Правда выше солнца

– Не может быть! – крикнула Эвника. – Да что такое происходит?!

Тут наконец, не удержавшись, она расплакалась – громко, навзрыд, как несправедливо обиженный ребёнок. Акрион отвернулся. Кадмил снял со стены пару факелов и, массируя шею, повёл лудиев в подвал – хорошо знакомой дорогой. Эвника плакала, пока они вчетвером ступали по тёмному коридору, плакала, спускаясь по лестнице, плакала, когда её ввели в подвал. И только когда очутилась в камере, пол которой был засыпан песком, чтобы скрыть когда-то пролитую кровь – только тогда Эвника затихла и лишь всхлипывала, пока Кадмил собственноручно завязывал верёвку на петлях.

– Стерегите хорошенько, – велел он лудиям на прощание. – Если всё пойдёт, как надо, через часок-другой я её заберу. Будет звать, угрожать, обещать награду – не слушайте. Будет кричать, что умирает – не верьте. Попросит встречи с братом – наплюйте. Она хитра, как змея, и опасна, как сколопендра.

Лудии стукнули мечами по щитам.

– Аве, Турмус! – пролаяли хором.

Кадмил хмыкнул: его всегда забавляло, как тиррены коверкали имя Гермеса. Собрался было идти, но поднял палец:

– Да, совсем забыл. Если вы, вояки, её по какой-то причине упустите… Я вас убью. Для начала. А потом встретимся в Аиде. Или, как вы его называете, в Мундусе. Вы всё поняли?

Оробевшие лудии вылупили глаза и часто закивали.

– То-то, – сказал Кадмил удовлетворённо, подхватил один из факелов и пошёл прочь. У двери он, не оборачиваясь, крикнул: – Да не вздумайте её снасильничать! Яйца Керберу скормлю!

– Аве, Турмус! – жалобно отозвались лудии.

Усмехнувшись, Кадмил принялся подниматься по лестнице.

«Так рыдала, паршивка, – думал он, покачивая головой. – Может, и впрямь не виновата? Хотя, если не она, то кто? Фимения? Смешно даже думать. Вот женщины бывают! Змеи, а не бабы… Ладно. Прочь сомнения и глупую жалость. Это победа. Победа! Осталось только допросить Эвнику – по всем правилам, с пристрастием, с обязательным применением магических декоктов. Ба, а ведь улететь-то я с ней не смогу. Нужен транспорт какой-нибудь с Парниса. Смерть на меня, совсем не продумал эту часть плана. О Мелита, мне вновь нужна твоя помощь!»

В сумке, что висела за плечами, будто бы в ответ на мысленный призыв, колыхнулась «лира». Как всё-таки здорово, что Мелита притащила тогда со склада эту громоздкую штуковину. Даже не верится, что протаскал её с собой целый месяц напролёт, от Афин до Вареума и обратно. Теперь, наконец, можно задействовать «лиру» и запросить подмогу с Парниса. Фонить, конечно, будет страшно. Если Локсий вернулся на Землю, он мгновенно поймёт, что Кадмил сбежал и пользуется магической техникой, наплевав на запреты. Да и выстрелы из жезла не могли остаться незамеченными. Но теперь это уже неважно: ведь в руках Кадмила – Эвника. Главная фигура человеческого Сопротивления, ключ к разгадке тайны алитеи, предательница, притворщица, гидра, грайя, горгона! Посмотрим, как ты запоёшь в руках Локсия, дрянь!

«И посмотрим, как запоёт сам Локсий, – думал Кадмил, переводя дух. Ступеньки кончились, вдали замаячило светлое пятно входа в гинекей. – Посмотрим, что скажет этот надутый колдун, когда я представлю доказательства его тупизны! «Подумай над своим поведением»? «Перестань носиться как угорелый и творить глупости»?! Ха, как бы не так! Однако надобно набраться терпения. Победа уже у меня в руках. Осталось сыграть последнюю сцену. Мелита. Ребёнок. Летать…»

Откуда-то вдруг потянуло чистым дождевым духом. Кадмил остановился посреди коридора, держа факел в вытянутой руке, чтобы масляный чад не лез в лицо. Издалека слышался рык Акриона, раздающего команды, ему вторил скрипучий голос Спиро – и здесь оказался в гуще событий, доходяга! Бряцало оружие, перекрикивались лудии. Кажется, они искали Фимению и никак не могли найти. Кадмил внезапно почувствовал огромную усталость. Ему отчаянно не хотелось возвращаться к людям. Хотелось побыть в тишине, остудить голову… И услышать голос Мелиты.

