Потерянные Наследники

— Саша придумал красивую месть, каждый получил то, что сделал Теону. Точнее, то, что я заставил вас сделать Теону. На деле я его убил. Скорее всего, это приготовили и для меня.

— Парни, я с вами, — услышал я голос Руслана, которого Артур притащил в Гамбург вместе с собой. Дедушка позаботился о Френсисе больше, чем о своем любимом ранее наследнике. Если у больничной палаты первого отныне паслись сразу два телохранителя, то второй был вообще лишен охраны. Насколько я знал, услуги Руслана Артур всегда оплачивал из своего кармана, но теперь у него не осталось денег даже на свою безопасность. И только потому, что мой друг, в свое время продавший нас с Агатой, оставался с моим старшим братом просто так, я на время простил и его.

— Во что играем? — Спросил Руслан

— В дурака, — усмехнулся я, уткнувшись носом в свои карты. Артур опять раздал так, что мне в руки пришло 4 одномастных карты.

— Ни одного козыря опять! — мрачно объявил я.

— А зачем? Один у тебя и так есть, — Артур многозначительно поднял бровь.

— Мальчики, вы всегда любили одинаковых девчонок, — вклинилась в разговор Мона. Закинув ноги на свободный стул, она закусила губу и обмахивалась своими картами, словно веером.

— Просто ты спала с нами обоими, — спокойно отозвался я, бросив Руслану семерку пик.

— Что поделать, вы оба слишком хороши, чтобы выбирать, — Моника подкинула ему еще карту.

— Жаль, что Алина так не считает. — Сказал Артур и вынудил Руслана взять карты.

— Как не считает Алина? — Прозвучал голос за моей спиной, и тут же маленькие ладошки скользнули по моим голым плечам.

Артур поднял на нее глаза, и мне совершенно не понравилось их выражение.

— Пойду плавать! — Алина пробежала пальцами по моей шее и направилась к бассейну. Будь мы одни, я не дал бы ей и полпути к нему преодолеть, так хороша она была в своем синем бикини. Янтарные волосы были убраны высоко на голове, обнажая лопатки, спину и сногсшибательную попку, которую едва прятал маленький купальник.

Она двигалась специально медленно и плавно, потому что знала, как сильно меня это заводило. В свою очередь я знал, что только мне было дозволено развязать шнуровку и завладеть этим идеальным телом. Вот только взгляд Артура не давал расслабиться и наслаждаться этим гипнотическим зрелищем.

— Адриан, Артур, у вас слюнки, — подала голос Моника, — вот тут. — Она с усмешкой провела красным ногтем по своей нижней губе. Мы с Артуром синхронно развернулись и уткнулись в свои карты.

Происходящее уже давно напоминало мне начало фильма ужасов, извращенную иллюзию беззаботной жизни студентов на каникулах, которая вот-вот заполнится чередой нелепых трагичных случайностей.

Я снова глянул в сторону бассейна. Агата и Алина со смехом пытались выбить из рук Томаса надувной ярко-зеленый мяч, а он ловил их по очереди и бросал в воду. Девчонки визжали и брызгали друг в друга водой.

Черт возьми! Только бы ИМ ничего не угрожало…

***

Я никогда раньше не видел нашу бабушку, чопорную женщину с вечной сигарой и стаканом бренди, которые она периодически меняла на кроссовки и коврик для йоги, такой оживленной и довольной собой. Больше того, я сильно сомневался, что она знала, как включается газовая плита. Но оказалось, бабушка была даже в курсе, как замешивать тесто. Ей, видимо, до такой степени осточертела роль примерной жены сумасшедшего инвестора, что она решила вернуться к своему менее нравственному образу жизни и постаралась максимально ненавязчиво влиться в наше общество. Гнездо еще никогда не содержало в себе такое количество молодежи: мы с Агатой, Алина, Артур, Моника, Томас и еще целый паровоз телохранителей, которые в отсутствие деда позволяли себе выпить с бабулей Урсулой на брудершафт.

Ей было безумно скучно копошиться в роскоши, а у нас отсутствовала возможность беспрепятственно покинуть гнездо в светлое время суток. На том мы, собственно, и сошлись. Бабушка ежедневно практиковалась в приготовлении ужина, а мы старательно делали вид, что по ней плачут все мишленовские рестораны мира. Но единственное, что бабушке удавалось действительно хорошо, это коктейли. С самыми извращенными названиями и цветами.

