Предлесье
Шрифт:
Старый радист дал Васильеву кусачки. Проволока против них и двух секунд не выстояла.
Все по очереди перелезли. Дольше всего провозились с Ариной и Ильёй, по понятным причинам. Второй выглядел всё хуже, уже почти не стонал, побледнел. Крови много потерял, херли ему это повязка. При такой ране продезинфицировать надо, зашить, хорошенько бинтом обмотать, а как тут всё это сделаешь?
Беглецы пробежали по открытой местности, по грязной дороге, на минутку спрятались за сложенным штабелями стройматериалом. Никого не увидели, и ещё дорогу пересекли.
Возле гаража и автомастерской,
Рустам пробежал вдоль них. В самые привлекательные с его стороны, он заглянул.
— Не подходят. Тут всё разобранные стоят. У них не движков, ничего. Металлолом, в общем. — Констатировал он тяжкий факт. — Все рабочие лошадки, видимо в гараже и мастерской.
— Возможно даже наш автобус. Здесь я его не вижу. — Сказал Вадим.
— Да, он был бы лучшим вариантом для нас. Я с ним на «ты», да и вместительный он.
— Значиц найдём его. — Уверенно сказал Алес.
Замок, державший вход в гараж закрытым, снесли парой мощных ударов дубиной.
Хлама, металлолома и разного инструмента, внутри было предостаточно.
Люди в темноте ударялись. Не хватало света маломощных фонариков, чтоб такое не малое помещение осветить, но его хватило, чтобы сразу, безошибочно узнать «Вояж».
У Рустама чуть скупая мужская слеза по щеке не потекла, толи от радости, а толи от ужаса.
Поиздевались здесь над автобусом и другой техникой, как в пыточной. Сменили подвеску и колёса, вместо стёкол, поставили стальные листы, и весь корпус ими обварили, бойницы сделали, фары дополнительные наверху разместили.
— Это уже не автобус, а танк какой-то. — Сказал Марк.
— Что лучше для нас. — Улыбнулся Алес.
Рустам первый вбежал в автобус и запрыгнул на привычное место. Его сидением осталось единственным в автобусе.
Илью уложили на пол, подложили под голову сумку.
Вадим ввёл жену в транспорт и хотел сам влезть, но краем глаза, заметил знакомый силуэт в темноте. Родненький питбайк, почти не осквернённый, мерзкими ручонками зеков. К нему лишь приделали корзинку сзади и фару приделали от какого-то ещё советского мотоцикла.
Васильев ринулся к дорогой вещи.
— Э, ты куда? — Спросил Алес.
— У этих уродов сто пудов ворота закрыты. На этом малыше я смогу проскочить к ним вперёд вас и открыть их. — Объяснил Вадим.
— Не сходи с ума полезай сюда. — Сказала мужу Арина.
— Не могу. Так у вас шанс будет. Автобус даже укреплённый через ворота не пробьётся, они укреплены.
Вадим завёл питбайк, заставил порычать.
Марк в тоже время открыл выезд из города.
Васильев резко развернулся на месте и погнал. Автобус завёлся и поехал за ним.
Зеки успевшие расправиться с толпой рабочих, расслаблено ходили среди тел, недобитых выискивали.
Когда что-то пролетело мимо них, они сперва и не поняли, что это было. Понимание посетило их мозги слишком поздно, когда уже автобус снёс баррикады и троих братков.
Пули застучали по броне, не способные что-либо поделать.
Лысый зек хотел выстрелить в Вадима, но тот успел первым к нему подъехать и раскрошить череп ударом дубины.
На полной скорости, питбайк быстро донёс хозяина до КПП у
ворот.Васильев затормозил, спрыгнул с малыша.
Из здания выбежал охранник, чтобы получить порцию свинца.
Вадим вбежал внутрь.
Ещё один зек поднял руки вверх, заумалял.
— Ворота блять! Ворота открывай! — Кричал ему Вадим, размахивая оружием.
Охранник нажал на кнопку.
Беглец забрал от него магазины от калаша и противогаз ГП-7, блестящий круглыми стёклами.
— Попытаешь геройствовать, прибью. — Пообещал Вадим и вернулся на улицу.
Автобус проехал мимо, чуть не наехав на питбак.
Васильев надел противогаз, вскочил на железного коня. Питбайк понёс хозяина прочь, прочь от колонии, от плена, на свободу, в беспроглядную ночь. Но лучше ли это, неволи? Может, стоило им остаться здесь, в качестве рабов? Только будущее покажет.
Глава 4: Визг
Солнце, с осторожностью, достойной мыши, выглянуло из-за горизонта. Осветило ставший чужеродным мир.
Старые деревья здесь пожирались, распадались на питательный биоматериал, связанные корнями незнакомой растительности. Зеленоватая дымка медленно проплывала вдоль деревянных великанов, убивая всё, не способное её вдыхать.
Среди этой дымки, на раздолбанном асфальте, стоял автобус, слегка покорёженный, покрытый следами от попадания пуль, как больной чумой человек бубонами.
Внутри стальной конструкции, прятались люди и думали.
Алес ходил, взад-вперёд опустив голову и оперев руки о бока. Марк всё не мог наговориться с сыном. За две недели у них накопилось много тем для разговора. Ксения штопала бледного Илью. У Ильи вокруг глаз потемнело, а во всех остальных местах побелело. Плохо выглядел мужик. Рустам на месте водителя отдыхал, да в бойницы поглядывал. Борис Климентьевич, разложив вокруг себя радиооборудование, слушал эфир. Уже молчало всё. За две недели ничего не осталось, кроме бесконечно повторяющихся оповещений, бесполезных, очевидных, сильно заглушённых помехами.
Вадим и Арина просто сидели на полу, обнявшись, счастливые тем, что они вместе, и пускай за пределами автобуса ад, зато здесь они вместе.
— Ну и куда дальше двинем? — Спросил Рустам. — Вечно мы стоять не можем, а то ведь кто-нибудь найдёт.
— Дальше, на, восток, надо. — Сказал Илья. У него даже голос шатался.
— А зачем? — Спросил Вадим. — За две недели эта дрянь могла подвинуться на сотни километров. Лучше здесь где-нибудь засесть. Безопасное место найти. Я не потащу беременную жену через всю страну, заражённую «Лесом».
— И я не хочу рисковать сыном. — Согласился Марк.
— Значит безпечне место. — Алес остановился. — И какое? Есть что на примете?
Никто не ответил.
— Нет идей? — Снова спросил поляк. — Тогда пшейдзьмы далей, пока не найдём другой путь. Рустам, нам нужен запас, знаешь, где-нибудь блиский селение?
— Мы щас возле самой Вологды, но там, наверное, опасно. Можно в соседние деревни съездить.
— Попробуем. — Согласился Алес. — Старик, ты знаешь эти места?
— Да. Моя деревня тут недалеко, чуть южнее Вологды. В неё лучше скататься. У меня там есть некоторые вещи полезные.