Потерянное и Найденное

– Ты что-то ей уже рассказала?

– Только про цель миссии и четвертую степень. Остальное было ложью.

– Что за четвертая степень? – поинтересовалась Элизиан, неловко смущённая собственной неосведомлённостью.

– Четвертая степень наследия. Двое детей правителя имеют первую и вторую. Мой отец, как его брат, третью, а я – четвертую, – Эвита пожала плечами.

– То есть ты, вроде как, принцесса? – удивлённо уточнила Элизиан.

– У вас меня бы назвали так.

– Ничего себе… Вы поэтому знакомы… – фея посмотрела на подругу.

– Встречались во дворце. Мы были беззаботными и счастливыми детьми, сейчас встреча уже не так радует… – Этель печально улыбнулась.

– Надеюсь, когда-нибудь наши встречи вновь будут проходить в спокойной обстановке, – Эвита опасалась, что их прогулка затянется, если погрузиться в воспоминания слишком далеко. – Давайте вернемся к моему возвращению. Боюсь, сейчас только на тебя я могу рассчитывать…

– Королева теперь точно мне не поможет. Она уже в ярости из-за моих попыток освободить Рейдена… Я не представляю, как в обход неё связаться с управлением… – принцесса напряженно прикусила губу. – Но, думаю, это возможно, хоть и очень непросто.

Заметив пробежавшее по лицам фей печальное напряжение, Эвита решила уточнить, о ком речь. Ей хотелось отплатить за помощь хотя бы своими возможными знаниями, раз в действиях она была сильно скована.

– Кто это такой?

– Наш преподаватель, которого осудили за покушение на Аэрона, – пояснила Элизиан, заметив, что Этель слишком волнуется из-за своей неудачи и всё более вероятной казни Рейдена. – Дело было сложное и давнее. Аэрона ты уже встречала, и, думаю, понимаешь, что мы все на стороне тренера Эвендера.

– Не в том смысле, что мы поощряем убийство, – Этель поспешила слегка скрасить последние слова подруги дипломатичным уточнением. – Просто… Помимо прочего, он ведь нам с Йеном как отец был.

– Если дело обстоит так, как я предполагаю, фея-хранительница могла бы освободить его под свою ответственность, – Эвита призадумалась, просчитывая возможные ходы. Она вспомнила рассказ Йена про внезапное появление отца, и паззл начал сходиться.

– Тут всё слишком сложно. Фея-хранительница Седотопии ведь тоже моя мать, – Этель пожала плечами. Она давно рассматривала этот вариант, но не знала, за что уцепиться.

– Она избранная, но не признанная, – Эвита покачала головой.

– Что это значит? – взгляд Элизиан бегал от одной девушки к другой.

– Волшебный совет государств, в который входят все феи-хранительницы, исключил и перестал признавать фей Седотопии, Дэмленда и Травитиша, когда те перестали трансформироваться. Но есть закон, по которому они примут первую же фею с полной трансформацией из каждой страны, – пояснила Эвита. – Так что, если Этель сможет трансформироваться, то её мать не сможет ничего сделать против Волшебного совета.

– То есть, у нас есть надежда освободить Рейдена, если кто-то полностью трансформируется? – Этель недоверчиво смотрела на Эвиту. Она только-только лишилась надежды, и любой проблеск света в темноте дела Рейдена казался слишком заманчивым, чтобы не уцепиться, но мог ранить слишком сильно, и принцесса всеми силами старалась удержать себя в руках.

– В частности, этот кто-то обязан быть из Седотопии, но да, очень вероятно, спасти его удастся, – Эвита улыбнулась, довольная тем, что может помочь.

– Но как кому-то трансформироваться, если феи не делают этого уже сотни лет? – Элизиан нервно закусила губу.

– На Хаотисе трансформируются. И я могу помочь вам это сделать. Разумеется, секретно.

– Звучит подозрительно, но чертовски круто, так что не могу удержаться, – Элизиан заулыбалась, видя уверенность хаотисианки.

– Но ты из Дэмленда. Чтобы спасти Рейдена трансформироваться нужно и мне, – Этель шумно сглотнула, погружаясь в напряженные размышления. – Встретимся здесь же завтра, и я дам свой ответ.

– А я уже готова согласиться, если предложение на меня распространяется, – Элизиан довольно посмотрела на Эвиту, вымаливая согласие.

– Я помогу тебе, – спокойно кивнула девушка и посмотрела на принцессу. – Не стоит сомневаться. Ты сильная фея и быстро справишься.

Элизиан и Этель переглянулись.

– Я не хотела рассказывать, но в последнее время магия меня подводит, – с тяжелым вздохом начала Этель. – Я использовала негативные эмоции, чтобы быть сильнее, а теперь с трудом только и могу, что невидимость да вспышки, и те мигают…

– Это не имеет значения. Магия тебя не покидает, она всегда внутри, – Эвита пожала плечами. – Дело в том, правильно ли ты её зовешь. Тебе нужно разбудить свою силу.

– Ты обещаешь, что я справлюсь? – недоверчиво уточнила девушка, уже готовясь сдаться в губительные сладкие объятия надежды.

– Да.

– Тогда завтра встретимся и будем заниматься, – решительно согласилась свалившаяся в перину радости Этель. – Будем спасать тебя и Рейдена.

– У меня есть ещё одна новость, – негромко начала Элизиан, почувствовав расслабление от общего эмоционального подъема. – Я прочитала Душана.

– И что ты смогла узнать? – взволнованно, против своей воли, спросила Эвита.

– Я подошла к нему за ужином. Он был напряжён, взволнован и всё прочее, как и обычно. Стандартный Мерих Душан, – начала рассказ Элизиан, неловко прикусив губу, выдавая, что недоговаривает. – Но есть одна вещь, которая мне показалась странной. Раньше я уже анализировала его, и он ненавидел это место, весь был полон разных эмоций, а теперь… Он какой-то поверхностный, будто в глубине ничего. Ни воли, ни ярости, ни ненависти. Он пустой.

– Многим из нас непросто пришлось после смены режима… Такие резкие изменения не оставляют равнодушными, – Этель взяла себя за плечи, чтобы стало немного потеплее. – Не понимаю, что особенного именно в Мерихе. Обыкновенный козёл…

– Он ведет себя странно, а внутренняя пустота может говорить о том, что он околдован чем-то, – вмешалась Эвита. – Если это действительно так, возможно, его кто-то подчинил. Аметист или Моргана, не имеет большого значения. Главное, теперь нам известно, что его чем-то опоили или наложили чары. Есть здесь кто-то, кто разбирается в зельеварении достаточно, чтобы найти противоядие?