Прицел наведен

Одри вздрогнула от вибрирующего телефона в её руке. Она прошла в свою комнату, тихо закрывая дверь, и ответила на звонок с незнакомого номера.

– Слушаю.

– Одри, доброе утро, – прозвучало в трубке, и она узнала низкий голос Гранта.

– Мистер Гарсиа, что-то случилось? – спросила Одри, ведь он никогда не звонил ей лично и общался лишь с её отцом.

– Выгляни в окно.

Одри в непонимании насупила брови, поспешно продвигаясь к окну и отодвигая голубую штору. Она посмотрела вниз. Перед её домом стоит темно-синий кабриолет Гранта, который вчера заглох на полпути к клубу.

Одри уставилась на Гранта, который вальяжно помахал ей рукой и приподнял брови.

– Что это значит? – спросила она.

– Сегодня наш сеанс пройдет не у тебя в комнате. Ты засиделась на одном месте, где накопилось уже слишком много негатива.

– Нет, я никуда с вами не поеду, – быстро ответила девушка, замечая, как легко её можно напугать. Сердце, кажется, сейчас уйдёт в пятки, а дыхание остановится.

Одри скривила губы, когда услышала на другом конце провода хриплый смешок Гранта. Он издевается сейчас? Разве можно так реагировать на страх пациентки?

– Вам доставляет веселье мой испуг?

– Да, – честно признался он, не заморачиваясь оправданиями.

– Ох, рада за вас, – обиженно бросила Одри, закрывая резко шторы, не обращая внимания на то, что чуть не сорвала их с петель.

– Одри, что, по-твоему, я намереваюсь с тобой делать, если ты так боишься сесть со мной в машину? – спросил он, и Одри всё ещё слышала по тону его голоса, что он ухмыляется. Видимо, очень забавная она пациентка, если так поднимает ему настроение.

– Вы, в первую очередь, не женщина, – проговорила Одри объясняя свой страх, хотя и сама полностью была уверена, что Грант Гарсиа не будет опасен для неё.

– Да, спасибо, что заметила, – проговорил он, потешаясь над ней.

– Компания мужчин доставляет мне неудобства.

– Думаю, в первую очередь я твой психолог.

– Ну знаете, – недовольно начала Одри, слегка повысив голос. – Не внушаете вы мне как-то спокойствие, которое присуще квалифицированным психологам.

– Может, стоило подумать о замене психолога? – проговорил он и, получив в ответ лишь молчание, широко усмехнулся. – Ты нуждаешься в суровом подходе, Одри. И я идеален для того, чтобы излечить тебя грубостью.

Одри возмущенно фыркнула:

– Как ужасно звучит!

– Я не стану врать, что грубость мне не присуща.

– По-моему, кроме грубости, вы ничем не пользуетесь, – бросила язвительно Одри, закатив глаза.

– Ну почему же? – мягче проговорил он. – Я бываю очень нежным.

Одри замолчала, уставившись в окно через небольшую щелочку между шторами. Черт, ей показалось, или это, и правда, прозвучало очень соблазнительно. Сложно представить, какая была бы её реакция на его чарующий голос, если бы она не испытывала отвращение ко всему, что доносится из уст мужчин.

– Куда вы собираетесь меня отвезти?

– Увидишь. У тебя десять минут, – закончил он, не давая ей недовольно ответить. Грант отключил вызов и уставился на её окно.

Одри отскочила, когда почувствовала его пылающий взгляд. Ох, он прожигает её глазами, даже через такие преграды, как стекло и толстые старинные шторы.

Девушка в полной безысходности посмотрела на часы, засекая десять минут, которые дал ей этот ужасный психолог.

Глава 4

Положив в небольшую коричневую сумку газовый баллончик, Одри вышла из комнаты. Этот баллончик был с ней и в ту самую ночь, но воспользоваться она им не смогла из-за невероятно крепкой хватки тех ублюдков. Они не дали ей даже рот открыть, не то, что нарыть баллончик в своей хоть и маленькой, но содержательной сумочке.

– Милая, ты куда? – спросил Билл, скрестив руки, когда дочь обувала босоножки на низком ходу.

– Папа, не знаю, как я согласилась, но мы с мистером Гарсиа едем на сеанс в другое место, – ответила Одри, откидывая непослушные локоны за плечо.

– Почему я узнаю об этом только сейчас?

– Не начинай. Это ведь мой психолог, нечего бояться, – неуверенно проговорила Одри, ведь казалось, что это вовсе не её голос. Она жутко боится Гранта. Хватает лишь одного его ледяного взгляда, и она готова бежать куда подальше и прятаться, словно от злого духа.

– Будь осторожна. Быстрее возвращайся, – поучительно сказал Билл, провожая дочь за порог. – Держи телефон рядом, включи громче звук.

Грант словил взгляд Билла Уайта. Он не нашел сил искренне улыбнуться. Его улыбка выражала явно не дружелюбность, скорее открытую враждебность.

Билл в непонимании насупил брови, заметив коварный вид Гранта Гарсиа.

Грант вышел из машины, с улыбкой встречая Одри. Выглядит она не так, как при начальных стадиях их общения. Тогда она скорее была похожа на эдакого мальчишку, в спортивных домашних штанах на два размера больше, старой вязаной кофте, а волосы были безобразно спрятаны в пучке. Сейчас же Одри Уайт одета в милое оранжевое шифоновое платье до колен, а рыжие распущенные волосы разлетаются в разные стороны на ветру. Теперь Грант понял, почему его люди решили взять эту красавицу силой, вместо того, чтобы просто подстрелить.

– Выглядишь прекрасно, – улыбнулся он, открывая возле неё дверь своей машины.

Одри благодарно улыбнулась от легкой неловкости. Нет, дело не в комплименте, а в том, кто его произнес. Из уст Гранта Гарсиа всё звучит сексуально, а это ей сейчас до глубины души противно.

– Билл, не переживай, – улыбнулся Грант, слегка поднимая лукавые глаза на копа. – Думаю, уже можно перейти на «ты».

Грант, не ожидая ответа, сел в машину и сдал назад, выезжая из двора дома Уайт. Он не переставал улыбаться, замечая некое волнение на лице Билла. Пусть изводится, его тревога за дочь лучшее наказание за то, что он набрался смелости начать тайное расследование и по сей день пытается найти лидера Блокады.

Одри нервно сглотнула, уткнувшись взглядом на дорогу. Зачем же она согласилась и сама себе преподнесла новые мучения? Она зареклась, что не подпустит ни одного мужчину ближе, чем на десять шагов. Она ведь поклялась, что так и будет, но вместо этого, сейчас сидит в одной машине со своим жутко пугающим психологом и едет кто знает куда. Почему Грант Гарсиа так авторитетно на неё влияет? Она буквально не может пойти против его слова. Ему бы руководить не ночным клубом, а чем-то мощнее, ведь доминирование это явно его профиль.