Поспешная женитьба

Мириады звуков достигали ушей Пенелопы: шум воды, падающей в пруд, непрерывный птичий гомон и редкие всплески форели. Она сидела на коврике и помогала Эллен раскладывать еду: остывшие пирожки, цыплят, бублики, сыр и фрукты.

За трапезой хозяйка и служанка вели неспешный разговор. Пенелопа многое узнала о семье Эллен, особенно о ее сестре Марте. Эллен беспокоилась за сестру, которой скоро предстояло рожать. Время от времени она замолкала и извинялась, что много болтает, но госпожа только смеялась. И в самом деле, в рассказах Эллен о своей семье Пенелопа находила отдохновение от тоски по своему дому, в чем она едва осмеливалась признаться самой себе. Впервые в жизни вдали от матери и сестер, не имея никого, кому можно было бы довериться, она почувствовала невыносимое одиночество. Если бы у Питера не было резких перепадов настроения, они могли бы стать друзьями. Многое в нем ей нравилось, и было видно, что слуги относятся к нему с любовью и уважением. С улыбкой вспомнила она сцену из романа Джейн Остин «Гордость и предубеждение», когда Элиза поняла, как она заблуждалась относительно Дарси, наслушавшись, как его расхваливала домохозяйка. То, что Элиза потом влюбилась в своего бывшего врага, Пенелопа решительно отмела в сторону. Любовь тут совсем ни при чем, думала она.

Глава 9

Несколько следующих дней Пенелопа скакала по утрам и гуляла с Эллен. Питера она видела мало, только за завтраком и обедом, когда их разговор ограничивался вежливыми вопросами о самочувствии и делах. Но даже этих встреч она старалась избегать и спускалась вниз, когда была уверена, что Питер уже ушел.

Однажды, когда весь день лил дождь, она помогала миссис Байтс в кладовой. Они вместе просушивали травы, варили настойки, а пожилая женщина незатейливо рассказывала о доме и его традициях. Пенелопа слушала о грандиозных балах, которые давали предыдущие графы и их жены, о том, как сокрушался старый граф, когда его жена умирала от изнуряющей болезни.

— Он потом прожил всего год, миледи, больше не смог вынести. Хозяин Питер был тогда на Пиренейской войне, и граф не сообщал ему. Наконец мистер Медоуз втайне от графа написал его светлости Питеру, как обстоят дела. Тот уволился и через месяц приехал домой, но было уже поздно. Его отец умер, а сам он через девять месяцев женился. Да, там все плохо получилось. — Она скорбно вздохнула, но потом продолжила весело: — Зато теперь, я бы сказала, все по-другому, миледи. Я сейчас сбегаю в пошивочную комнату, поищу муслиновый мешочек для лаванды. Много в этом году собрали.

Она вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь, а Пенелопа погрузилась в размышления над тем, что услышала. Хотела бы она знать родителей Питера. По рассказам слуг, они были прекрасными людьми. Ее мысли прервал скрип двери, и она повернулась. Шаги были не миссис Байтс. Потом она уловила аромат мыла для бритья и услышала, как с энтузиазмом бьет хвостом по полу Гелерт.

— Добрый день, милорд, — вежливо сказала она.

Питер давно перестал удивляться ее поразительной способности узнавать, кто вошел, поэтому ответил просто:

— Добрый день, Пенелопа, — удивляясь, что она здесь делает.

— Миссис Байтс сейчас вернется, если вы хотели поговорить с ней, — сказала Пенелопа.

— Вот как! Но я ищу вас, Пенелопа, — ответил Питер, пытаясь вспомнить, как давно видел свою жену одну. Дня четыре назад, и то случайно, когда она спустилась к завтраку, а он еще не ушел. Очень похоже на то, что она его избегает.

Пенелопа выглядела слегка озадаченной.

— Вы хотели поговорить со мной, милорд?

— Да, хотел. — Питер тяжело вздохнул. — Я подумал, что будет лучше, если я предупрежу вас, что неожиданно приехал мой кузен Джек. Он сказал, что заглянул к нам по пути к своему другу, пожелать нам счастливой жизни. Я вынужден был пригласить его погостить.

Он пристально посмотрел на жену. Пенелопа вдруг побледнела, и голос ее дрогнул, когда она сказала:

— Я… я думала, что вы не любите своего кузена.

