Полюс вечного холода

Закончив осмотр, Фризе потер белые руки, с длинными, как у пианиста, пальцами.

– Ви мужественный шелофек! Болезнь ваш сложный, но вы держайся молодец.

– Знаю, – невесело усмехнулся Арбель. – Меня все доктора хвалят. Только сделать ничего не могут. Спасибо, что не увечный. – Он, кряхтя, поднялся, пересел на топчанчик и застегнул рубашку. – Но не сказать, что здоров, как бык. Нет-нет, да и находит… уф!..

– Ви нуждайся в терапия, – авторитетно изрек Фризе. – Мануаль. Цванцихь сеанс, и фсе пройдет. Ви снимайт ваш корсет и ходиль, как здоровый.

– Вы врач? – Арбель посмотрел на него. – Что у вас за методика?

Фризе самодовольно приосанился.

– Методик зупер! Лечиль много, помогаль много… Спрашивайт у камрад Вадим, он подтверждаль.

Вадим с готовностью подтвердил. Фризе с его нестандартными практиками зачастую оказывал действенную помощь тем больным, от которых отказалась традиционная медицина. Не будь он сотрудником особой группы, давно бы сделал себе карьеру, но, в силу некоторых служебных ограничений, о его способностях знали, по большому счету, лишь в московских верхах. Знали и пользовались. Он не жаловался: для Фризе врачебное дело было не рутиной, а скорее, искусством, приносившим удовольствие, независимо от того, кто являлся объектом лечения.

– Заинтриговали, – хмыкнул Арбель. – Но нам с вами не по дороге… уф!.. Мне надо назад, в Москву, а вы, я так понимаю, следуете дальше на восток.

– Что вам мешает присоединиться к нам?

Вадим ляпнул не подумавши, и Фризе взглянул на него с недоумением. Их миссия, в чем бы она ни заключалась, вряд ли предполагала возможность откровенничать с окружающими. С другой стороны, нигде в инструкциях не прописано, что для успешного ее выполнения посланцы не имеют права привлекать к сотрудничеству лиц, чье содействие сочтут полезным. Так что никаких нарушений Вадим пока не усматривал. А Арбель – лицо официальное, снабжен мандатом и оружием, служил в угро. Чем не союзник?

– В качестве кого я с вами поеду? И на какие средства? Командировочных у меня было ровно до Свердловска…

Арбель высказывал возражения, но невооруженным глазом было заметно, что компания этих людей ему по душе и он не против продлить совместное путешествие. Вадим уже определил его натуру: романтик, искатель приключений, любитель новизны и впечатлений.

– Соглашайтесь! Средств у нас хватит на троих, даже с избытком. Что до ваших обязанностей… Нельзя ли устроить проверку почт и телеграфов в Сибири? Сомневаюсь, что ваша контора часто проводит такие дальние р-рейды.

– Крайне редко. Слишком дорого посылать контролеров за тридевять земель.

– Вот видите! Сообщите начальству, что добровольно проявляете инициативу, в нашей стране это любят. Только о нас не упоминайте, ни к чему… А пока будем ехать, доктор Фризе займется вашим здоровьем.

Судя по тому, как резво бежал поезд по рельсам, машинист был напуган до крайности и выдавливал из паровоза все, что только можно. Вагон раскачивался, предметы колотились друг о друга. Неожиданно кто-то всхрапнул, как мерин, вставший на дыбы.

– Держите его! – Арбель потянулся к винтовке, но боль в груди откинула его назад.

Здоровяк, лежавший оглушенным, вскочил и, виляя жирными ягодицами, побежал к тамбуру. Вадим схватился за «ТК», но немец опередил его – уцепил «мосинку», приподнял ее над плечом, как копье, и метнул в спину убегавшему. Штык с хрупотом воткнулся в хребет.

– Капут, – констатировал Фризе. Он был большой универсал – с равным успехом умел продлевать людям жизнь и отнимать ее.

Арбель, впечатленный этой сценой, припадая на левую ногу, подошел к лежавшему бандюку.

– Как есть наповал! Вы прямо гладиатор…

Фризе самодовольно хихикнул. Вадим бегло прошарил карманы убитого, предварительно выдернув штык у него из спины.

– Документов нет. Кастет, пригоршня патронов… а это что?

В ладонь скатился медальон, изготовленный из расплющенного царского пятака. Поверх затертого напильником коронованного орла виднелись отчеканенные литеры: СН.

– Позвольте… – Арбель взял у Вадима медяшку, поднес к очкам. – Оригинальная вещица… Что бы означало Эс Эн?

– Наверно, инициалы этого борова… Какая нам р-разница? Люди его круга обожают всяческие обереги, таскают их с собой на гоп-стопы. Выбросьте.

– Я лучше себе заберу. Не возражаете?

Фризе, проголодавшись после физических упражнений, потрошил рыбную консерву. Труп со слякотной от крови дырой его нимало не беспокоил.

– Что р-решили? – вновь обратился Вадим к Арбелю, сделав вид, будто ничего экстраординарного не случилось. – Наш добрейший доктор весь в вашем р-распоряжении.

– Гэнау зо, – промурлыкал немец, намазывая на галету селедочный паштет. – Ихь есть к вашим услугам.

Арбель, уже, безусловно, принявший идею, бормотнул напоследок:

– В Москве Рита, она меня ждет. И дочке два года…

– Отправьте им телеграмму из Тюмени, – парировал Вадим. – Или ваше телеграфное хозяйство в совершеннейшем упадке и дальше Урала не действует? Тогда тем более пора навести порядок.

Глава II, где досужие толки обрастают неопровержимыми фактами

Телеграф в Тюмени функционировал исправно. И то сказать: не такая уж тмутаракань – всего-то тысяча семьсот километров от Москвы. Применительно к российским просторам – сущий пустяк.

Особистов ждала депеша, состоявшая сплошь из цифр. Вадим расшифровал ее и озадаченно уставился на текст:

«Следуйте по Транссибу до Благовещенска или Хабаровска, оттуда на перекладных до Якутска. Там свяжитесь с начальником губернской милиции товарищем Полуяхтовым, он введет вас в курс и передаст окончательные указания».

«Убиться веником!» – как выразился бы Вадимов друг Макар Чубатюк. Услали так услали! Если дорога до Хабаровска представлялась худо-бедно наезженной (Транссибирская железнодорожная магистраль была запущена в эксплуатацию еще при Николае Втором), то перегон до Якутска выглядел примерно как поход конкистадоров через неизведанную сельву Амазонии. С той лишь разницей, что в Амазонии всегда теплый климат, а Сибирь с приближением осени уже дышала могильной прохладой.

Легко сказать – «на перекладных»! Железную дорогу, о которой заговаривал еще Витте в начале столетия, так и не проложили, автомобильных трасс нет и в помине… да и где найдешь в Якутии автомобиль? Гужевой транспорт – вот и все перекладные.