Потрошитель демонов

Интересно, а какая глубина у реки? Может её можно пешком перейти, а я тут волнуюсь. Пригласил водного элементаля и отправил его "покупаться в реке". После того, как он вернулся, пришлось потратить целый час на попытки понять то, что он мне хотел "рассказать", но я все же справился: глубина реки в среднем была около десяти метров и местами достигала тридцати.

"Может просто переплыть? Два километра для твоего тела не так уж и много".

А девчонку я куда дену? К тому же не забывай о демонах. Не удивлюсь, если в воде водятся собратья тех попрыгунчиков, которых мы недавно встретили. Как я, плывя, от них отбиваться стану?

"Тоже верно".

Хм... а может вернуться к схеме айсберга? Только делать его не плавающим, а закрепить на самом дне, вырастить его до поверхности, потом перейти на него, затем сделать еще один айсберг, перейти на него и так далее, до тех пор, пока мы не сойдем на том берегу. Звучит несколько бредово, но зато нет минусов. Шиза, ты слышал мою идею?

"Да".

Возьми вторичных, рассчитайте возможность такого решения. Хватит ли мне маны, учитывая постоянную подпитку из астрального плана? Сколько понадобится плетений преобразования воды в лёд?

"А несколько таких плетений разве конфликтовать не будут? Это же бытовое заклинание, а не боевое, и, следовательно, они менее стабильны".

Изучи и этот вопрос. Что мне одному думать за всех? Распоряжение понял?

"Да".

Отлично.

Я оторвался от размышлений и приступил к остывшему ужину. Моя спутница, увидев, что я освободился, не преминула начать разговор. Но хвала всем богам, сегодняшняя дорога её сильно вымотала и буквально через полчаса она начала зевать. Принудительно отправив её спать, я потратил несколько часов на проверку тех заклинаний из арсенала, которыми еще ни разу не пользовался в этом мире. Затем час потренировался в плетении тренировочных конструктов и, с чистой совестью, лег спать.

{Пятерка монахов, где-то рядом, утро следующего дня}

Группа монахов двигались на юго-восток - это направление было выбрано методом исключения после небольшого спора. Так далеко обитатели монастыря еще никогда не заходили, но если верить старой карте, времен начала вторжения, то в скором времени им должна открываться река. Достигнув её, священнослужители собирались двинуться вверх по течению и достигнуть брода. План, конечно, был шит белыми нитками: за столько времени река могла обмелеть, брод исчезнуть или случилось еще одно из множества событий. Но делать была нечего - настоятель приказал найти решение проблем монастыря, а значит, они были просто обязаны выполнить его приказ. К тому же, Триединый не мог оставить своих верных сыновей.

Команда шла молча - они были вместе уже очень и очень давно. Всё что можно поведать друг другу, уже давным-давно рассказано. Недаром говорится, что друг это не тот с кем есть о чем поговорить, а тот с кем есть о чем помолчать. Поэтому монахи молчали и довольно спора двигались к своей цели, опираясь на свои боевые посохи. Демонов они не боялись - монастырь был самой западной точкой, где жили люди, и поэтому всегда был на острие атаки со стороны тварей. А данная пятерка являлась лучшими борцами с демонами в оплоте Триединого, и каждый монах отправил уже не по одной сотне демонов обратно в ад. Да и все повадки тварей они знали наизусть.

Их путь так бы и продолжался, но внезапно до них донеся сильный шум и грохот. Если бы монахи знали о том, что такое взрыв, то они с уверенностью бы сказали, что они услышали звук сильного взрыва. Но, несмотря на то, что священнослужители об этом не знали, это не помешало им упасть в траву, затеряться в ней и начать пристально прислушиваться и всматриваться в направление, откуда пришел этот странный грохот. Ждать пришлось недолго - из-за холма, со стороны которого пришел звук, взметнулось облако чего-то белого.

– Что это такое?
– недоуменно спросил невысокий крепыш по прозвищу Кулак.

– Не знаю, - ответил долговязый монах, который формально был у них главным, за что его называли Главным.

– И что делать?
– поинтересовался третий монах, с абсолютно непримечательной внешностью и именем Невидимка.

– Думаю, надо забраться на холм и посмотреть, - произнес четвертый член команды, которого небезосновательно звали Красавчиком. И действительно этот монах обладал совершенно неподходящей внешностью для боевика, его лицо было бы значительно уместней на развороте глянцевого журнала или начальной заставке голограммы какого-нибудь таблоида, если бы такие элементы цивилизации существовали бы в этом мире. Но к великому несчастью всей женской половине монастыря, он еще в десять лет дал обет чистоты на целых тридцать лет. Поэтому, несмотря на то, что боевые монахи Триединого не обязаны блюсти целибат, и могут жениться, Красавчик так и оставался одиноким.

Ответа последнего члена команда не дождалась, так как Молчун в очередной раз ничего не сказал, полностью оправдывая своё прозвище.

Монахи двинулись ползком на холм и когда они наконец-то добрались до его вершины, им открылся вид на широкую реку. Главный достал бинокль, оставшийся еще с древних времен. В отличие от поделок, выпускаемых стекловарами монастыря, этот прибор давал большее увеличение и значительно лучшее изображение, практически без искажений и размытостей. Этот бинокль команда нашла в ходе разведывательного рейда в развалинах города на западе. Настоятель осмотрел находку, но не нашел в ней ничего демонического, но заметил, что она может использовать в себе силу древних.

Главный сдвинул рычажок фокусировки и начал рассматривать реку. В этот раз чудо технологий древних показывало значительно хуже, чем обычно. Вода у противоположного берега была взбаламучена, в ней плавали обрывки водорослей, тушки мертвых рыб и куски чего-то белого, похожего на лёд. Но какой может быть лед посреди лета? Не вдаваясь в размышления, монах переключил своё внимание на берег - он был практически весь изрыт. Еще раз, осмотрев место непонятного события, монах увидел, как двое всадников скрылись за холмом, который располагался на той стороне реки выше по течению.

{Сен}

Ну что я могу сказать? Вдарило знатно. Не побоюсь этого слова - от души.

Наутро мой Сигмар мне сообщил, что провел расчеты и у моего плана есть право на жизнь. (Если вы видите эту надпись, то вы читаете черновик.) Только для этого оказалось необходимым держать одновременно десять плетений преобразования воды в лед, и влить в четыре раза больше маны, чем предусмотрено конструктом.

Я сотворил десяток конструктов преобразования, расположил их в расчетных точках, вывел узлы сброса тепловых избытков ниже по течению, и минимально, чтобы вся эта конструкция не разрушилась, запитал через автономный преобразователь маны. Дополнительная прослойка между мной и плетениями преобразования воды в лед была выбрана по соображениям безопасности - помня о предыдущей "рекомендации" шизы "влить больше маны", я решил перестраховаться. В довесок ко всему, я укутал нас с Келадашей и лошадьми универсальным и антимагическим щитами. После чего, с некоторым опасением пустил ману в преобразователь.

Не зря я все-таки с таким трепетом приступал к этой операции, как я уже сказал: вдарило знатно.

Мы с Келадашей смогли наблюдать редчайшее явление - вхождение разных плетений в состояние резонанса, преобразование их в непонятно что, и как следствие - полная дестабилизация магического плана.

Огромный кристалл льда мгновенно вырос из воды и через пару секунд взорвался бесчисленным множеством осколков, которые мгновенно перемололи землю на всем береге и почти продавили универсальный щит. Но самым страшным было последующее искажение магического плана, а следом за ним остальных планов. Щиты съели почти весь мой быстрый резерв маны, но все же выстояли.