Потерянное ищут во тьме

– Спасибо, – негромко сказала она.

Он повернул голову и улыбнулся:

– День четырежды умер и народился вновь, пока ты спала, Дева-Сбежавшая-От-Псов. Исцелились ли твои раны?

Она пожала плечами:

– Кажется, да.

– Это хорошо.

Он вернулся к шитью, как будто важнее этого занятия ничего не было – уж точно не девушка, за которой ему пришлось ухаживать четыре дня. Она ощутила, что краснеет, и спросила сердито:

– Кто ты такой?

Он рассмеялся:

– Кто я? О, я могу многими именами назваться и под многими лицами предстать, но будет ли что-то из этого мною? И да и нет. Зови меня Шаманом – сейчас мне по нраву это имя. А как называть тебя, дева?

Очень давно ее никто не называл по имени. Даже она сама. Она потянулась мыслью туда, в глубину себя, но именно там было больнее всего. До имени она не добралась. Не посмела.

– Я не могу про это вспоминать.

– Плохо, раз так. Но хорошо, что ты сказала правду. Я буду звать тебя Бегуньей, потому что мало кому удается уйти живым от Гончих.

Конец ознакомительного фрагмента.