И вот, пока мы развлекались в бассейне, она съездила в Гамбург, чтобы купить амаретто, несколько бутылок блю кюрассао и кампари и организовать тем же вечером коктейльную вечеринку.

— И конечно, все веселье приходится именно на мою смену! — Заворчал Уго, вытаскивая из холодильника яблочный сок.

— Налей его в этот стакан и представляй, что губишь вискарь, — Моника хихикнула, подняв на свет свой бокал с аперолем.

Уго огорченно принял из ее рук пустой стакан.

— Не ной, — Томас хлопнул друга по плечу, — я буду с тобой солидарен. Не хочу терять бдительность.

— Неужели мне так и не доведется увидеть пьяного Тома? — Промурлыкала Агата, забираясь на барный стул рядом со мной. Она потянулась к голубой лагуне и с довольной улыбкой поднесла бокал к губам. Они встретились глазами с Моной, и та чуть заметно качнула головой. Я не понял, что это означало, но моя сестра добровольно вернула коктейль на столешницу, так и не сделав ни одного глотка.

Артур заявился на кухню с явным намерением напиться в стельку. Я мог только надеяться, что это не было связано с красивым темно-зеленым платьем Алины, соблазнительно подчеркивающим ее грудь.

К сожалению, еда на кухне так же была бабулиного производства, так что вся наша компания опьянела довольно быстро, опрокидывая в пустые желудки один напиток за другим.

Когда Алина отошла к окну, раскрасневшаяся от нескольких бокалов апероля, я обнял ее сзади. Она незаметно потерлась об меня бедром и глянула через плечо. Я коварно улыбнулся и спустил руки пониже, начав поглаживать ее через платье. Со стороны могло показаться, что мы в обнимку любуемся видом из окна, но я то видел, как оживало Алино тело в моих руках. Я медленно убрал с ее шеи мягкую прядь волос. Когда я поцеловал ее в мочку уха, она часто задышала и вжалась в меня еще плотнее. Когда я спросил, не хочет ли она поднять наверх, кто-то похлопал меня по плечу.

— Адрик, бабуля просит вас спеть, как раньше, — прозвучал пьяный визгливый голос Моники.

— Мона, иди к черту, — отмахнулся я, не желая отрываться от Алины даже на секунду. Но та сама отпрянула и развернулась в моих руках. Ее глаза сверкали, как настоящие изумруды, когда она спросила:

— Ты что, умеешь петь?

— Нет. — Соврал я.

— Да! — Одновременно со мной выпалила неугомонная Мона. — И клянусь тебе, последний раз, когда они пели втроем, я буквально плакала! Этот так красиво! А сейчас у Адриана сломался голос и вдвоем с Артуром они возбудят тебя по самое не хочу! Вот увидишь!

— Мона, замолчи! — Гневно зашипел я, но та и внимания не обратила на мою угрозу. Просто схватила за рукав и потащила на середину кухни, оторвав от Поли.

— Я очень-очень хочу услышать, как ты поешь! — Только и успела шепнуть она.

Я даже не успел прийти в себя, как очутился рядом с Артуром, нервно озирающимся по углам в поисках своего стакана с джином и Агатой, на расстоянии вытянутой руки державшей свою же старенькую гитару.

— Ба, ты что, хранила ее столько лет? — Удивилась она. Меня качнуло, и, не найдя опоры лучше, я уперся плечом в Артура. Тот раскинул ноги на ширину плеч для надежности и закашлялся так, будто вознамерился выплюнуть легкое.

— Хватит кривляться! — Пригрозила нам бабушка. — Имейте совесть, если не хотите, чтобы дедуля узнал, что творится в этом доме в его отсутствие!

— Серьезный аргумент, — икнул я, — и мы с Арутром синхронно остановили свои пьяные многозначительные взгляды где-то в районе Агаты.

— Ладно, — буркнула она, устраиваясь на высоком барном стуле и профессиональным жестом закидывая гитару на колено. Будь я Томасом, оценил бы по достоинству сексуальность момента. Впрочем, он и оценил. Уставился на мою сестру, как лев на антилопу.