Приманка

Лицо наклонилось к нему, и он почувствовал, как кто-то ласкает всё его тело: руки спереди и руки сзади, пока вся его одежда не оказалась расстегнута или снята, и он чувствовал себя более свободным, гибким, ему было хорошо с этим незнакомцем, покрывающим поцелуями всё его тело. Следуя музыке, ни о чем не думая и не желая думать, позволяя направлять себя, указывать, что и как делать, Ноэль окончательно отпустил себя.

22

— Вставай! Тебе нужно уходить!

Ноэль перевернулся, чувствуя под собой опилки. Кто-то тряс его за плечо. Он неуверенно сел. Музыка и тела исчезли. Тишина. Пустота. По-прежнему тускло светили красные огни. Кто-то с тревожным видом склонялся над ним, встряхивал его, заставляя проснуться и повторяя, что ему нужно уйти.

— Это твоё? — мужчина протягивал ему скомканную измятую тряпку, которая развернулась в смутно знакомую рубашку. Он опустил взгляд. Брюки были на нем, пояс расстегнут. Господи! Похоже, он уснул прямо на полу. Куаалюд, который ему дал Ларри, в конечном счете, его все-таки вырубил.

— Давай, — поторопил мужчина, выпрямляясь и протягивая ему руку. — Вставай. Ты должен уйти.

Он помог Ноэлю подняться и даже надеть рубашку, не переставая требовать, чтобы он поторопился, и озираясь через плечо, как будто в комнате был ещё кто-то. Но Ноэль никак не мог полностью стряхнуть с себя дремоту. Он чувствовал, что может уснуть в любой момент, в любую секунду, но попытался сделать то, чего от него хотят, выговорив наконец заплетающимся языком:

— Который час?

— Не знаю. Шесть. Семь. Утро. Давай, застегивайся. Ну давай же!

— Где моя куртка? У меня была куртка, — с усилием припомнил Ноэль и оглянулся в поисках пропажи. Пол был усеян опилками вперемешку с окурками, раздавленными пивными банками и пластиковыми стаканами, использованными разломанными капсулами амилнитрита. Что это за груда одежды в углу? Наверное, его куртка там.

Мужчина дернул его за руку.

— Её там нет. В гардеробе. Ты её сдал.

Ему пришлось проводить Ноэля к гардеробу. Там оставалось всего две куртки, одна из них — легкая ветровка Ноэля. Надевая её, он услышал вой сирен.

— Они тут, — сообщил другой мужчина, заглядывая в комнату.

— Чёрт! Нужно его вывести!

— По лестнице, — предложил второй.

— Быстрее.

Ноэль едва успел открыть дверь на лестницу, когда навстречу ему начали подниматься двое полицейских.

— Это кто? — спросил один, заталкивая Ноэля обратно в дверь и дальше, в зал. — Кто здесь управляющий?

— Я помощник управляющего. Рид, — откликнулся тот, что будил Ноэля.

— Кто это? — снова спросил полицейский, кивая на Ноэля. — Куда это он собрался?

— Просто парень, он тут отрубился. Я хотел его выпустить.

— Задержите его. Все остальные, оставайтесь на своих местах.

— Нас тут всего трое, — сказал Рид.

— Да? Ладно, давайте-ка посмотрим, что там у вас.

Он обернулся к Ноэлю:

— Вы двое, стойте здесь.

Ноэль сполз по стене на пол, глядя, как двое полицейских идут за Ридом в большую комнату, где его разбудили.

— На-ка, возьми сигарету. Авось, поможет проснуться, — сказал второй служащий, Джерри, раскуривая им обоим по сигарете. Он казался испуганным и нервным.

— Что это? Рейд? — спросил Ноэль.

— Нет. У нас не бывает рейдов. Хуже.

— Что?

Рид и полицейские вернулись, переговариваясь о чем-то в стороне, так что Ноэль не мог разобрать слов. Тот, что был покрупнее, громко спросил, где можно найти телефон и направился к стене возле барной стойки.

Второй коп, помладше и постройней, с длинными светлыми волосами был настроен более благожелательно. Он обратился к Ноэлю:

— Хреново выглядишь.

— Кто-то вчера подсунул мне транквилизатор. Что случилось?

— Парня зарезали. Вон там, — он указал на другую комнату. — Серьезно поработали.

— Насмерть? — спросил Ноэль, уже зная ответ. Сквозь туман в голове он вдруг осознал, что было в той горе тряпок, к которой Рид не дал ему подойти.

Второй полицейский говорил по телефону и говорил громко. Его слова ясно доносились до того места, где они стояли.

— Да, по полной программе. Гениталии отрезаны. Горло перерезано. Наверное, выполз из уборной, где это, похоже, произошло, в другую комнату, к людям. Возможно, захлебнулся собственной кровью. Нет. Оружия нет…

К Риду:

— Вы ничего не нашли?

Снова в трубку:

— Нет, ничего… кто знает… возможно, это тот же псих, который убил остальных. Тут было темно. Много народу. Ничего сложного.

Ноэль начинал стремительно трезветь. Он мирно спал, убаюканный наркотиками, в нескольких метрах от того места, где этот бедняга захлебывался собственной кровью! Всего в нескольких метрах. И как долго он там был? Несколько часов?

Из маленькой комнатки появился Рид с дымящимися чашками в руках. Запахло кофе. Он предложил одну Ноэлю.

— Нужно было поторопиться, — прошептал он, пока Ноэль делал глоток.

— Установили личность? — крикнул тот полицейский, который говорил по телефону.

— Мы его знаем, — ответил Рид. Другой служащий кивнул.

Полицейский поговорил ещё с минуту и подошёл к ним.

— Мне нужно полное опознание, со свидетелями. Пошли.

Заметив колебания Ноэля, он сказал:

— Ты тоже. Идём.

В большой комнате свет не горел, приподнятые закрашенные окна пропускли в комнату серый дневной свет. Зал казался сырым и теплым. Ткань с головы и торса жертвы была откинута. Труп скрючился на полу: одна рука откинута в сторону, другая под телом. Черные густые локоны забрызганы кровью, как и лицо, грудь и плечи покрыты пятнами засохшей крови, похожими на слюнявчик, шея казалась одним красно-коричневым месивом.