Потусторонним вход воспрещён

– Хорошо, – Ярослав слегка приободрился.

Я осмелился на вопрос:

– Откуда у меня ваши способности? Если сами говорите, что просто так ничего не бывает.

– Вопрос на миллион долларов. Советую при возможности поинтересоваться своей родословной. Иногда там находишь много любопытных деталей.

«Даже потенциальных сенсоров в городе наперечет. И все выявлены Хранителями чуть ли не с младенчества…»

«Это единственное видение?..»

«Посмотри по нашим книгам. И на всякий случай по гербовнику…»

Фразы одна за другой всплыли в голове. Почему-то я подумал про тетю Раю и ее аристократические корни, но промолчал. Да, семья у нас не совсем обычная, однако с мистикой жизнь никто не связывал. Разве что мама в Рождество иногда гадала на картах. Только разве для этого нужен особый дар?

«Гусев темнит. Сначала отказывается сотрудничать с Институтом, а сам тем временем ищет себе замену…»

– Я, скорее, по-настоящему сойду с ума.

Ярослав медлил с ответом. Мне показалось, разговор окончен, но тут он вновь подал голос:

– Мы с братом росли среди тайн и семейных легенд, и все равно я чуть не свихнулся, когда впервые получил видение. Хотел учиться на обычную профессию. В универ поступил. На IT. Знаешь, применение компьютерных технологий в медицине. Только зря. Выбрав тебя однажды, Город уже не отпустит.

– Ты так говоришь, будто он и правда живой.

– Живой-неживой, а проверено.

Ярослав замолчал. Мы остановились у подножия лестницы: левый ее пролет вел вверх, правый делал поворот на сто восемьдесят градусов и вел, вероятно, в подвал.

– Заглянем кое-куда. – Ярослав свернул вправо.

– Ярослав?

– Просто Ярик.

– Тебе помочь? – предложил я.

– Не надо. Сам.

Опираясь боком о перила, Ярик спустился по ступенькам, приблизился к крашеной металлической двери и уверенно отомкнул защелку.

– Там две ступеньки, не навернись, – бросил он через плечо с некоторой едва заметной долей превосходства.

Я перешагнул порог. В подвале пахло сырой известкой и плесенью. По ногам дул неприятный сквозняк. Ярослав уверенно направился в темноту.

– Кого мы ищем? Нам разве не на второй этаж?

– Проверяю одну догадку.

Он быстро водил фонарем из стороны в сторону. Взгляд улавливал по бокам от нас голые металлические стеллажи. На полках выстроились друг за другом коллекции гипсовых барельефов, модели черепов и отдельных органов.

Вынырнув из-под стеллажа, мимо нас вприпрыжку пронеслась толстая крыса. Бурый хвост волочился следом. Я шарахнулся. Ярослав невозмутимо проводил зверька взглядом и пошел дальше.

– Кто-то ее спугнул.

– Гнездо хишиг, ворующих сахар и обрывающих телефонные провода? – вспомнил я.

Ярослав качнул головой:

– Было такое дело.

– Название странное.

– Не страннее, чем какой-нибудь «пражский крысарик».

– Ты говорил про видения, Ярик. – Мне хотелось вернуться к волнующей теме. – Они сбываются?

По спине пробежали мурашки. Магия. Метро. Манекены.

– Зависит от нас. Надеюсь, это не сбудется. Мое недавнее, к несчастью, стало явью…

Ярик внезапно затих, направил фонарик на дальнюю стену. Только завязавшееся общение снова оборвалось.

– М-да… – Ярослав аж языком цокнул.

Поперек стены, от пола до потолка, тянулась черная, крошащаяся трещина. Бетонная пыль копилась в складках грубой рогожи, покрывавшей, по всей видимости, кучу мусора. Из-под ткани торчала неподвижная пластиковая рука.

Ярослав шевельнул ее костылем, затем поддел и откинул в сторону угол полотна, высвобождая на свет туловище.

Я вздрогнул. Манекен был один в один как в подземной каморке Мастера кукол. Разве что без звездной накидки и… Я нагнулся, опасливо рассматривая туловище куклы. В груди у нее блестела красно-розовым глянцевая пустота.

– Сердца нет. Может, не полностью собрали? – поделился я соображениями.

– Непохоже.

Ярослав наклонился, нащупал край и резко дернул полог на себя. Облако бетонной взвеси поднялось в воздух, я закашлялся, прикрывая рот и нос рукавом куртки. На полу вповалку лежали пластиковые тела с неестественно выгнутыми руками, ногами и вывернутыми головами. Невидящие глаза стеклянно пялились в пустой потолок.

– Становится интереснее, – пробормотал Ярослав.

Я тяжело сглотнул образовавшийся в горле ком. Вспомнились искусственные клапаны и шестеренки заводного механизма, голос кукольного брата Мастера, похожий на шелест песка.

– Кто же вас сюда притащил?

Я не успел ответить. Над головой раздался далекий пронзительный крик. Только теперь я сообразил, что мы больше не втроем, а вдвоем.

Потому что кричала Марго.

Часть 3. Марго

– Любовь Иоановна, ну что вы? – укоризненно (вот наглец ведь!) произнес Ярик.

Огромная тетка-сторож в форменной кепке с козырьком недоуменно пожала крутыми плечами:

– Нет, я не поняла, вы чего хотели? Фабрика пустая, у меня обход, захожу в кабинет, а тут эта! Стоит, в стену пялится. Подумала, опять воры!

– Хватать-то зачем? – проворчала я, потирая ушибленное плечо.

Первым на мой крик прибежал Василий. Ярик припрыгал минуту спустя, запыхавшийся и тревожный.

Краски и инструменты теперь были в беспорядке разбросаны под ногами. В суматохе мы сбили с подставки еще не закрепленную модель человеческого скелета в полный рост, и теперь россыпь косточек валялась на полу по всей комнате. Белые на черном.

«Этот город построен на костях. Смирись с его правилами», – вспомнились слова Ярика.

– Опять? Что значит «опять»?

В свете фонаря, который сторожиха переводила поочередно с нас на разгромленную мастерскую, лицо Ярослава казалось восковым. Наверное, услышь я свой крик со стороны, тоже перепугалась. Но парень быстро взял ситуацию в свои руки. Наклонившись, ловко подхватил пенопластовый барельеф и вернул на стол к остальным.

Я очнулась и кинулась собирать разлетевшиеся принадлежности для рисования. Вася пододвинул пустое ведро и принялся складывать в него детали скелета.