Шрифт:
Я первым спрыгнул с подножки на груду валяющихся рюкзаков. Сверху послышался женский вскрик, я еле успел повернуться, чтобы поймать девушку. Следом, кряхтя, спустился один из ведущих инженеров РусТеха Василий, затем — Артур, как он сам представился — спичрайтер. Последним из вагона вылез Тер Бакстер.
— Хватайте рюкзаки и бегом! — скомандовал я.
Поезд дрогнул и начал движение. Надо успеть преодолеть расстояние до ближайших деревьев до того, как уходящий состав откроет нас взглядам станционной охраны. Пусть сгустились сумерки, и на нас были рабочие спецовки, но лучше
Мы быстро пересекли опушку. Токоприемники набравшего ход поезда пустили сноп искр. Последний вагон исчез за поворотом, как только наш отряд добрался до кустов.
— Шагом, — спокойно сказал я, когда станция скрылась из виду.
— Может привал? Я устала, — сказала девушка.
Это Илая, имя не настоящее — сценический псевдоним. Эстрадная певичка. Сейчас её привыкшую к моде натуру выдают только ярко-зелёные волосы, собранные в хвост. Мини-юбки, чулки в крупную сетку, глянцевые топы оставлены в шикарном пентхаусе в спальном районе мегаполиса. Сейчас на ней — безразмерный камуфляжный костюм, с накинутой оранжевой манишкой с надписью «МЖД». Как и на остальных.
Я, не останавливаясь, обернулся, оглядел Илаю с головы до ног: она не вспотела, дышит ровно, в отличие от худосочного Артура. Просто капризничает, не может без внимания и поклонников.
— Перекур через десять минут, надо выйти из зоны фаун-искателей.
Певичка надула губки, но я уже отвернулся.
Тер Бакстер на ходу извлек из бокового кармана рюкзака широкополую шляпу, водрузил на свою соломенную шевелюру и затянул завязки под подбородком. Тремя пальцами пригладил эспаньолку. Ковбой хренов. В образ не вписывались только тонкая, спускающаяся на плечо, косичка и отсутствие револьвера.
Остановились мы скоро, как и обещал.
— Не расслабляться, сейчас снова двинем. Снимаем манишки, аккуратно складываем, и вперёд.
— Простите, Ярослав, далеко еще? — чуть сбивчиво спросил Артур.
Дышал он глубоко и часто, рукавом вытерая пот со лба. Ко мне редко набивались в клиенты люди подобного склада. Такие обычно сидят дома, имеют стабильную работу, стабильную семью. Не до приключений. А самой тяжёлой его физической нагрузкой наверняка являлся переход от лифта до парковки.
— Далеко? — заметив мой отсутствующий вид, ещё раз спросил Артур.
Клиенты всегда задают дурацкие вопросы: «когда привал?», «сколько идти?», «ой, а что это за птичка?» У меня уже появились готовые ответы: «скоро», «много», «дятел». Главное, чтоб клиент успокоился.
— Да.
Ответ его расстроил, но больше с расспросами он не лез.
Илая тем временем умудрялась кокетничать с Василием. Инженер был выше неё на две головы, и шире почти втрое. Он добродушно, я бы сказал — по отечески, принимал флирт девушки. Улыбался, кивал, в результате даже предложил помощь с поклажей и легко закинул на плечи рюкзак Илаи. Медведоподобный, с двумя трубами рюкзаков, он стал похож на гигантского водолаза. Девушка игриво улыбнулась и пролепетала благодарности.
Через час на лес окончательно спустилась ночь. Мы шли гуськом почти в полной темноте. Я запретил использовать фонари, предостерёг о патрулях, ловушках и системах наблюдения. Ни того, ни другого, ни
третьего тут наверняка не было, но пусть клиенты поволнуются. Получат больше впечатлений.До Темникова было около десяти километров, наша цель — еще ближе. На этот раз всё получалось практически без приключений. Пока.
Скоростной поезд Москва-Саранск делает двухминутную техническую остановку в Торжке. Там не сходит никто — не имеет права сходить. Наше путешествие через лес так же незаконно.
За моей спиной перешёптывались, были слышны лёгкие комплементы в адрес Илаи и чуть прикрытое хвастовство Артура о своей профессии. Инженер тихо, насколько позволял его бас, рассказывал анекдоты. Молчал только Тер Бакстер.
Остановились на ночевку на небольшой поляне. Сквозь просвет в кронах были плыла яркая половинка луны. Из города такого не увидишь. Я предпочёл промолчать и вообще больше не поднимать голову, дабы не привлекать внимание клиентов и избежать новой волны восторгов. Выкопал ямку для костра, разжёг огонь с помощью таблеток сухого спирта.
— Ой, как красиво! — Воскликнула Илая, увидев пляшущие огоньки.
Хорошо, хоть в ладоши не захлопала. Почему-то не люблю моменты чужой радости, становится как-то неловко, тянет что-нибудь съязвить.
Когда все расселись вокруг и начали жевать бутерброды, ко мне обратился Артур:
— Ярослав, скажите, вы давно занимаетесь сталкингом?
И почему он всегда обращается ко мне по имени?
— Одиннадцать лет.
Спичрайтор многозначительно кивнул.
— Василий, а вы в первый раз? — Теперь он повернулся к инженеру. И снова по имени.
— Да. Захотелось посмотреть, что за пределами городов делается, а то…
— И как вам, не страшно? — перебила девушка.
— Нет, что мне сделают? В тюрьму отправят? Ха!
Артур теперь уже заинтересованно посмотрел на певицу.
— Илая, а вы тоже впервые?
— Да все тут впервые, — вдруг подал голос Тер Бакстер.
Все, как один, повернули головы к нему. Даже я был слегка удивлён.
— Терри, откуда такая уверенность? — мягко спросил спичрайтор.
— Не называйте меня так.
— Простите?
— Я — Тер.
Но Артур не унимался. Похоже, он поставил целью достать каждого из отряда. Будто в отместку за невообразимую для него усталость от пешего перехода. Будто не он сам виноват.
— Почему вам не нравится имя? По-моему очень благозвучное — Терри…
— Арти, простите, не нарывайся, — спокойно проговорил Тер Бакстер.
Спичрайтер моргнул, открыл было рот, но все же промолчал. Через мгновение он снова донимал вопросами Василия. А Илая обратилась ко мне:
— Как вы думаете, почему запрещено покидать города?
Я пожал плечами.
— Запрещено и всё. Опасно, — У меня не было настроения говорить на эту тему.
— Но вот вы одиннадцать лет водите людей, и много опасного встретили?
Я снова пожал плечами.
— Диких встречал.
Глаза певички заблестели.
— И какие они? Как выглядят?
— Как люди, потерявшие человеческий облик. Йети там, неандертальцы… хватит, — Я жестом прервал новый вопрос Илаи, и та сделала обиженное личико.