Потерянное равновесие

Очередной выпад в мою сторону, и тут замечаю краем глаза шаровую молнию, ухожу с ее траектории, падаю на колено, пропуская над собой. Не заметила, как, уворачиваясь, приблизилась к скамейке наблюдателей. На доли секунд отвлеклась, но успела выцепить одинокую фигуру… Кристофа!

Это выбило воздух из груди, но этой растерянности хватило, чтобы потерять концентрацию. Теслер уже давно перестал меня жалеть, потому что видел, насколько хорошо у меня получается уворачиваться, все же с отцом мы отрабатывали тоже эту стратегию. А потому в следующий миг мою руку выше локтя расчертила длинная рана. Молния тоже попала в меня и схлопнулась. Даже не знаю, чего испугалась сильнее: что они поймут, что шаровая молния не принесла мне вреда, или что все же испытала сильную боль от пореза клинком, который оставил глубокий след. От боли я попятилась, сжала кровоточащий порез, слезы так и норовили политься, но я терпела. Эта рана выбила все здравые мысли на миг. Но не у Теслера. Тот подбежал ко мне и попытался разжать мою руку, которой я крепко сжимала порез. Рана уже пульсировала и приносила жуткий дискомфорт. Теслер, думая, что я получила ожог, сплел сеть заморозки.

— Ох, — облегченно выдохнула я и сразу же отвернулась, чтобы он не заметил, как я ее поглотила. А еще я поняла, что во мне умерла актриса.

— Алесса, — Теслер попытался снова рассмотреть мою пострадавшую конечность, но я не далась, плотно прижимая руку к телу.

— Нужно срочно идти к целителям, надолго заморозки не хватит, да и не лечит она, — беспокоился он и уже потянул меня на выход с полигона, когда встретился с гостем. Сейчас мне это было на руку.

— Что она здесь делает? — едва сдерживая эмоции, произнес Кристоф. — И почему ты с ней тренируешься? Что все это значит? — горькая усмешка набежала на мои губы. Надо же, сколько участия в голосе и вопросов, раньше бы так.

— Это не твое дело, — тоном Теслера можно было заморозить.

Не знала, что у них такие напряженные отношения. Серые глаза старосты налились сталью, его прожигали такие же серые глаза Кристофа. Никто не отступал. Посмотрела по очереди на них и в который раз удивилась тому, как же они похожи.

— Тес, — тихо начала я, но меня перебили.

— Шон, проводи Алессу к целителю, — говоря это, он все так же сверлил взглядом хмурого Кристофа.

Как бы мне интересно ни было, что между ними пробежало, и почему вдруг Кристоф решил заявиться сюда, но следовало позаботиться о себе и своей ране. Рука продолжала ныть, а кровь пропитала рукав водолазки. Я поморщилась.

— Подожди, я повторю заморозку, — Теслер аккуратно взял меня за пострадавшую руку и развернул от Кристофа. Голос его стал мягким, и он посмотрел мне в глаза, в глазах старосты читалось сожаление. — Прости, не думал, что такое произойдет. Ты так хорошо уворачивалась.

— Это моя оплошность. Хороший урок. Теперь не буду отвлекаться на посторонних, — несмело улыбнулась я.

Теслер сплел охлаждающую сеть и аккуратно опустил ее на рану. Я снова вывернулась, чтобы он не заострял внимание на том, что сеть ложится на руки, но при этом уже спустя считанные секунды втягивается, а не блекнет и начинает работать. Только моя жадная внутренняя зверушка облизнулась, ей было явно мало.

— Мы пойдем, — сказала Теслеру и поспешила отойти подальше, все же я не совсем понимала его поведение, да и свое тоже. Выглянула из-за плеча Теса и увидела по-прежнему разгневанного Кристофа.

— До завтра, — кивнула старосте и пошла в сторону целительского корпуса. Посмотрела через плечо и увидела, как два брата разговаривали на повышенных тонах, но, к сожалению, ничего слышно не было.

Только вот теперь еще нужно было отделаться от Шона. Не хотелось лишний раз беспокоить целительницу, с ожогом может справиться и отцовская мазь, а вот от вопросов лекарки, которые рано или поздно появятся, я не смогу отделаться.

