Преодолевать

– Здесь люди всякие бывают и лучше вообще не попадаться им на глаза. Ты оказался не в том месте и не в то время… – тут он усмехнулся.

– И чего ты тут забыл, чувак?

– Да так, кое-какие обстоятельства… Меня Марк зовут, кстати, —в знак знакомства я протянул руку, которую Андрей сухо пожал своей на удивление слабой ладошкой.

– И какие же обстоятельства? – заинтересовался он.

– Личные.

– Ну рассказывай, – настоял он, хотя я всем видом показывал, что не хочу заводить разговор на эту тему.

– …Всё дело в моей девушке, Насте. Мы с ней расстались сегодня. Причём не самым лучшим образом…

– Ты трахнул другую?

– Нет…

– Она другого?

– Нет же! Мы поругались.

– Из-за чего?

– Сложно объяснить. Наверное, мы не подходили друг другу.

– Она некрасивая?

– Она изумительная…

– Значит тупая…

– Боже, нет! Она во всех отношениях прекрасна, и я понятия не имею, почему мы расстались… Давай оставим тему, ладно?

– А ты хоть её любишь? – опять допытывался он, как будто разгадывал какой-нибудь кроссворд.

– Наверное…

– Ну, то есть, ты всё ещё хочешь ей присунуть? – в этот момент он засмеялся как ненормальный, и я вознамерился уйти.

– Ты прав, мне и действительно пора домой, – я уже встал и начал уходить, как вдруг его зов раздался за моей спиной.

– Постой, Марк! Не обижайся, я сегодня выпил лишнего и несу чушь. Извини. Присаживайся, – я покорно присел обратно в надежде, что вскоре он сам меня прогонит, но диалог принял весьма неожиданный поворот. – Ну а если серьёзно, в чём же проблема? Разве нельзя ничего исправить? Может, я могу как-то помочь?

– Не уверен, что кто-то способен помочь. По всей видимости, я и сам не в состоянии себе помочь… Давно не испытывал к себе жалости.

– Только не говори, что ты сдался, Марк. Если что-то от неё ещё осталось в тебе, то хватайся и не отпускай.

– Честно говоря, я почти ничего не чувствую сейчас. Такая пустота внутри. Понимаешь, как это бывает: раньше я с ума сходил по ней, не мог перенести расставаний, хотел всегда быть вместе. Со временем интерес пропал. Мне жаль потраченного времени, наверное. Но теперь меня ничего не держит – вокруг неизвестность.

– Боишься неизвестности? – в ответ я пожал плечами. – Это нормально – чего-то боятся. Страхи есть у всех нас, но, побеждая их, мы становимся сильнее. Ведь тебе не страшно делать то, что ты уже делал, правда?

– Не уверен. Помню в детстве я пугался ос, ведь они больно жалят. После первого укуса мне стало ещё страшнее, а после второго тем более…

– И что в итоге: боишься их сейчас?

– Нет, я вырос, – усмехнулся я.

– А у меня есть знакомые, которым больше лет, чем нам вместе взятым, и те боятся ос похлеще, чем ты в детстве, уверяю. Знаешь почему? Потому что их ни разу не кусали, – он улыбнулся мне и допил пиво.

– А что насчёт смерти? – спросил я, немного поразмыслив.

– А что насчёт смерти? – переспросил он наивно.

– Ну, многие боятся смерти…

– Для тех, кто боится смерти, уже давно придумали рай, – Андрей икнул, а затем предложил: – Слушай, у меня к тебе есть просьба: посади меня в такси, а то я, кажется, нехило набухался… Не хотелось бы сегодня попасть под машину.

В тот момент Андрей смотрел на меня жалобными щенячьими глазами, и создавалось впечатление, что он разыгрывает нелепую сцену, в которых обычно какая-то неожиданная развязка. По крайней мере, я так думал. В итоге через мобильное приложение мне удалось вызвать такси, и за три минуты оно подъехало к бару. Взяв Андрея под руку, я повёл его к выходу, но двигались мы настолько медленно, что мне казалось, будто мы стоим на месте часами. Неудивительно, я ведь тоже далеко не трезв. Доковыляв до машины, я посадил его в салон, однако тут нарисовалась ещё одна проблемка… Почему-то я предполагал, что он живёт где-нибудь неподалёку. Но я ошибался – его дом находился на другом конце города. Правда, на повал меня сразило другое: внезапно мой новый знакомый предложил мне ехать с ним.

– Марк, садись тоже. Поехали. Мне потребуется твоя помощь.

Взвесив все за и против, я почему-то решил поостеречься и отказаться от столь заманчивого предложения, хотя время уже было позднее, а переночевать негде:

– Нет, спасибо, у меня ещё есть кое-какие планы…

– Какие планы?! – недоумевающе воскликнул он. – Ты в стельку пьяный, как и я! Твои планы явно либо неразумны, либо до них ты не доберёшься. Погляди лучше на себя: лицо опухшее, глаза в разные стороны, нос разбит, рубашка вся в крови… Я, конечно, не заставляю, но ты бы мне здорово помог, если поехал бы со мной в машине…

– Но…

– Да тащи ты сюда уже свою задницу, Марк!

