Притяжение

– Какую максимальную скорость развивает ваш корабль? – спросила я тельмана.

– Он может перемещаться со скоростью света. Вы уверены, что справитесь с управлением? – скептически спросил Теар.

– Вот сейчас и проверим!

Я перешла на ручное управление, полностью отключив автоматику. Это означало, что ошибок быть не должно, теперь полет полностью в моих руках. Тельман сильно удивился, но не стал мне мешать.

Я рванула с места, переходя сразу на максимальную скорость. Моих пассажиров от такого трюка вдавило в кресла. Корабль меня слушался.

Адреналин у меня зашкаливал. Если за моим полётом наблюдали с Атлантиса (а в этом я уверена), то увидеть можно было лишь, как корабль исчез через мгновение.

Через 40 минут полета стал виден пояс метеоритов Желтой планеты. Я направила корабли именно туда.

– Вы уверены, ниса[2] Аурелия? – обратился ко мне настороженный Теар.

– Уверена!

Я начала лавировать между метеоритами. Через двадцать минут такого бешеного полёта я вывела корабль из зоны метеоритов на безопасное расстояние и зависла.

Тельман вытер пот со лба.

– Теперь ваша очередь, - предложила тельману полетать я.

Тельман молчал, видимо, приходил в себя от моего полета.

– Или мы возвращаемся на Атлантис?

Теар моему предложению обрадовался, поскольку понял, что, вряд ли, сможет меня удивить.

– Ниса Аурелия, будьте добры доставьте нас на Атлантис сами, - с улыбкой предложил тельман.

– Тогда держитесь!

Вновь стартанула с места со сверхзвуковой скоростью, разгоняясь до максимума, а через сорок минут замедлилась неподалёку от Атлантиса. Я была уверена, что Ник никуда не уходил со смотровой площадки, поэтому решила удивить и его. Я плавной траекторией стала выписывать его имя прямо перед иллюминатором смотровой площадки. Тельман немного удивился манере полета. Закончив выписывать буквы, я объяснила:

– Тайное послание мужу, который сильно волнуется, - и мило улыбнулась.

Тельман улыбнулся в ответ и повернулся к Рафаэлю:

– У вас отличная семья, хану[3] Веллиус, а с дочерью вам несказанно повезло.

Повернувшись ко мне, Теар сказал:

– Запрашивайте разрешение на вход в рукав, ниса Аурелия.

Я сделала запрос на вход в рукав, ответ получила незамедлительно. Вошла в рукав, а затем уверенно припарковала инопланетный корабль на место.

Система поблагодарила меня за полёт. Когда я обернулась на Рафаэля, он был немного бледен, но доволен. Ни одного тельмана сегодня я удивила!

Выбравшись из корабля, Теар сопроводил меня и Рафаэля к Нику. По лицу Ника я поняла, что моё послание он получил.

– Кано[4] Веллиус, - сказал тельман, обращаясь к Нику, - я готов подписать с вами договор. Встреча через два часа в зале заседаний. Попрошу присутствовать нису Аурелию при его подписании.

Ник просиял. Если он и хотел отчитать меня за сумасшедший полёт, то после этих слов просто не посмел это сделать. Произвести впечатление на тельмана не просто, но у меня получилось!

Рафаэль отвел меня в сторону и сказал:

– Сегодня ты превзошла своего учителя!

Для меня это были самые нужные в тот момент слова.

Мы втроём отправились из ангара домой, по пути мы расстались с Рафаэлем, который тоже должен был подготовиться к встрече.

Ник меня обнял и спросил:

– Что ты выделывала в Космосе, озорница?

– Удивляла тельмана.

– Как?

– Сначала стартанула с места на сверхзвуке и перешла на максимум, а затем прокатила его в потоке метеоритов.

– А что ты сделала под конец? Что за танец?

– Написала тайное послание тебе. А ты разве не понял?

– Понял, спасибо, - сказал Ник и чмокнул меня макушку.

Глава 26

На официальную встречу по подписанию соглашения я оделась в строгий брючный костюм и удобные лодочки. Мои ноги начинали ныть при мысли о шпильках. Я собрала волосы в строгий пучок. Ник тоже оделся по-деловому. Мы гармонично смотрелись вместе, хотя я была ниже мужа сантиметров на сорок.

Мы пришли в зал заседаний первыми, затем подошёл Рафаэль. Он усадил меня рядом с собой. После подтянулись заместители Ника, финансовый директор и, наконец, тельманы все вместе.

Слово взял Теар. Он выразил благодарность за тёплый приём. Сообщил, что заключением этого договора все обязаны мне. Если бы я не оказалась таким активным общественным деятелем и высококлассным специалистом по малым летательным аппаратам, то в подписании договора с Атлантисом они, скорее всего, отказали бы, поскольку не в их правилах сотрудничать с беженцами из низших рас.

Но именно я показала и доказала ценность человечества. Для тельманов я являюсь наглядным примером мирного сосуществования разных народов.

После этих слов я поняла, что он точно знает, что я «слегка» не человек.

Мне все зааплодировали. Я, конечно, очень засмущалась такому вниманию.

После такой торжественной речи последовало подписание договора.

А в конце меня снова ждал сюрприз!

Слово снова взял самый главный тельман:

– Я очень сильно впечатлен мастерством нисы Аурелии, что решил преподнести ей персональный подарок от нашей делегации. Я отдаю вам в дар малый летательный аппарат своей супруги в знак признательности за прогулку и восхищения вашими профессиональными умениями. Так легко справиться с кораблем на максимальной скорости под силу не каждому взрослому мужчине, а маневрировать не снижая скорости в экстремальных условиях – это предел мастерства.

Все тельманы встали и захлопали в ладоши.

Я была поражена такому широкому жесту. Глядя на тельманов, хлопать стали все присутствующие.

Словно во сне, я поблагодарила тельманов за такой дар и оказанное доверие. Затем тельманы сообщили, что покинут Атлантис завтра утром. Самый главный тельман с супругой пригласили меня, мужа и ОТЦА, последнее слово было выделено особо, посмотреть и принять дар. Мы договорились встретиться в ангаре через 30 минут. Нам всем нужно было переодеться для осмотра корабля. В брючном костюме и лодочках на корабль забраться сложно!

Мы снова отправились в ангар. Мой дар оказался совершенным! Это был миниатюрный, по сравнению с другими, аппарат блестяще зеленого цвета. Он как никак лучше подходил мне. Без посторонней помощи я с лёгкостью подтянулась и оказалась у люка. Жена тельмана и он сам сопровождали меня внутрь. В салоне корабля было уютно и достаточно просторно для такого малыша. Аппарат был рассчитан на двоих: на одного пилота и пассажира.

– Садитесь в кресло, ниса Аурелия, нам нужно перепрограммировать систему, - сказал Теар.