Последняя девушка

Терра улыбнулась, и Зоуи вдруг передернуло от выражения лица подруги, полного спокойствия и царственной снисходительности.

– Ты же знаешь, что я не стану этого делать. Просто не могу. Не переживай, скоро мы опять будем вместе и в безопасности. Снова увидим Грейс и Хейли и сможем познакомиться с родителями друг друга.

Зоуи сделала шаг назад.

– Это вранье, – зашипела она, не в силах справиться с нарастающей яростью, – я не знаю, что случится после того, как они заберут тебя, но точно не то, о чем они говорят. Все это ложь, я вижу это в глазах мисс Гвен, что бы она ни говорила про безопасную зону. Она врет нам, точно так же, как врет Директор!

Терра выглядела так, словно ее ударили. Рот ее раскрылся от удивления, и она поспешно прикрыла его ладонью.

– Хватит, Зоуи. Ты не знаешь, о чем говоришь. Это просто абсурд.

Зоуи потрясла головой и вдруг заметила, что дрожит всем телом, как после долгой пробежки.

– Пожалуйста, Терра, не уходи.

Терра привела себя в порядок и снова стала той, кем была среди девушек в течение всех прошлых лет: всеобщим и исполнительным лидером. Она вытерла остатки слез, и взгляд ее снова стал решительным.

– Я люблю тебя, Зоуи. Скоро ты сама убедишься, что все в порядке. Все будет так, как должно быть.

Зоуи посмотрела на Терру и почувствовала, как сердце ее сжимается.

– Прощай, Терра, – отозвалась она и направилась к двери, не оборачиваясь.

Глава 2

В обеденном зале, как всегда, было безмолвно, и только звяканье и постукивание ложек или вилок по пластиковой посуде нарушали тишину.

Здесь, за этими длинными низкими столами с пластиковыми скамейками по обе стороны, без труда могли поместиться сотни три человек, сиди они вплотную друг к другу. Однако занят был только один из этих столов.

Пять девушек, уже рассевшихся на свои места, разбились на две группы. Когда вошли Зоуи и Саймон, несколько пар женских глаз устремились на них. Жестокий взгляд зеленоглазой Риты держался дольше остальных, пока она наконец не усмехнулась и опустила глаза в тарелку. Шерилл и Пенни, что сидели по обе стороны от Риты, лишь смерили Зоуи прохладным взглядом. Однако взор Пенни выражал и нечто такое, что всегда заставляло Зоуи съеживаться в ее присутствии. Словно бы та шинковала ее своим взглядом и наслаждалась этим процессом.

Зоуи прошла мимо стола, на котором стояли разогретые под низко висящими плитами тарелки. На стальном подносе почти в метре от тарелок Саймона и Эйба стояло три блюда. Миска и тарелка Зоуи были красными, в то время как у наставников они были темно-серого цвета. Зоуи взяла свою порцию, даже не посмотрев на нее. Меню она знала наизусть: та же, что и всегда, овощная смесь, та же бледная овсянка и вода, очищенная и безвкусная, как воздух.

Зоуи села рядом с Лили, самой субтильной и юной из девушек кампуса. Лили было только шестнадцать. В одной руке она держала вилку, другой сжимала ложку и с трудом пыталась донести ее до рта, не расплескав овсянку. Руки ее тряслись, отчего все падало обратно в миску. Копна вьющихся каштановых волос спадала на правую сторону ее лица. Сегодня никто не помог девочке заколоть их.

– Доброе утро, Лили, – поздоровалась Зоуи.

Лили неловко повернулась на скамейке. Одно ее плечо поднялось гораздо выше другого. Завидя Зоуи, Лили улыбалась, отчего ее лицо словно теряло очертания. Один глаз, например, смотрел в сторону.

– Привет, Зи! – ответила Лили с воодушевлением и, наклонившись вперед и продолжая улыбаться, повторила: – Привет!

К уголкам ее рта и распущенным волосам прилипло несколько хлопьев овсянки. Зоуи улыбнулась ей в ответ, а потом метнула гневный взгляд в сторону Стивена, наставника Лили. Он смерил ее ответным взглядом и вернулся к трапезе.

Повернувшись обратно к девочке, Зоуи вытащила хлопья из ее волос и вытерла ей рот. Лили тихо рассмеялась, постукивая ладонью по столешнице.

– Угомонишь ты эту дебилку или нет? – прошипела Рита, не отрывая глаз от тарелки. Зоуи с возмущением посмотрела на девушку, но Рита продолжала: – Тошно смотреть, как она ест!

Зоуи уже открыла рот, чтобы ответить ей, но дежурный охранник Криспин шагнул вперед и положил свою руку в перчатке на стол.

– Я не допущу здесь подобных разговоров, – прорычал он своим глубоким грудным баритоном.

Рита взглянула на него с ухмылкой и заправила длинный локон своих рыжих волос за ухо. Содрогаясь от ярости, Зоуи постаралась взять себя в руки и с благодарностью кивнула Криспину. Он отступил от стола и заложил большие пальцы рук под широкий кожаный ремень поверх униформы.

– Не слушай ее, – прошептала Зоуи девочке, снимая с ее запястья запасную резинку. Но Лили на нее уже не смотрела. Часто моргая, она начала размахивать ладонью перед лицом. Зоуи аккуратно смахнула волосы со лба Лили, стянула их резинкой на затылке и помогла ей доесть овсяную кашу. И только управившись с Лили, Зоуи принялась за собственный завтрак.

– У тебя уже нет времени доедать, – сказал ей кто-то с другого конца стола.

Зоуи подняла глаза и увидела Мику, которая опиралась на локти, подперев подбородок ладонями. Ее раскосые миндалевидные глаза были такими же черными, как и волосы, окаймлявшие лоб острым треугольником и косами спускавшиеся с двух сторон овального лица.

– Мне все равно, – ответила Зоуи, кусая морковку.

– А вот не будет, когда ты отощаешь и они затащат тебя в лазарет. А там подключат к одной из машин экстренного питания. В самом деле, взгляни на себя. Если бы ты упала в коридоре, то проскользнула бы прямо под дверь.

– Да кто бы говорил, – парировала Зоуи, – ты тяжелее меня всего на пару килограммов.

– Ага, – кивнула Мика, – зато это одни мышцы, ты же прекрасно знаешь.

Зоуи не смогла сдержать улыбку.

– Мика! – одернул Томас, ее наставник, который сидел чуть поодаль и уже доедал свой завтрак. – Довольно.

– Но нам же разрешают разговаривать друг с другом, верно? Или они добавили это в свой список проклятых правил, пока мы все спали? – Голос ее становился все громче и громче, пока все присутствующие в обеденном зале не повернули к ней головы.

– Мика… – начал Томас, вставая из-за стола.

– Да-да, я знаю. «Угомонись, или тебя засунут в карцер», – взглянув на Зоуи, Мика закатила глаза, а потом повернулась к Лили и скорчила той рожицу. Лили снова захохотала и начала раскачиваться на скамейке. Проворчав себе что-то под нос, Томас вернулся на место.

– Ты проведешь там много времени, если продолжишь так себя вести, – сказала ей Зоуи. – Ты их этим только дразнишь.

– Когда они в последний раз отправляли кого-нибудь в карцер? А? Я скажу тебе. Это было больше года назад, прямо перед тем, как призвали Хейли. Помнишь, как она перестала есть и ее насильно откармливали в лазарете?