Поля, Полюшка, Полина... [СИ]
Шрифт:
Князь задумчиво крутил седой ус и смотрел на связанного Ваську.
Подозвав своего дворового мужика Лавра, он велел ему отнесть связанного во флигель, да глаз с него не спускать. А сам полез в карман брюк. Дворовые графа аж вздрогнули от вожделения - копейку хоть даст, на бражку-то. Князь посмотрел на золотые часы, положил их в карман и, вытащив оттуда пятак, выдал холопьям за работу.
– Прибавить бы, барин, хоть за сынка-то?
– Ладно, вот вам целковый. Коли правду сказывали - на здоровьичко. А коли клевету напустили - скажу вашему
– и чинно ушел в дом.
Довольные щедростью князя мужики побрели по домам, правда, с заходом в кабак, что стоял между двумя имениями, прямо на тракте.
Старый князь спокойно зашел в дом, и тут, наконец, взорвался.
– Позвать этого мерзкого докторишку, да незамедлительно! Ох, ты скотина кудлатая, крыса полковая, не зря тебе женушка рога наставляла, достоин, достоин, сукин сын!
– Так какого доктора звать?
– дрожа, при виде гнева хозяина спросил старый лакей, исполняющий обязанности дворецкого.
– Кого, кого? У нас их тут целая дюжина что ль?
– Так, изволю заметить, наш-то дохтур лыс как моя коленка.
– Да шут с ним! Немедленно его сюда! А я к молодому князю наведаюсь, лежит ли, али по лугам скачет поганец эдакий!
Князь вошел к спальню к сыну, намереваясь устроить ему хорошую взбучку. Его сын Владимир спокойно спал, растянувшись на кровати, и даже не проснулся от сильного грохота, который устроил взбешенный отец.
Князь недолго постоял в комнате сына и еще более злой вышел.
– Где этот коновал, зубодер, чтоб его!
– снова заорал он.
– Изволит в столовой завтракать, - ответил ему старый слуга.
– Завтракать!
– взъерепенился князь, - я ему щас покажу завтрак!
Вбежав в столовую, он увидел мирно завтракающего доктора и еще несколько гостей, приехавших на венчание молодого князя.
Он решил немного поумерить пыл и тоже велел подать ему завтрак, уселся за стол, напротив доктора и энергично жуя, стал сверлить глазами ничего не понимающего лекаря.
Хотя, конечно рыльце у доктора было в пуху, и он сразу понял, что князь до чего-то додумался, только вот до чего? Совсем ли худо, аль нет?
После того, как остальные гости вышли, а доктор и князь остались за столом один на один, князь без обиняков грубо спросил у врача:
– Что с моим сыном?
– Что Вы изволите знать?
– вежливо ответил ему доктор, утираясь салфеткой.
– Все!
– заорал князь и, встав, подошел к доктору.
– Не перейти ли нам в курительную комнату?
– спросил доктор, уже слегка побаиваясь предстоящего разговора с взбешенным аристократом.
– Хватит мне тут зубы заговаривать! Что с моим сыном, он может пойти под венец или он не в состоянии?
– Ну, в некоторых обстоятельствах, конечно, может, но так как он сильно ударился головой, боюсь, он не сможет правдиво и внятно ответить, что принял добровольное решение жениться...
– Он что? Язык прикусил, или онемел?
– съязвил старый
– Нет, ваша светлость, он просто слегка не в себе!
– А на своем черном Демоне он в состоянии разъезжать по округе? Или ему полезны верховые прогулки с сотрясением его головного, как вы изволили сказать, мозга. Апоплексический удар с ним не случиться?
– и побагровел от негодования.
– Если вы будете, князь, еще так кричать, удар случиться с Вами!
– Ах ты, жук навозный, провести меня вздумал! Меня, князя? Заговор у вас? Знаю я, что на другой девице жениться надумал, так не бывать этому!
– О чем вы, батюшка?
– Пес дворовый тебе батюшка! Немедленно к сыну на осмотр пойдешь, и хватит Ваньку валять - если сын здоров - так тебя из губернии выгоню. Другого лекаря выпишу! Понял, эскулап хренов!
– И все-таки ветчину лучше бы с хренком подавать, по-русски все ж!
– решил сменить тему доктор.
– Будет тебе сейчас хренок! Если сын комедь ломает, хрен тебе в задницу, и вон из губернии. Да рекомендательных писем не дам!
– Ну, князь, дорогой, как Вы дурно изъясняетесь, довольно, любезный, идем уже к молодому человеку, может, он уж и не болен вовсе, микстуры и капли мои свое дело сделали?
Князь и доктор вошли к спальню к молодому Владимиру, он уже не спал и с некоторым недоумением уставился на вошедших.
Князь был явно разъярен, доктор напуган.
Да, попал я в переделку, подумал Владимир, интересно, что рассказал "батюшке" доктор, или уже все разболтал?
– Ну-с, присаживаясь рядом с "больным" сказал доктор, - Как Ваше драгоценное здоровье?
– Ох, не очень. Больно голова гудит, - застонал Владимир.
– Гудит?
– надвигаясь на него, прошипел князь, - а на коне своем полоумном скакать - голова не гудит?
– О чем вы, батюшка? Вот вам истинный крест, я в постеле лежал и никуда отсель не выходил. Даже в сад подышать!
– Отцу привирать изволишь? Все, завтра под венец! И думать не моги - завтра будешь женат!
– Нет, батюшка, не буду. Если только на Полюшке.
– Что? Ты жених Марии. И думать не смей об Полине. Она другому просватана.
– А он ее не возьмет!
– С чего бы это? Такую барышню воспитанную, красавицу, да не взять?
– А что ж ты мне некрасивую и злую Марию в жены подобрал? Да еще колченогую!
– Значит так надобно. А она очень даже и ничего и не злая вовсе. А что прихрамывает чуть, так это даже пикантно!
– Вот сам на ней и женись!
– обнаглел Владимир. Мало того, что он ему не сын, так еще и набрался наглости так разговаривать.
Коли узнает, что сынок его совершенно в другом месте сейчас, подумал Владимир, а вместо него - самозванец - ох, запорет до смерти! Хотя, нет - кто ж потомков порет-то? Я ему вроде как прапраправнук? А леший его знает, кто я ему...
– Что? Ты как смеешь отцу указывать, что ему делать, а что нет? И почем знаешь, что Полинку твою теперь жених замуж не возьмет?