Поток жизни. Том 1

Айрис сидела за столом без своей курточки и распустив волосы, отчего у меня сразу начали всплывать хреновые ассоциации. Я помотал головой. Никаких мультивселенных. И никаких «вотэтоповоротов» в столице Древних. Не допущу.

– Что-то не так? — девушка повернулась ко мне и склонила голову.

– Да нет, просто без косы ты выглядишь непривычно. Чем занимаешься кстати?

– Да вот, исполняю обещанное, — она немного отодвинулась от стола, открыв мне вид на тетрадь, один лист которой был исписан аккуратным почерком, — пишу историю, которая заставит тебя встать на колени.

– Хм-м-м-м, — я подошел чуть ближе, пытаясь рассмотреть написанное.

– А вот и нет, — девушка накрыла столешницу грудью, — подожди пока не напишу целиком.

– Да я привычный черновики читать. За некоторые даже деньги платил.

– Все равно, вот тебе, — мне показали фигу.

– Как знаешь, может дал бы пару непрошеных советов.

– Сама справлюсь.

– Верю. Знаешь, я ожидал, что в твой комнате будет более… красочно, что ли?

– Ты хотел сказать, цветасто?

– Ну… да, хотел.

– У меня целый сад внизу разбит, а на чердаке есть еще несколько рассад. Мне не надо цветы еще и в собственную комнату тащить, знаешь ли.

Наступило неловкое молчание. Хотелось перейти к, несомненно, интересующей нас обоих теме, но начинать первому никому не хотелось.

– Хочешь анекдот расскажу?

– Серьезно? Это все, что ты мне можешь сейчас сказать?

– Из того что могу сейчас — да.

Айрис внезапно улыбнулась. Очень теплой и искренней улыбкой. Так, что аж сердечко защемило.

– Тогда мне этого достаточно. На сегодня. Иди отдыхай, ты сегодня хорошо поработал.

Хе-хе-хе, я вышел из ее комнаты, задрав нос. Меня похвалили, я молодец. Устроившись в комнате для гостей и разложив вещи, сажусь на кровать и потягиваюсь. Хороший сегодня был день.

– Интересно, твое увлечение этой девчонкой это попытка заполнить пустоту собственной душонки или инстинкт побитой дворняги, которая бежит за первым кто кинул ей корку хлеба?

Который только что стал просто отвратительным. Не иначе как только благодаря благословению Планеты я удержался от того, чтобы взбеситься и разорвать иллюзию Сефирота на куски. Хер этому ублюдку. Много чести бы было. Складываю руки в замок и опираюсь на них подбородком. Падаль хочет поговорить. Хорошо. Мы поговорим.

Глава 16

Сижу и думаю что бы такого сказать. Ультимативное оружие уровня «СЛЫШЬ, СЕФИРОТ, МАТЬ ЖИВА?» оставлю на будущее, слишком уж оно чрезмерно для первых схваток.

– Что такое, пустышка, потерял дар речи?

– Да не, просто думаю как бы тебя нахуй послать так, чтобы ты уже не вернулся.

Ублюдок рассмеялся.

– Интересно. Интересно! ИНТЕРЕСНО! Как же ты смог превозмочь свою природу настолько, что смеешь дерзить мне?

– А мне вот интересно следующее: ты на конченого в университете учился или с рождения такой?

В этот раз он уже не смеялся, его зрачки чуть расширились, а уголки губ испещрили небольшие складки.

– Что такое? Слова пустышки тебя задели? Ну широту эго тогда поубавь.

На виске Сефирота проступила венка. А я поймал наконец-то мысль.

– Что-то ты примолк, дядь. Ну тогда я потреплюсь, если ты конечно не против. Расскажу тебе одну историю про хуевую дружбу. Жили-были три друга. Один был ну просто сын маминой подруги — и умен, и красавчик, и начальство им гордилось, хотя все, что он мог, умел и знал это как резать других людей. Второй был вшивый интеллигентишка, у которого от увлечения сомнительными книжками про богинек и острой болячки поехала крыша. А вот третий был наш в доску парень, только первых двух бакланов слишком уж ценил, не знаю, правда, за что. И как-то так вышло, что второму от его заразы уж совсем плохо стало, вот только его, так называемые, «друзья» были настолько с ним близки, что не только не знали о его проблемах, но еще затем и чуть не обнулили его. Че, Сефирот, как ты оценишь подобную историю? Как можно было бы назвать таких друзей?

Бинго. Патлатый был просто в бешенстве — широко раскрытые глаза, чуть раскрытые губы демонстрировали сжатые зубы, на скулах вздулись желваки, а на висках проступили многочисленные вены.

– Не принимай так близко к сердцу простую историю, друг. Или… не может быть! Она тебе о чем-то напом… — Сефирот мгновенно сблизился со мной и схватил правой рукой за шею, приподняв в воздухе. Угу, круто, вот только я тоже СОЛДАТ, дружок. Хватаю его руками за указательный палец и мизинец, после чего с небольшим усилием ломаю их.

– Агх, — отдаю должное, он практически никак на подобное не отреагировал, лишь отшатнулся, обхватив пострадавшую руку второй и с неверием во взгляде уставился на меня.

– Лови чаевые, пусть обслуживание было и так себе, — также рывком сближаюсь с ним и пробиваю быка в нос. Становится любимым моим приемом понемногу.

Иллюзия развеялась. Я снова сел на кровать и перевел дух. Можно себя поздравить — унизил и оставил последнее слово за собой, что как бы не важнее первого было. Хотя излишняя материальность морока меня все-таки насторожила. Не припомню за ним таких возможностей. Раздался аккуратный стук в дверь.

– Хейз, все в порядке? Ты там как? Я зайду?

– Конечно заходи.

Айрис вошла в комнату и прикрыла а собой дверь, после чего облокотилась на нее, сложив руки за спиной и с тревогой посмотрела мне в глаза.

– Он снова появился, не так ли? Я опять почувствовала… это.

– Угу, но можешь не переживать, я пояснил ему что не такой.

– Не такой? О чем ты? — в недоумении она нахмурила брови.

– Ну как? Один парень на ночь глядя приходит ко второму, уже собравшемуся прилечь в кровать. Тут многих толкований быть не может.

Неожиданно Айрис хихикнула.

– Ну если ты в состоянии отпускать свои шуточки, то и впрямь в порядке. Вот только я понять не могу, зачем ему ты? То что ты рассказал мне и той девушке, Тифе, не объясняет причин его появления.

– Ну, если мы отбросим причину, которую я уже назвал, то… не знаю. Может его заедает то, что очередной овощ под него не прогнулся, или он поехавший собственник, у которого если отобрать игрушку, то он сходить от этого с ума начинает. Не то чтобы мне это было интересно. Да и как нормальному человеку понять психа? И зачем это делать?