Его последние слова звучали безотказно. Помнится, мой отчим говорил нечто подобное. По-моему, он даже произносил точно такую же фразу. Для него это было в порядке вещей – обозвать меня как-нибудь, унизить. Он вообще отличался неадекватным поведением. Вы бы видели, как он раньше обращался с моей матерью. Однажды за его выходки я ему хорошенько вмазал – с тех пор (прошло около полугода) я не заявлялся домой и жил у Насти, ведь тогда её родители подарили ей целую квартиру. Мой отчим работает в полиции – руководит подразделением ОМОН. Если бы его сослуживцы знали, как он по пьяни себя ведёт, то наверняка запекли бы за решётку. Поначалу, когда он только-только появился в нашей с мамой жизни, то выглядел приличным и хорошим человеком. Со временем же он почувствовал, что имеет некую власть над нами и стал вести себя как мразь. Его приступы бешенства, которые случались после первых стопок водки, пугали. Я рос и всё чаще переносил крики, удары кулаков по столу, разбитую посуду с раздражением. Сперва я терпел – мама просила. И всё же не выносимо было видеть, как очередной раз, придя с работы, он срывался то на меня, то на мать. Последней каплей стал случай, когда он дал себе волю трогать маму, которая не могла постоять за себя. Услыхав стоны матери, я направился из комнаты на кухню и увидел, как она пытается отстраниться от него: он, сидя за столом, крепко держал её за руку и скручивал. Набросившись на него, я успел ударить его несколько раз, пока мама не сказала перестать. В тот же день этот козёл выставил ультиматум: если подобное ещё раз повторится, то он выкинет нас на улицу из своей квартиры. Пришлось пожертвовать собой: я ушёл добровольно, прихватив все свои накопления и поставив перед отчимом условие: чтобы он больше никогда не смел трогать мать. Я созваниваюсь с ней пару раз в неделю и, слава богу, никаких жалоб от неё не слышу. Надеюсь, у неё всё в порядке.

Мы с Андреем уже подъезжали к его дому на такси. Когда настало время расплачиваться за поездку, оказалось, что таксисту нельзя перевести деньги онлайн, поэтому пришлось расплачиваться наличными. Хорошо, что у Андрея при себе был кэш. Странный водитель с лицом маньяка взял наличные и, проговаривая что-то сквозь зубы, протянул сдачу мелочью. Ну и руки у него были… Сухие, холодные.

Затем он закрыл дверь и выехал на своём ниссане на проезжую часть. Жёлтые номера 243 удалялись всё дальше и дальше, пока я в забвении стоял и понимал, что нашёл удачное место для ночлега. Если бы не мой новый знакомый, я бы, наверное, ночевал на улице.

Когда мы зашли в квартиру, расположенную на восьмом этаже невзрачной шестнадцатиэтажки, я не то, чтобы сильно удивился увиденному, но растерялся точно. Конечно, предполагалось, что раз Андрей живёт один, то внутри будет не прибрано, однако такого беспорядка я не ожидал.

Оправданием, наверное, послужит лишь тот факт, что в квартире её хозяин появлялся довольно редко. Скопившаяся по углам пыль, немытые чашки с кофе на столе, разбросанные на диване футболки – ещё пол беды. А вот заваленный барахлом балкон, на который даже нет возможности выйти покурить, вонючий и грязный туалет, какие-то следы, оставленные обувью, вызывали омерзение. Нет, даже будучи холостяком, я бы не запустил свою хату до помоечного состояния, хотя судить об этом сложно: один я ещё никогда не жил. Просто с детства я считался хозяйственным парнем: мыл посуду, когда мама просила, а повзрослев, мыл полы по требованию Насти в её квартире, когда она ссылалась на головную боль… В общем, под манипуляциями женщин всё у меня выходило складно, ведь, в конечном счёте, я всегда получал какое-никакое вознаграждение: от мамы – вкусный ужин, а от бывшей – бурный секс. Ладно, не всегда получал. Если быть точным, почти никогда. Наверное, я просто грёбаная бета-личность.

Пока я разглядывал «апартаменты» и размышлял о трудностях одинокой жизни, Андрей скинул вещи с дивана, разложил его и уселся за грязный стол, на котором не сосчитать кругов, оставленных после разлитых чашек с кофе.

– Марк, спать будешь здесь, – он указал на разобранный диван левой рукой, которая еле-еле поднялась из-за бессилия её владельца. – Садись пока, поговорим.

– Может, спать пойдём? – старался уговорить я его, так как боялся спонтанных разговоров поздней ночью подшофе.