передумала. Может вампира там какого поймать надо, а?

Леопольд же кажется чувствовал себя, как рыба в воде. Ну конечно, высокий, широкоплечий, может и не сошел со страниц журнала, но ведь интересный собеседник, умный, еще и доктор, что разбирается во всем, что происходит в твоей голове.