Потерянная империя

— Катер ваш?

— Нет, взяли напрокат.

— Документы.

— На судно?

— И дайверские сертификаты.

— Сейчас принесу, — сказала Реми и торопливо спустилась в каюту.

— Цель путешествия?

— На Занзибар или непосредственно в это место?

— Обе, сэр.

— Обычный отдых. А место просто понравилось. Мы здесь вчера ныряли.

Тут подоспела с документами Реми. Внимательно прочитав договор аренды и дайверские сертификаты, танзаниец перевел взгляд на лица супругов.

— Сэм и Реми Фарго?

Сэм кивнул.

— Кладоискатели…

— Можно и так сказать, — развела руками Реми.

— Ищете клад на Занзибаре?

Фарго улыбнулся.

— Нет, мы приехали не за этим. Но… посматриваем по сторонам.

Он поднял взгляд над плечом капитана и вдруг заметил темный силуэт, вырисовывающийся за тонированным иллюминатором рубки «Юйлиня», — неизвестный как будто наблюдал за происходящим.

— Так высмотрели что-нибудь?

— Монетку.

— Вам известны законы Танзании относительно подобных находок?

Реми кивнула:

— Разумеется.

С «Юйлиня» донесся легкий стук по стеклу.

Капитан оглянулся.

— Секундочку. — Вновь перепрыгнув на свой катер, он вошел в рубку, а спустя минуту вернулся к Фарго. — Опишите-ка монету.

— Круглая, медная, — уверенно начала Реми, — размером примерно с пятьдесят шиллингов. Вся в наростах. Ничего не разобрать.

— Монета сейчас у вас?

— Нет, — ответил Сэм.

— А затонувшие суда, определенные клады вы, значит, не ищете?

— Совершенно верно.

— Где вы остановились на Занзибаре?

Врать смысла не было. Информацию наверняка проверят и перепроверят.

— Бунгало на Кендва-Бич.

Капитан отдал бумаги, козырнул.

— Всего хорошего!

Перемахнув через поручни на «Юйлинь», танзаниец исчез в рубке. Заработали двигатели, матросы оттолкнули борт; развернувшийся катер направился на запад в сторону пролива. Сэм быстро сбегал в рубку за биноклем, навел его на «Юйлинь». Опустил секунд через двадцать.

— В чем дело? — поинтересовалась Реми.

— В рубке кто-то был. Капитан выполнял его приказы.

— А! Ты о стуке в иллюминатор? Не разглядел, случаем, того типа?

Муж кивнул:

— Не чернокожий. В гражданском. Похож на латиноамериканца. Возможно, уроженец Средиземноморья. Худой, густобровый, с ястребиным носом.

— Хм… Кто же из иностранцев может командовать танзанийским катером береговой охраны и его командой?

— Какой-нибудь толстосум, — мрачно усмехнулся Сэм.

Фарго всем сердцем любили Танзанию, Занзибар и местных жителей, но отрицать повсеместную коррупцию не имело смысла. Подавляющая часть танзанийцев зарабатывала лишь несколько долларов в день; немногим больше получали военные.

— Ладно, не будем торопиться с выводами. Все равно пока ничего не известно. Кстати, Реми, почему ты соврала о монетке?

— Инстинктивно, — ответила она. — А по-твоему, мне следовало…

— Нет-нет! Я и сам бы так сделал. Итак, у береговой охраны Танзании два патрульных катера «Юйлинь», — начал рассуждать Фарго. — Они следят за центральной частью побережья, главным проливом и Занзибаром. Похоже, нас искали целенаправленно.

— У меня такое же впечатление.

— И вообще, разве это проверка на безопасность? Ни о чем не спросили! Ни о спасательных средствах, ни о радиосвязи, ни о дайверском оборудовании…

— Ага! К тому же чиновники-танзанийцы — воплощенное добродушие, всегда улыбаются.

— Точно, — подтвердил Сэм. — А монетка Аделизы…

Трофей оказался у Реми в боковом кармане плавок. Расстегнув молнию, она с улыбкой протянула мужу монету.

— Умница! — похвалил Сэм.

— Думаешь, они обыщут бунгало?

Фарго пожал плечами.

— Итак, если все сопоставить, то… что получается? — задумчиво проговорила Реми.

— Понятия не имею. Но впредь нужно держать ухо востро.

ГЛАВА 5

Занзибар

Под тихий плеск волн Фарго около часа просидели на палубе, потягивая ледяную воду и наслаждаясь мерным покачиванием катера. За это время «Юйлинь» показался еще дважды — где-то на расстоянии мили прокурсировал с севера на юг, затем с юга на север и, видимо, уплыл окончательно.

— Как бы колокол не сверзился с обрыва, — обеспокоенно проговорила Реми. — Так живо себе это представляю.

— Я тоже. Но лучше уж рискнуть, чем встретиться с береговой охраной в самый неподходящий момент: только начнем поднимать — а они тут как тут. Подождем минут двадцать. Даже при самом скверном раскладе мы все равно сумеем до него добраться. Наверное.

— Не спорю. Только на глубине в сто пятьдесят футов проблем появится куда больше. Спуститься-то не трудно, а вот отыскать… Кувыркнувшись с высокого склона, тяжелый предмет вроде колокола может приземлиться куда угодно. Все равно что бросить стеклянный шарик — уронил в столовой, а он закатился в кухню под холодильник. Ладно, допустим, нашли. Подъем — отдельная песня. Понадобится хорошее водолазное оборудование, компрессор, надувные мешки, лебедка…

Сэм согласно кивал. Такие работы от любопытных глаз не скрыть. Только арендуешь оборудование в Каменном городе — даже анонимно, — тут же поползут слухи. А к исходу дня соберутся толпы зевак, на берегу, на лодках… В том числе и «Юйлинь» с таинственным пассажиром.

— Ладно, понадеемся, до этого не дойдет, — сказал он.

«Андреяль» подплыл к месту «дислокации» колокола с точностью до тридцати футов. Перешагнув через борт, Сэм зацепил якорь за скальный выступ, а затем помог Реми размотать сто футов крепкого якорного каната, который они заранее купили в Каменном городе. Канат затянули на кормовых утках обоих бортов и зафиксировали петлю в центре карабином. Остаток мотка бросили за корму. Спустя две минуты Сэм и Реми, в полной экипировке, с канатом наперевес погребли к колоколу.

Колокол, как ни странно, лежал на прежнем месте, на краю обрыва. Однако дела обстояли не так хорошо, как сперва показалось: течение прямо на глазах вымывало из-под устья песок и камни.

Пропустив конец каната сквозь кольцо на своем дайверском поясе, Реми передала его мужу. Сэм проделал то же самое и зажал в зубах закрепленный на веревке карабин.

Фарго выплыли на поверхность, несколько раз глубоко вдохнули, а затем снова устремились под воду.

Сэм подал жене знак: фото! Если колокол все-таки кувыркнется в бездну, на худой конец останутся фотографии, по которым его можно будет опознать. Пока Реми фотографировала, он подплыл к обрыву. Склон уходил в глубину под углом в шестьдесят — шестьдесят пять градусов. Особого значения наклон, конечно, не имел — если колокол покатится вниз, это лишь незначительно замедлит его падение. Как и предположила Реми, колокол со «Спикера», несомненно, оказался бы легче фунтов на двадцать — тридцать.