Потерянные Наследники

— Скоро будет тепло, — тихо сказал я, заводя двигатель и включив обдув и подогрев сидений.

— Мне не холодно, — отрезала Алина, так и не повернув головы. Даже мусорный бак, у которого стоял волчок, вызывал в ней больший интерес, чем я.

— Прости меня… — я с силой сжал руль, чтобы побороть в себе желание прикоснуться к ее плечу, — я такой мудак! Тому, что я сделал, нет оправданий, и…

— Адриан, хватит. — Алина резко повернула ко мне голову, и я увидел мокрые дорожки от слез, оставшиеся на ее лице. — Свят мне рассказал, что Артур шантажировал тебя и вынудил меня бросить. Вы с братом отлично дополняете друг друга в своих извращенных играх! Что бы там ни было, ты мог мне все объяснить. А теперь уже слишком поздно. Я не хочу знать, что происходит в голове у парня, который сначала признается в любви, а потом принимает наркотики и изменяет со своей бывшей прямо на глазах.

— Я все ещё люблю тебя, — прошептал я. — Теперь я сильнее Артура, и я буду за тебя бороться. Я никому тебя не отдам.

— Я не хочу этого. Я не хочу быть с тобой. — Проговорила Алина, стараясь унять в голосе дрожь. — Не хочу быть частью мира, где сыновья ненавидят своих матерей, а братья шантажируют друг друга ради забавы. Адриан, больше я тебя не люблю.

— Это неправда! Я не верю тебе, ты же плачешь!

— Я плачу, потому что ты сделал мне очень больно и даже не попросил прощения. Если ты и правда любишь меня, никогда больше не проси меня вернуться. Я никогда не прощу тебя! Между нами все кончено. — Алина стёрла со щеки слезу и снова отвернулась к окну. — Поехали. Не хочу опаздывать в первый же день.

Я мог рассказать ей настоящую причину шантажа Артура. Но тогда бы она не осталась здесь. Возненавидела бы и его тоже и нашла бы способ уйти с работы, где оклад и условия труда были гораздо выгоднее ее подработок. Я не обязан был трахаться с Ниной, но таков был выбор моего мозга, оказавшегося под воздействием экстази. Что если мой удел такие девушки, как она? И я никогда не научусь быть достойным Алины?

— Между нами ничего ещё не кончено. Я уже выбрал тебя. И я найду способ вернуть тебя назад. Больше меня ничто не сможет остановить.

Я снялся с ручника и выжал сцепление. Волчок медленно покатился по тротуару, и смутное сомнение царапнуло мой затылок. Я выжал тормоз. Давления в педали не было.

— Вот же сукин сын! — Ругнулся я, поворачивая руль так, что шины завизжали о поребрик, и заглушил волчка.

Алина непонимающе глядела на меня из под изогнутых, мокрых от слез ресниц.

— Артур слил тормозную жидкость, — объяснил я, — очевидно, думал, что я совсем дебил.

— Зачем?!

— Все ещё надеется, что убрав нас с Агатой, он получит доступ к наследству деда. Давай, вылезай. Я вызову нам такси.

***

В консульстве Алина ожила и снова превратилась в ту милую, общительную девочку, чётко знавшую меру благодаря своим подработкам. Она училась на третьем курсе, но уже лучше меня знала (хотя, я наверно не самый удачный объект для сравнения), на какие цифры смотреть и какие коэффициенты из них получать. По лицу куратора, чересчур увлекшегося изучением выреза ее рубашки, сразу стало видно, на кого он будет возлагать большие надежды в дальнейшем. Я же продемонстрировал только одну свою способность: таращиться в стену и отвечать «эээ, да?» на вопросы, предполагавшие куда более конкретные аргументы.

В представительство мы возвращались уже в сумерках.

Из головы не шла авария, которую мне удалось избежать, своевременно проверив тормоза. Черт со мной, но Алина. Я бы предпочёл умереть, чем очнуться в реанимации и узнать, что ей досталось больше, чем мне. От этих мыслей меня передернуло и я обернулся назад. Алина забилась в самый угол заднего сиденья и глядела в окно, устало прижавшись головой к стеклу.

