Постчеловек

Мама тыльной стороной ладони вытерла побежавшую по его щеке слезинку:

— Милый, ты чего? Все в порядке?

— Да, ма. Все хорошо. Все в порядке, — заверил Костя. — Видишь, мы встретились, и мне сразу стало лучше. Теперь все хорошо. Теперь все в порядке, — повторил он и отстранился: — Мне пора.

Мама вновь улыбнулась, на этот раз чуть тревожнее:

— Куда?

— Просто пора, ма. Не могу здесь долго находиться. Эмоционально тяжело.

Во взгляде женщины промелькнуло понимание, сменившееся тоской.

— Я знаю, что я — ненастоящая, — опустив голову, вдруг сказала она.

Костя вздрогнул:

— Что?! — по его рукам побежали мурашки.

— Я… ненастоящая, — повторила симуляция и резко дернула головой. Вдалеке, за ее спиной, мир начал распадаться на крупные пиксели. — Кусок кода, запрограммированный избавить тебя от скуки и одиночества.

Костя отпрянул ровно в тот момент, когда фигура матери вновь дернулась и неестественно выгнулась в пояснице, переламываясь напополам. Затем стала быстро-быстро мигать, исчезая и вновь появляясь на том же месте.

— Ма, что происходит?

Реакции не последовало. Вместо этого лицо женщины скривилось и побелело, напоминая безжизненную восковую маску, треснувшую на две части.

— Костя, мне холодно и одиноко, — всхлипнула маска. — Ты же вернешься?

Парень стоял, не понимая, как реагировать на происходящее.

— Ве-вернусь. Когда-нибудь…

— Обещаешь?

Вместо ответа Костя «вышел».

Стена. Знакомая стена с голубыми финтифлюшками. Его комната.

— Какого черта это сейчас было?! — злобно воскликнул он и вскочил с кресла. Не выдержавшие натяжения провода коннектора с хрустом выдрались из запястья.

«Константин Витальевич, приносим вам свои извинения! — раздался голос в голове. — При последнем подключении был обнаружен баг, который фиксится нашими сотрудниками. В качестве компенсации за неудобства в конце дня вам будет начислен недельный заработок си-коинов. В настоящий момент вы можете продолжать пользоваться коннектором».

— Серьезно? Баг? — переспросил парень и задумался.

Пожалуй, это объясняло многое. Точнее, объясняло все! Тем более Костя знал, что, несмотря на совершенность связки интерфейс — коннектор, баги время от времени все же появлялись, но быстро исправлялись техниками.

— Значит, баг! — построив в голове логическую цепочку, решил он.

Несмотря на то, что встреча с «мамой» прошла не совсем так, как планировалась, Костя все равно остался доволен. После разговора с ней страх перед возможными переменами сгинул и пришло понимание — сбежать туда, где его любят, туда, где он будет счастлив, можно в любой момент. И плевать, что тот мир — всего лишь цифровая иллюзия! Зато иллюзия в стократ ярче реальности!

Кивнув своим мыслям, он решил отправиться на кухню промочить горло, но не успел сделать и шага — раздался звонок. Судя по своеобразной пиликающей мелодии, его требовали в групповой чат.

Вздохнув, Костя вызвал интерфейс — на экране возникли мультяшные изображения улыбающихся друзей: Филя, Кэтька, Лялик…

«И почему мы днем сразу так не сфэйсились?» — подумал он и глянул на хронометр — «23.55». Быстро усевшись в кресло-коннектор, торопливо вставил в запястье провод и нажал «Ответить».

Изображения друзей сменились их лицами.

— О, вся компашка в сборе! — наигранно улыбнулся Костя и поднял ладонь в приветственном жесте: — Здоров, Ляль! Остальных видел.

В отличие от прилично одетых товарищей, Лялик выглядел своеобразно — заляпанная майка-алкоголичка, натянутая на глаза хулиганская кепка-восьмиклинка, полустертые синие наколки на пальцах, контрастирующие с бледной кожей…

Услышав Костинголос, Лялик, гоняя во рту спичку, прищурился, а затем расплылся в пугающей улыбке.

— Аллюр, Кот, — сквозь зубы хрипло процедил он. — Че, брат, как житуха? Смотрю, на хате у себя тусишь?

Кэтька с Филей тихонечко заржали, пытаясь сдержать смех. Костя остался невозмутим.

— А ты не видишь, что ли?

— Да вижу, че, посему и базарю. — Лялик на секунду замолчал. — А вы там че, в стрип собрались, да? Сук, а у меня с баблом голяк, вот последний бычок курю.

Костя на миг закатил глаза:

— Ляль. Это не сигарета.

— Че ты мне варганку крутишь, бродяга? — удивился тот, вытащил спичку и осмотрел ее с презрительным недоумением. — О, в натуре! Ниче себе, а я думаю, хрен ли не курится? — И откинул ее в сторону.

— Продолжай.

— Продолжать? — Лялик чуть приподнял козырек кепки. — А ты как со мной беседуешь, родной? Со мной, с человеком, прошедшим жестокие улицы, исправительные лагеря и подростковые банды?

— Браво, браво, браво. — Костя вяло зааплодировал, сопровождая каждое слово легким хлопком. Уточнил на всякий случай: — Очередная постановка, да?

Лялик самодовольно протянул:

— Ага, постановка, она самая. — Голос его стал нормальным.

— И кто ты на этот раз? Неадекватный, м-м-м… дурачок? Прямиком из дурки?

— Не, Кот. Спектакль про уличные банды. Мне препод говорит: «Леша, в предстоящем, кхм, ли-це-дей-стве ты обязательно должен сыграть уголовника-малолетку! Я вижу тебя в этом образе, это твой типаж!..» Так что вот, вхожу в образ. А заодно и в типаж, хоть это и прозвучало немного обидно. Ведь я, возможно, мечтаю играть Гамлета, а не гопника Ваську Костоправа…

В Северогорске вряд ли можно было встретить гопника-уголовника-малолетку. Об их существовании Костя знал разве что из тематических развлекательных статей. Поэтому неуверенно подтвердил:

— У тебя неплохо получается. Наверное…

— Масть пошла в тридцать шесть козырей на колоду, — вновь прищурившись, прохрипел Лялик и, не в силах сдержаться, захохотал. Прыснули и остальные.

— Весело у вас там на театральном, — вытирая выступившие от смеха слезы, резюмировал Костя.

— А то!

— Кстати, а на пальцах у тебя это что? Написано ЛЕХА вроде, или я путаю?

Лялик посмотрел на свою руку:

— А, это. Ну да, типа наколки блатные. Сам нарисовал. Или написал?.. Наколол, во! — Он плюнул на палец и потер букву «Л» — та превратилась в синее пятнышко. — Как знать, может, заделаюсь потом кольщиком. Буду вам черепа колоть! — И вновь рассмеялся.

Фил, видя, что друзья не особо торопятся в нэт, нетерпеливо заерзал в кресле.

— Так что со стрипом? — поправив очки, поинтересовался рыжий. — Коннектимся, или будем до утра сидеть болтать? Завтра, между прочим, в школу!