Последнее интервью

Энди принялась помогать Грейси убирать сo стола.

— Он очень болен? — тихо спросила она.

— Очень. Я стараюсь подготовить себя к неизбежному, но знаю, что мне будет ужасно горько, когда он покинет этот мир. Это великий человек, Энди.

— Я это поняла, как только увидела его. Вы работаете у него уже много лет?

— Почти сорок. Я была девчонкой, всего двадцати лет, когда они с миссис Рэтлиф наняли меня. Она была настоящая леди. Нежная, как цветок. И всю себя отдавала мужу и сыну. После смерти Розмари генерал не посмотрел ни на одну женщину, хотя я считала, что Лайо-ну нужна мать. Мне кажется, генерал подсознательно возложил эту роль на меня.

— Лайон рассказывал мне, что вы заботились о нем, как мать.

Грейси перестала вытирать стол:

— Он это сказал? Ну тогда мне, наверное, удалось стать неплохой заменой его бедной матушки. Я очень беспокоюсь за мальчика. Его гложет злоба, и это пугает меня.

— Он говорил, что был женат.

— На самой красивой из девушек, каких мне доводилось видеть. — Тут она поморщилась, Как от скверного запаха. — Но красота скрывала истинное ее лицо. Со дня их несчастной женитьбы она не давала Лайону ни дня покоя. То это ей не так, то другое. Вечно-то она хныкала да жаловалась. Она, видите ли, «влачила жалкое существование в этой глуши, понапрасну растрачивала свои молодые годы». А ей хотелось, чтобы жизнь вокруг нее била ключом. Она всегда мечтала стать моделью и сделать карьеру в мире моды. И вот однажды она упорхнула в Нью-Йорк. И больше мы ее не видели. Для нас с генералом это было счастливое избавление. А Лайон переживал. Не сказать, чтобы он больно скучал по ней. Честно говоря, я думаю, он тоже был рад, что она уехала. Но все же что-то эта женщина перевернула в его душе.

— Он озлоблен против женщин, которые много времени отдают работе.

Грейси удивленно подняла брови:

— Включая вас?

— Меня в особенности.

— Ой, да ладно. Я вижу, что вы просто выбили его из колеи, когда так решительно разговаривали с ним вчера. Хотя правильно сделали. Я от души повеселилась, — смеясь, добавила Грейси. — Но вы правы. Он становится подозрительным, когда дело касается женщин.

— А как ее звали?

— Кого? Его жену? Джери.

— Джери, — рассеянно повторила Энди.

Грейси сложила руки на животе и, склонив голову набок, точь-в-точь как вчера, внимательно посмотрела на Энди.

— Когда вы прогуливались под дождичком, может, случилось что-то еще, кроме того, что вы вымокли, а?

Энди почувствовала, как жгучая краска заливает ее лицо.

— Изви… Извините меня. Мне нужно просмотреть записи.

Когда она, неуклюже пятясь, вышла из кухни, услышала, как, хихикнув, Грейси сказала:

— Я так и знала!

* * *

— Итак, в моем номере гостиницы сидит чемпион Уимблдонского турнира среди мужчин. При нем огромный кубок победителя.

Энди рассказывала, какие с ней приключались истории на работе, и все внимание было приковано к ней. Даже Грейси забыла о своих обязанностях и слушала Энди раскрыв рот. Глаза генерала были прикрыты, но он улыбался, и Энди поняла, что он тоже слушает. Лайон, откинувшись на спинку стула, вертел в руках бокал с вином.

— Можете себе представить, как я была горда, что он согласился дать интервью. Меня буквально распирало от восторга. Это была настоящая удача. Единственное условие, которое поставили его тренер и менеджер, — интервью должно быть не более десяти минут.

Съемочная группа готовилась к работе. Вокруг нас бегали люди со шнурами и юпитерами. И тут случилось нечто ужасное. Один не в меру усердный ассистент слишком поторопился, устанавливая треногу со светом, и задел ногой шнур. Дальше все происходило, как в замедленной съемке: ты видишь, что происходит, но не можешь ничего сделать, чтобы предотвратить трагедию. Лампа упала прямо на макушку новоиспеченному чемпиону.

Грейси прикрыла рот ладошкой. Лайон громко рассмеялся. Улыбка генерала стала еще шире.

— Благодарю покорно! Вы смеетесь! — воскликнула Энди с притворным негодованием. — Впрочем, наш чемпион серьезно не пострадал.

— И что же произошло? — спросил Лайон.

— Я затаила дыхание. К тому же было чувство, что характер у него скверный. Но, как настоящий чемпион, он с блеском выдержал испытание. Спокойно промокнул кровь…

— Кровь?! — ужаснулась Грейси.

— Разве я не говорила? — невинно спросила Энди, и все рассмеялись. — По правде сказать, он действительно не очень пострадал. Но, когда на него падал штатив, я уже видела заголовки в газетах: «ЧЕМПИОН УИМБЛДОНСКОГО ТУРНИРА УМИРАЕТ ОТ РУК АМЕРИКАНСКОЙ ЖУРНАЛИСТКИ».

— А у кого еще вы брали интервью? — задала Грейси традиционный вопрос и присела за стол, перестав даже делать вид, что прислуживает за столом.

— Надо подумать, — задумчиво протянула Энди. — Были и великие люди, или к ним приближенные, и простые американцы, которые почему-то попали в блок новостей.

— Назовите кого-нибудь из знаменитостей, — попросила Грейси.

Энди с беспокойством посмотрела на Майкла Рэтлифа, но он казался таким спокойным и вовсе не уставшим, хотя днем они очень долго беседовали.

Энди начала загибать пальцы:

— Боб Хоуп, Нил Армстронг, Реджи Джексон, Джон Денвер, принц Великобритании Эндрю, Михаил Барышников.

— Ах! — с благоговением воскликнула Грейси.

— Только мужчины? — неожиданно раздраженно спросил Лайон.

— Нет. — Энди улыбнулась. — Среди прочих были Лорен Бэкол, судья Сандра Дей О'Коннор, Кэрол Бернет, Фарра Фосетт и Дайана Росс. Это только некоторые имена, — озорно добавила Энди, разгибая пальцы.

— А есть такие, у кого вы хотели бы взять интервью, но пока этого не сделали? — спросил Лайон.

— Генерал Майкл Рэтлиф и, — Энди обратила взор к небесам, — Роберт Рэдфорд.

— Ой-ой-ой, ну вы и сказали. — Грейси покачала головой.

Генерал громко рассмеялся:

— Мне приятно оказаться в такой компании.

Лайон тоже смеялся.

— Папа, — сказал он, когда наконец все успокоились, — тебе все-таки лучше отправиться в постель.

— Ты прав, конечно, хотя я не чувствую усталости. Мне было так весело с вами.

Энди подошла к генералу и поцеловала его в щеку. Похоже, это стало ритуалом.

— Спокойной ночи, генерал. Отдыхайте.

— Спокойной ночи. — Он покинул столовую.

Лайон посмотрел на Грейси:

— Доктор приходил утром?

— Да, пока вы мокли под дождем.

— И?

Она положила руку на его плечо:

— Все в руках господа, Лайон.

Он нежно похлопал ее по руке и печально взглянул на нее. Но в следующую же секунду тряхнул головой, словно прогоняя мрачные мысли, и поднялся:

— Энди, мне не хочется покидать тебя, но сегодня собрание ассоциации животноводов, и я должен на нем присутствовать. Ты не будешь скучать?