Он двинулся в сторону. Откинул полог. Прошёл коротким тамбуром и очутился во внутреннем дворике.

Тучи сгинули. В чистом, омытом дождём небе под серпом Луны неподвижно чернел гребень древесных крон. «На открытом месте сигнал будет сильней, – подумал Кадмил, скидывая сумку и развязывая тесёмки. – Всего-то полторы сотни стадиев. Эх, и всполошится Локсий… Если он, конечно, на Земле».

Он достал прибор, утвердил округлое основание на сырой почве. Выдвинул антенны эмиттера: получилось и впрямь похоже на музыкальный инструмент, только без струн. Сдвинув пластину на корпусе, набрал код вызова. Затаил дыхание, слушая шорох помех.

«Лира» ожила.

– Лабораторный комплекс Парнис, покои Солнцеликого Локсия, – произнёс искажённый динамиком голос Мелиты. По тону чувствовалось, что она улыбается.

– Мелита! – воскликнул Кадмил. – Как же я рад тебя слышать, любовь моя.

– Ох, – она рассмеялась, облегчённо и нервно. – Наконец-то! Хвала Крониду! Ты не в беде? Не ранен?

– Не ранен, не в беде, и, более того, преуспел, – заявил он, также посмеиваясь. – Даже обидно, что ты сразу предполагаешь худшее.

– Я просто ужасно волновалась, – ласково сказала Мелита, – и тоже, тоже очень рада тебя слышать.

– Не представляешь, какая тут кутерьма, – Кадмил развёл руками, хотя знал, что она не увидит жеста. – Просто голова кругом... Слушай, а Локсий здесь? На Земле?

– Надеюсь, кутерьма не закончится, как в прошлый раз, – вздохнула Мелита. Затем голос её зазвучал близко и горячо: она нагнулась к микрофону. – Да, Локсий на Земле. Отбыл с визитом к Орсилоре. Долго прихорашивался, потом прихватил амфору с вином и улетел. Думаю, будет нескоро, ха!

– Старый козёл ускакал к подружке? – Кадмил тоже развеселился. – Вот это номер! Я тут, понимаешь, вершу историю, меняю судьбу Эллады… А он, значит, бросил работу и отправился на свидание!

– Не бросил, а делегировал управление комплексом новому ассистенту, – сказала Мелита деловитым тоном.

Кадмил, ещё усмехаясь, по инерции кивнул.

А потом понял.

Понял – но не поверил поначалу.

– Это... ты? Новый ассистент – ты?

По спине прокатилась ледяная волна, мир покачнулся и выправился.

– Я, – просто сказала Мелита.

– Он тебя...

– Обратил, – подхватила Мелита, и её голос задрожал. – Кадмил, я не сказала, хотела подождать, пока ты вернёшься, сделать сюрприз, но ты позвонил, и...

Кадмил издал оглушительный ликующий вопль.

– О-хэ!! Да хрен с ними, с сюрпризами, детка! Это же потрясающе! У-ху-ху!

– Да, – откликнулась Мелита, и опять было слышно, что она улыбается. – Это потрясающе. Иначе не скажешь. Представляешь, могу теперь творить иллюзии…

– Как Локсий? Эвге!

­­– Ну, не как Локсий, конечно, но тоже кое-чего получается. И память стала, как у машины.

– Вот это да!

Кадмил ощутил какое-то странное, незнакомое чувство. Нечто вроде щекотки в самом сердце. Вроде пузырьков воздуха в голове. Такого он никогда не испытывал раньше. Похожее, конечно, было – когда они впервые поцеловались с Мелитой, или когда первый раз взлетел… Но всегда что-то мешало, что-то тянуло к земле. А теперь – нет.