Попала!
Шрифт:
Пока портила плащ, думала – как бы мне незаметно побывать на той помойке? Тащить с собой профессора представлялось неудобным, да и вообще, представить, как я разрываю кучу мусора, а рядом кто-то стоит и на это с интересом смотрит, получалось с трудом. Лучше всего, конечно, пойти одной. Надеть старое платье, шаль, взять сумку – вдруг найду что интересное? – и пойти. Но я так и не поняла, на каких правах и по какому принципу местные жители пристают к местным же жительницам. И выяснять пределы необходимой самообороны на практике мне не хотелось. А как тогда? Идея появилась внезапно – надо изобразить на лице что-нибудь эдакое, как при ветрянке или кори, – и сами близко не подойдут!
Закончив
И снова оказалась в мансарде. Причем в этот раз не в плаще, а в том виде, как легла спать, – в длинной светлой рубашке и с распущенными волосами. Ужас какой! Хорошо, хоть фланель – материал плотный и не просвечивает. А Арвис? Сидит рядом со мной. Серые штаны, босые ступни, расстегнутая на груди белая шелковая рубаха. Распущенные волосы цвета воронова крыла. И голубые сейчас глаза, которые смотрят на меня.
– Вот я тебя и увидел, Мариэ. Я так скучал…
– Привет. Ты как?
– Теперь хорошо. Если поцелую – в окошко прыгать не будешь?
– Нет. Если только поцелуешь, то нет.
Теплая рука обняла меня за плечи, привлекая ближе. Вторая приподняла подбородок. Синие глаза улыбнулись:
– Я так рад…
А потом его губы соединились с моими. В этот раз он был очень деликатен, словно боялся не сдержаться или напугать меня. Хотя не чувствовать его возбуждения я не могла. И, думаю, он ощущал мое. В какой-то момент он подхватил меня на руки, откинулся на неширокую койку, а я оказалась почти у него на груди. Ух, ты! А мышцы-то какие… Когда мы наконец разорвали поцелуй, оба дышали, как загнанные лошади. Ничего ж себе!
– Мариэ, я подумал за эти дни, что могу тебе рассказать то, что касается меня самого. Ты поняла, что есть вещи, о которых я говорить не вправе… но о личном могу сказать.
Сейчас он смотрел не мне в лицо, а куда-то в потолок, словно сосредоточенно подбирал слова.
– Когда-то мне нагадали, что в мою судьбу войдет девушка, одетая как парень. Я засмеялся – ты уж и сама поняла, какова вероятность встретить у нас такое диво. Спросил – как это? А мне в ответ: светлая рубаха, черные брюки. Увидишь – узнаешь. Ну, я решил, что это шутка. А потом, когда ты ложилась спать, увидел ногу в черной штанине и белый рукав. Представляешь?
Это он все всерьез рассказывает? Или так по-местному девушкам мозги полощут? Судя по его виду – всерьез. Или он по актерскому мастерству Джонни Деппа переплюнет. Ну и ну!
– Но ты – не просто моя судьба. Ты – на скрещении двух разных линий. И говорить о второй я не вправе. Как только понял, кто ты есть и откуда, – пришлось замолчать. А за те поцелуи прости – попросту не мог сдержаться. Твой запах сводит меня с ума.
Какой такой запах? Помойки и капусты? Или он чувствует что-то, что недоступно прочим? Тоже магия? Так-так. Я опять не о том… запах – это вторично. А вот что там насчет судьбы?
– Да, скажи мне, я вижу, ты одета в ночную рубашку. Ты нашла место, где можно жить?
– Возможно. Но если попытаешься меня искать, сбегу и оттуда, – улыбнулась я.
– Просто посмотри мне в глаза и скажи – там безопасно? Это не трактир в нижней части города и не склеп на кладбище?
– Безопасно. А что не так со склепами? Хорошее тихое место… Ой, хотела спросить, а боги у вас есть?
– Боги?
А это кто? А на кладбище появились бродячие собаки. Нападают на людей, есть жертвы.– Понятно, – вздохнула я. – Боги – это те, кто заботится о душах в загробном мире.
– А зачем о них заботиться? Пройдет время, и душа родится вновь в новом теле.
Ясно. Тоже возможная точка зрения. Но хоть существование души тут признается.
– Еще боги пекутся о делах живых людей и о разных аспектах их деятельности.
– Полезные. А как их можно завести?
Я икнула. Можно, конечно, объяснить, что согласно почти всем верованиям боги не заводятся. Они были до людей и создали людей. Но надо ли грузить этим Арвиса? Вот нафиг ему знать о наворотах земных пантеонов?
– Они сами заводятся.
– Жаль. – Взгляд снова остановился на моих губах. Пальцы парень погрузил в мою шевелюру, перебирая пряди. Потом обнял и притянул к себе, начиная новый поцелуй. Я не вырывалась. Вместо этого сама запустила руки в его волосы – вот не думала, что они такие шелковистые! – и стала отвечать, как умела. Кажется, ему нравилось. Рука сползла мне на поясницу, оттуда на бедро. Я настолько увлеклась происходящим, что не сразу заметила, что он тихо комкает рубашку, собирая ее в складки и поднимая выше и выше. Вот хитрец!
С сожалением оторвалась от его губ и уперлась руками в грудь.
– Мариэ… не хочу тебя отпускать!
Я и сама не рвалась уходить. Только было чувство, что останься я здесь еще хоть на немного, и остановить падающую лавину будет уже невозможно. Хоть это и сон, но тут все столь странное, что кто знает, к чему это приведет в реальности?
Сползла с кровати.
Не. Хочу. Уходить.
Пошла…
На следующее утро К-2 совершенно неожиданно сообщил мне, что сегодня собирается сходить на центральный рынок, посмотреть новинки – вчера туда должны были доставить очередное издание какого-то журнала. Как интересно – тут уже есть периодика?
Так не нужно ли мне тоже что-нибудь в районе того рынка? – поинтересовался Корэнус.
Угу! Еще как нужно – помойка на Дубовой улице. Если дойти с профессором до рынка вместе и потом либо договориться встретиться через какое-то время, либо, если запомню дорогу, вернуться к вечеру самой, можно покопаться в мусоре, проверить гипотезу насчет постоянного портала между мирами. Про то, как хочется заглянуть в знакомую арку, я умолчала. Нечего мне там делать!
Сказав, что пойду с ним, рванула наверх, в свою комнату – собираться. На тему того, как изобразить прыщи, я помозговала еще вчера. Аккуратные маленькие пятнышки свекольного сока, поверх некоторых из них бережно ставились сметанные точечки. После тренировки на тыльной стороне кисти я научилась добиваться удивительно отталкивающего эффекта. Села перед зеркалом. Рисую. Пять на правой щеке, шесть на левой. Еще несколько на лбу, подбородке и две асимметричные болячки на носу. Оторвавшись от рассматривания частностей, обозрела лицо в целом. Мама! – сама б от такого шарахнулась. Выглядело отвратно до жути. Целоваться с такой пакостью? Ни-ни!
Корэнус вытаращил глаза. Я объяснила, что хочу походить по городу, но не желаю привлекать мужского внимания. К-2 закатил глаза и сказал, что проводил бы меня, куда я скажу. Я ответила, что не хочу тратить его время, а теперь свекла все равно не отмоется, так надо это использовать.
Удивительно. Я думала, что профессор попросит меня держаться сзади, на расстоянии. Но он спокойно предложил идти рядом. Потрясающий человек! Вернусь в Москву – на все лекции Куксина ходить буду. И на спецкурс в придачу.