Правда

– Заткнись!
– Заорал он. Его вонючее дыхание заставила её желудок сжаться.

Она подумала о своём ребёнке.

– Пожалуйста, вы можете получить всё, что пожелаете. Просто не делайте мне больно.

– Я сказал, заткнись!

Он снова её ударил, выпуская из захвата волосы и позволяя ей упасть. Её голова врезалась в деревянную дверь. Клэр подтянула колени к груди, пытаясь закрыть себя и своего ребёнка. Нога Патрика пнула её по рёбрам, выбивая воздух из лёгких.

Сражаясь за глоток воздуха, она услышала его голос:

– Ты пойдёшь со мной. Я собираюсь получить всё, чего заслуживаю…

Теперь его кулак накручивал её волосы, потянув её тело вверх. Она поползла, пытаясь двигаться – чтобы остановить боль. Он потащил её тело по полу. Комната начала неуклонно темнеть, в то время как вдалеке она услышала голос Гарри – кричащий. Боль нарастала – в её голове – в её груди – громкий шум – всё исчезло.

Глава 52

– Я надеюсь, ты не слишком безобразен. Какая коллекция шрамов у тебя! Будь благодарен. У наших шрамов есть способность давать нам ощущение, что наше прошлое реально.

Красный дракон

Сознание медленно возвращалось, Клэр ощутила пульсацию в голове и сильную боль в боку. По мере того, как усиливались ощущения, то же самое происходило и с тошнотой. Клэр не могла вспомнить, где находится… это казалось неправильным. Желая увидеть, что её окружает, она попыталась открыть глаза. Почему так больно? Почему глаза не открываются? Паника усилила тошноту. Инстинктивно, она понимала, что если ей станет плохо, это усилит и боль; она попыталась сделать вдох и абстрагироваться от агонии. За темнотой, она услышала звуки. Её мозг попытался встряхнуться, писк – она услышала писк … что это за писк?

По мере того, как туман рассеивался, устойчивый звук становился громче, и его происхождение стало понятно. Она слышала мониторы. Она также чувствовала странное ощущение на руке. Клэр попыталась дотронуться до этого места, но рука не двинулась. Почему тело не реагировало на мысли?

Голоса… она силилась расслышать голоса. Это Тони? О, она хотела, чтобы это был Тони. Что с их ребёнком? Нет, это голос не Тони – это голос Гарри. Тело не двигалось; тем не менее, она чувствовала, как слёзы стекают из закрытых глаз.

То ощущение в её руке – она вспомнила его. Она уже проходила через такое, но когда? Боль в голове не позволяла ей сконцентрироваться.

– Как долго она будет без сознания?

Обеспокоенный голос Гарри отвлёк Клэр от мыслей, наполняя её противоречивыми чувствами.

– Это зависит от неё. Она борется с травмами, единственным способом, который знает её тело. Её энергия нужна, чтобы залечить травму; она проснётся, когда сможет. Тем временем, мы продолжим наблюдать.

– Вы сказали, что она была беременна.

Сердце Клэр пропустило удар. Неужели Гарри сказал, она беременна?

– Мистер Болдвин, мисс Николс беременна. Ребёнок крепкий и здоровый. Прямо сейчас мисс Николс борется за двоих.

Клэр не была уверена, о чём ещё они говорили. Единственное, что имело значение , - это то, что её ребёнок здоров. Она уплыла назад туда, где её тело не болело.

***

Писк продолжился даже в её сновидениях. Она пошевелилась, и стянутость в руке усилилась. Клэр внезапно вспомнила, когда у неё было похожее ощущение… это было после её несчастного случая!

Она сконцентрировалась на том, чтобы поднять веки… медленно они подчинились. Флуоресцентные лучи освещали комнату, так как они исходили из подсветки шкафчиков. Трубки на сгибе её локтя попали в поле зрение. Она была права; это было то же самое ощущение, что и после несчастного случая. По мере того, как её глаза продолжили концентрироваться, она увидела его золотую шевелюру, устроившуюся у подножья её кровати. И хотя Гарри спал на стуле, его голова покоилась на кровати, а рука обнимала её ноги. Она вспомнила, как он забрал её в аэропорту, и они собирались поговорить. Она вошла в свою квартиру, а потом… полное забытьё. Клэр закрыла глаза… Патрик Честер. Она не могла вспомнить ничего больше.

Клэр попыталась заговорить:

– Гарри?

Он не шелохнулся.

– Гарри?

Светлая голова качнулась, когда Гарри встряхнулся, а его светло-голубые уставшие глаза уставились в лицо Клэр.

– О, Клэр, ты очнулась.

Он устремился к ней, взяв за руку.

– Мне нужно сообщить остальным.

– Остальным?

Её голос звучал хрипло.

– Эмбер, Эмили, Джон и Китон ждут где-то снаружи.

Её сердце рухнуло вниз. А где же Тони? Может быть, он не знал, что она пострадала. Конечно же он знал! Где же он?

– Гарри, что произошло?

Слова с трудом складывались, так как во рту совсем пересохло.

Он обхватил её руку и прошёлся губами по костяшкам.

– Клэр, мне так жаль.

Она была в недоумении.

– Почему ты просишь прощение? Можно мне воды?

Он потянулся к пластиковому стаканчику неподалеку. Потягивая воду из предложенной трубочки, она наслаждалась прохладой, пока вода увлажняла горло. Опыт подсказывал ей не пить слишком много. Она вновь задала свой вопрос:

– Что произошло?

– Давай поговорим об этом после того, как скажем всем, что ты очнулась.

Клэр кивнула. Необходимости в спешке не было, где-то там, на задворках своей памяти, она услышала, что с её ребёнком всё в порядке.

Гарри нажал на кнопку вызова медсестры. Когда женщина в светло-зелёной форме вошла в палату, она сняла жизненные показатели Клэр и пообещала, что будет больше информации после осмотра врача. Клэр хотела спросить о ребёнке; однако, присутствие Гарри заставило её помедлить.

Когда доктор Сайзмор вошла в палату, она попросила Гарри выйти. Поцеловав Клэр в лоб, он вышел в коридор. Она услышала приглушённые голоса Эмбер, Эмили и Джона, когда они набросились на Гарри с вопросами за закрытой дверью.

– Доктор Сайзмор, я не знаю, что произошло, но, пожалуйста, скажите, с моим ребёнком всё в порядке?

– Да, мисс Николс. Я уже сообщила мистеру Болдвину, что жизненные показатели вашего ребёнка сильные.

– Мистеру Болдвину?
– спросила Клэр озадаченно.

– Да, он сказал, что вы двое… - Лицо доктора вспыхнуло.
– Я знаю, что не должна была, но я думаю, я предположила. Мисс Николс, я прошу прощения за это.

Клэр не смогла сдержать слёз. «О, Боже мой! Гарри знает, что я беременна, и думает, что это его ребёнок!» Мысли пронеслись с такой скоростью, что у неё закружилась голова.