— Шон, — остановилась я и обернулась. Тот тоже остановился и вскинул удивленно бровь. Все же мы с ним почти не разговаривали. — Я сама дойду. Все в порядке.

— Уверена? — а не слишком-то он и хотел.

— Абсолютно, — слегка улыбнулась ему.

— Ладно, — согласился он легко и пошел вперед меня. Видимо, здраво рассудив, что я же себе не враг, чтобы не пойти лечиться. Ох, если бы, если бы.

Он один раз обернулся, помахала ему здоровой рукой, и, удостоверившись, что я иду по дороге к целительскому корпусу, свернул за ближайшее здание.

— Фух. А теперь надо поспешить в общежитие и поскорее нанести мазь.

Завалилась в дверь и густо намазала мазь, облегченно вздохнула, не хотела бы вновь испытывать эту боль. Перебинтовала руку. Через пару дней она уже заживёт, посмотрела, что рана не так глубока, как мне казалось, но все же пока придётся поберечь руку. Посмотрела на себя в зеркало и простонала. Вся в подпалинах, грязная и в порванной одежде. Теперь надо как-то умудриться помыться. Попробую пройти этот квест.

Невольно вспомнила, что следует написать отцу.

Сон сморил сразу же, как только голова коснулась подушки. И снова я пребывала в обволакивающей темноте. Я уже знала, что сейчас увижу фиолетовые языки пламени, они будут виться и закручиваться в танце. Но стоило только вспомнить еще одного гостя, я вздрогнула. Вспомнила боль. Поежилась. Ведь это только сон…

Но тут же почувствовала руки незнакомца. Он зарывается в моих волосах, тянет слегка мою голову назад. Я пытаюсь развернуться чтобы увидеть его, но он не дает, только тихий хриплый смех становится мне ответом. Он ведет кончиком носа от уха по шее, спускается к ключице. Другая его рука отпускает мои распущенные волосы и начинает медленно вести от ладони к локтю. Потом прикосновений становится меньше, свою кисть он заменяет одним пальцем, и от того, что начинаю испытывать, по моему телу бегут мурашки, а все потому, что мягкость его подушечек пальцев заменяет один палец с острым когтем. Он не царапает, но явно оставляет легкий красный след на коже.

— Кристоф… — роняю я и чувствую, как ноготь, нет, коготь, замирает и больно впивается в руку. От расслабленности не остается и следа, я замахиваюсь и бью локтем наугад, но тут же просыпаюсь.

Смотрю в потолок и перевожу дыхание.

— Дорхов Кристоф. Надоело. Когда же ты перестанешь мне сниться? И откуда у тебя такие когти? — бубнила про себя и пыталась встать с кровати. Еще один вопрос дня: сколько понадобиться времени, чтобы мое тело привыкло к нагрузкам? Хотя нет, не к нагрузкам, а к последствиям тренировок.

Подошла к зеркалу и размотала руку, потянулась за мазью и снова обработала порез. Заменила бинт на чистый. Осталось освежиться и собраться на пары.

Открыла шкаф, надела спортивный костюм. Радовало то, что на сегодня, кроме утренней пробежки и общего комплекса упражнений, больше не будет физической подготовки. Поспешила на выход.

* * *

Кабинет ректора столичного университета Иморана

Громкий крик в приемной привлек внимание ректора, его секретарь пыталась кого-то остановить, ведь он явно дал понять, что занят и никого не ждет. Тер Ришел поднял свои блеклые глаза на дверь, уже услышав, что такого буйного посетителя пожилая секретарь Марлена не сможет задержать.

— Войдите, — только хотел он произнести, как дверь со стуком распахнулась, и в кабинет зашел решительно настроенный его высочество. Однако здесь, в академии, он адепт Кристоф.

Ректор откинулся в удобном кресле и сложил кисти в замок, локти поставив на широкие резные подлокотники, посмотрел на нарушителя спокойствия из-под густых белоснежных бровей и спокойным, но не менее строгим голосом, произнес:

— Адепт, что происходит?

— Что происходит? Это я у вас хотел спросить, — Кристоф был явно на взводе, ректор ничего не ответил, а продолжил наблюдать за мельтешением принца империи Гроинвира в его кабинете. — Почему Алесса вдруг перевелась на военный факультет? Она же была на общемагическом, кроме того, у нее дар весьма посредственный!