— Можете сделать обогрев посильнее? — Обратился я к таксисту, заметив, как девушка поежилась от холода.

— Почти приехали уже, — отозвался он.

Я удивлённо глянул на дорогу и понял, что таксист свернул с дороги, ведущей к представительству.

— Я назвал другой адрес, проверьте маршрут. Пожалуйста.

Машина затормозила в какой-то подворотне, я и опомниться не успел, как распахнулась дверь со стороны моего сиденья, и чьи-то ручища выдернули меня из салона. Удар о кирпичную стену едва не оглушил меня, но я все же сумел приземлиться на ноги. Лишь за тем, чтобы пропустить хук справа, сломавший мне нос.

— Кто вы такие?! — Заорал я, пытаясь сориентироваться. Их было шестеро, не считая таксиста.

— Все ещё не понял?! — Заржал один, бросаясь на меня, но я успел увернуться и всечь ему прямо в мясистую физиономию.

Эти громилы не были профессионально обучены, в махании их кулаков не было никакой логики, ну, кроме грубой силы. Я увернулся от очередного удара, и размазав по лицу кровь, обернулся. Нужно было убедиться, что с Алиной все было в порядке. Но в машине ее не было. Огромные клешни таксиста скрутили ей за спиной руки. Ее хрупкое тельце казалось ещё беззащитнее на его фоне. Она плакала и безуспешно пыталась освободиться, в то время как ублюдок хрипел ей на ухо какие-то гнусности. Кровь ударила мне в голову. Я зарычал и бросился на него.

— Отпусти ее!!! — Только ярость и позволила мне выбить из рук таксиста Алину и опрокинуть его потную тушу на землю. — Сукин сын, только пальцем ее тронь!!

Я зажал его коленями, и град ударов моих кулаков за несколько секунд превратил его лицо в кровавое месиво.

— Зря силы потратил, — прозвучал надо мной голос, видимо, главного, — мы невинных не обижаем.

— А я то в чем перед ним виноват?! — Закричал я. — В том, что он упустил свой шанс на наследство?!

С силой двинув мужику локтем в челюсть, я вскочил на ноги и с разворота дал ему поддых.

— Артуру следовало нанять кого-то более профессионального, — ухмыльнулся я, — хотя, у него, наверно, денег больше нет, так раскошеливаться!

— Адриан! Сзади!!! — Завизжала Алина. Я развернулся, но слишком поздно. Удар кирпича пришёлся ровно мне в висок. Боль оглушила, меня качнуло, и я не мог различить никакой опоры, чтобы удержаться на ногах. Следующий же удар уронил меня на землю.

— АДРИАН!!!! — Алина закричала так, что меня моментально прошиб холодный пот. Я не мог посмотреть ей в глаза, но заметил, как чьи-то руки снова ее схватили, но только лишь за тем, чтобы удержать на месте. Я пытался встать, но с каждым разом это становилось все сложнее. Голова тяжелила с каждой секундой, будто кирпич оказался внутри неё. Я все ещё отвешивал удары ногами, пока меня полностью не обездвижили, придавив к земле, где снег таял от тепла моей крови.

Они били грубо, это даже не походило на бои без правил, где все заканчивается, стоит противнику потерять сознание. Но они лишали меня и этой возможности. Каждый новый удар кулака или ботинка возвращал меня обратно. Я мог только стиснуть зубы и смотреть на Алину. Умру, не забуду, как она глядела на меня в ответ. Рыдая и совсем охрипнув от криков, она сама едва стояла на ногах.

Мысли начали путаться…. к горлу подступала тошнота… в горле. Что-то заклокотало в горле, а после я ощутил солёный привкус на губах. Мне тяжело было держать глаза открытыми. Проще было зажмуриться и попытаться найти свет, который обещают в конце тоннеля.