Правила Рыцаря Солнца

Когда Кара увидел, что я всласть наелся и напился, он отложил свои документы в сторону и посмотрел мне в лицо.

Несмотря на то, что Кара не произнес и слова, я понял, что он хочет услышать подробности случившегося. Так что я начал свой рассказ с самого начала, а точнее с того момента, когда я пошел искать Пинк.

Тот факт, что я был в союзе с некромантом ...Ух! Правильнее сказать не в "союзе" а в "контакте"...в теории было огромной тайной, но Кара мой лучший друг как-никак. Я никогда и ничего от него не скрывал. Так что для него было естественным знать о существовании некроманта-Пинк, специально нанятого Церковью.

Как только Кара дослушал мою историю, он погрузился в свои мысли и на какое-то время перестал обращать на меня внимание, даже когда я, балансируя на краю кровати, начал увлеченно шарить рукой под ней. ...Так, я точно помню, что втихаря притащил кусок вяленого мяса сюда, и куда же он запропастился? Ага! Вот и он.

Я усердно пытался оторвать кусок от огромного куска мяса, при этом наблюдая за выражением лица Кары. Обычно, он всегда ходит с покер фейсом, в то время как я постоянно улыбаюсь. Однако, наедине со мной и за закрытыми дверями, мы оба могли позволить своим лицам принимать самые разные глупые выражения. К примеру, минуту назад я рылся у себя под кроватью, при этом высоко задрав свою пятую точку.

Кара посмотрел вверх с сомнением в глазах. Как только он заметил, что я втихаря жую мясо, его лицо тут же изменилось, и он мигом отобрал у меня мясо.

– Ты совсем не заботишься о своем собственном здоровье.
– Тихо прорычал он.

– Но я все еще голоден...
– Я поднял на него взгляд мученика.

– Я скоро принесу еще каши.
– Не уступал Кара. Он даже засунул мой кусок мяса в складки своей робы, чтобы я не смог до нее дотянуться:

– Я осмотрел тот клинок, что ты принес с собой.

Кара это все-таки Кара, без промедления перешел к самой сути.

Я, призадумавшись, наклонил голову, пока не вспомнил, что клинок, о котором он говорил, раньше принадлежал тому рыцарю, которого я свалил ударом по шее в маленьком домике на месте проведения казней.

– О? Так вам удалось найти владельца?

– Эфес этого клинка был украшен геральдической орхидеей, что является символом благородного дома Джерланд. Чтобы нанести тебе подобную рану и вынудить тебя бежать, рыцарь должен быть как минимум уровня "мастер". В доме Джерландов есть только три рыцаря подобного уровня: третий сын Барона Джерланда и еще два рыцаря, поклявшиеся в верности семье Джерландов.

– Ну и кто из них виновник?
– Спросил я без малейшего промедления. Со способностями Кары, он должен был выудить минимум 70% а то и 80% информации, имея лишь клинок, что я ему принес.

Кара замолчал на мгновение, но спустя несколько секунд все же произнес:

– Что касается третьего сына Барона Джерланда, то он присягнул лично его величеству кронпринцу.

Я тоже на мгновение замолчал. Затем с толикой надежды все же спросил:

– А ты точно уверен, что это был третий сын Барона?

Хоть я и задал вопрос так, но на самом деле, я хотел узнать, на самом ли деле это совершил кронпринц?

Для рыцаря, что ставит кодекс чести превыше всего, причиной сделать что-то столь гнусное, как возня с трупом, мог стать только прямой приказ его господина. Если третий сын барона и впрямь присягнул на верность кронпринцу, то тем, кто запытал этого парня до смерти, не мог быть никто другой.

Кара кивнул.

– У Барона Джерланда есть два рыцаря "мастера", что присягнули ему. Один из них был далеко за пределами города, а другой весь день патрулировал город. Нашлись даже свидетели.

– Кронпринц... Запытал кого-то до смерти?
– Я был слегка ошеломлен. Это совсем не похоже на то, что мог бы сделать наш заботливый и ответственный кронпринц.

Как только я произнес вслух это предложение, вся комната погрузилась в удушающую гробовую тишину. Должно быть из-за того, что это дело напрямую касается кронпринца. И если это правда, то дела вскоре примут скверный оборот. Даже если нам удастся доказать вину принца, путем тщательного расследования, разве мы вправе отправить единственного наследника престола на виселицу?

– Снаружи...
– Кара сказал лишь это слово, прежде чем вновь замолчать.

Взглянув на Кару, мне пришло в голову, что сегодня он ведет себя немного странно. Обычно, когда мы наедине друг с другом, он расслабляется и даже улыбается мне. Его улыбка, немного неуклюжая, из-за нехватки практики в сочетании с его холодным поведением, придавала ему довольно таки нелепый вид.

Но сегодня его лицо словно окаменело, и его улыбка выглядела фальшиво. Я с уверенностью могу сказать, что эта была не настоящая улыбка, ведь я сам улыбаюсь так же каждый день.

Я смотрел на него, а он смотрел на меня. Странная и тяжелая атмосфера повисла между нами, какой прежде никогда не было. В его обычно серьезном решительном взгляде сегодня виднелось какое-то мерцание, а в том, как он хмурил брови, читалась нерешительность.

– В чем проблема...?
– Я сперва притянул его за волосы, а затем с силой оттолкнул Кару:

– Если есть что сказать, то говори. Не скрывай от меня ничего, иначе мы можем и разругаться.

Кара, казалось, сомневался, но под моим напористым взглядом, все же сдался:

– Снаружи, по всему городу ходит слух, буд-то бы это ты запытал до смерти Рыцаря Смерти.

Как только я это услышал, мое тело тут же замерло в шоке, а Кара в то время продолжал.

– Папа заявил, что его больше не интересуют обстоятельства смерти Рыцаря Смерти. Нам было велено выставить его беспринципным преступником, совершившим бесчисленное множество злодеяний. И когда ты поймал его, тот наотрез отказался слушать твои доводы, после чего ты передал его в руки подчиненных Рыцаря Кары, где его вскоре приговорили к смерти. И он обозлен на тебя, так как именно ты поймал его.
– Произнося все это, Кара выглядел таким спокойным, словно бы говорил чистую правду.

Но это даже близко не было правдой!

Во мне начало бушевать пламя ярости. Я даже не был уверен зол ли я потому, что Рыцаря Смерти обвиняют в том, что он не совершал, или же в том, что мне пришлось чуть ли не ползком расследовать это дело, при этом чуть было не погибнув в процессе, а по окончании получить "больше не интересует" в ответ!

В любом случае, пламя ярости все стремительнее разрасталось у меня в груди. Но странно было то, что мои руки и ноги словно окоченели, и меня даже пробрал холодный пот.