— Да, не люблю. Но он мой наследник, и я не могу, сохраняя доброе имя, отказать ему в гостеприимстве. Вас что-то беспокоит, Пенелопа? Я думаю, вы знакомы с Джеком? Не он ли был другом вашего брата?

— Да, да, он. Он останавливался у нас однажды, — нахмурилась Пенелопа, прилагая неимоверные усилия, чтобы казаться спокойной.

Она чувствовала, что не сможет сказать Питеру правду о том, что боится и ненавидит его кузена. Ей придется быть осторожной, чтобы не остаться ненароком с ним наедине.

— Он надолго задержится? И скоро ли приедет мистер Кастер?

— Джек останется на две-три ночи. А от Джорджа я получил письмо. Он немного задержится у своей сестры, чтобы составить ей компанию, пока Фэфорд в отъезде. Приедет через недельку.

— Очень хорошо, милорд. Я увижу вас и мистера Фробишера за обедом, — учтиво улыбнулась Пенелопа.

Такая холодная отставка уязвила Питера. Черт побери! Как она может вот так прогонять его? Он взял ее за руку и притянул к себе. Она напряглась, попыталась вырваться, но он не обратил на это внимания и поцеловал ее, ожидая такого же теплого отклика, который однажды почувствовал. Но его не было.

Она смиренно и безучастно стояла в его объятиях. В действительности Пенелопе было чрезвычайно трудно справиться с инстинктивным желанием ответить на поцелуй Питера. Как всегда, сердце заколотилось и колени в какой-то момент чуть не подогнулись, но она цеплялась за свое решение и внешне оставалась сдержанной.

Когда муж отпустил ее, она неторопливо отошла и равнодушно спросила:

— Это все, милорд?

Питер растерянно смотрел на нее. Выражение лица Пенелопы говорило, что его внимание в высшей степени ей неприятно. Но через мгновение он собрался и спокойно ответил:

— Это все, что я хотел вам сказать. Прошу извинить меня, Пенелопа. Увидимся за обедом.

Он вышел из кладовой в полном смятении и вернулся в кабинет, где не сел за работу, как намеревался, но задумался, что делает не так. Ему не пришлось долго размышлять, чтобы все понять. Пенелопа избегала его и не принимала его намеков, что он хочет близких отношений. Что ж, может, так и лучше, сказал он себе. Единственная проблема, что ему самому не доставляло радости заниматься любовью со статуей. Что ж, придется смириться с этим и… Нет! Он не сможет. Он не сможет силой принуждать ее, если ей неприятны его ухаживания. Но неприятны ли? Вот над чем он задумался и вдруг все понял. Его жена защищается от обиды единственным доступным ей способом: прячется за барьером полного безразличия. Он обругал себя, осознав, что наделал. Лучшая возможность выйти из этого тупика — довериться ей, извиниться, объяснить свой странный характер, причину стремления избежать эмоциональной близости со своей женой.

Как и ожидалось, Питер не видел Пенелопу до обеда. Он слышал, как она в своей спальне, переодеваясь к обеду, разговаривает с Эллен. Он хотел постучать в дверь и проводить ее вниз, но отказался от этой идеи. В конце концов, он получил то, что хотел: жену, которая не претендует ни на его время, ни на его чувства.

Он завязывал галстук, когда его мысли вернулись к кузену. Что Джеку надо на этот раз? Денег!

Какие могут быть сомнения. Питер уже назначил своему преемнику щедрое денежное содержание, но казалось, тому не хватает денег, чтобы вести образ жизни, который ему нравился. Питер задумался, что Джек будет делать, когда родившийся ребенок нарушит сложившийся порядок наследования. Надо будет завещать ему какую-то сумму, хотя он этому не обрадуется. Однако у него еще достаточно времени серьезно все обдумать.

Он спустился в гостиную, где нашел кузена, развалившегося в кресле-качалке.

— Добрый вечер, Джек. Надеюсь, тебе здесь комфортно? — дружелюбно спросил Питер.

— Вполне, кузен. Я всегда чувствую себя здесь как дома. Но где же твоя супруга? Не терпится возобновить с ней знакомство.

— Скоро появится, — сказал Питер, удивляясь, почему ему так неприятна сама мысль о том, что кузен встретится с Пенелопой. Он начал расспрашивать Фробишера о его путешествии и о том, сколь долго тот будет доставлять им удовольствие своей компанией, когда вошла Пенелопа.