Приват
Шрифт:
Дождь на окном не прекращался и в ансамбле с огнём, который резвился в камине, навевал необычную атмосферу.
Позади раздались тихие шаги. Александр сел на диван и поставил чашку с кофе на рядом расположенный столик.
— Скучаешь?
— Нет. — Не оборачиваюсь, но почему-то пламя перестало волновать меня.
— Надоело мое общество? — голос спокойный, в нем нет больше того холода, только легкая усталость.
— «Твоё общество», весь день просидело в кабинете, поэтому нет — не надоело. — Прозвучало немного резче чем мне этого хотелось.
Оборачиваюсь.
Алекс сидел расслабленной
Жарко. Очень жарко. Снимаю с себя худи оставаясь в укороченной майке на тонких бретельках, она так же учтиво была спрятала в пакете с одеждой, которую мне принесли утром.
— Тебе идёт этот цвет. — Указывает пальцем на худи.
— Да, спасибо за одежду. — Поднимаюсь с пола и иду к нему на диван. Почему меня не особо нравится сидеть у его ног, пусть это даже так и не кажется.
— Как дела? О Севе что-то слышно? — сажусь на противоположную сторону как можно дальше, но дальше не получается, диван не настолько большой. Снова притягиваю к себе ноги. Наверное это какой-то психологический трюк и на подсознании, я хочу закрыться ото всех.
— Нет. Я почти на сто процентов уверен что он мёртв. Был бы я на месте Мира, я бы его убил.
Во рту пересыхает и кроме рваного выдоха больше ничего не могу выдавить из себя.
— Он крыса, — продолжает мужчина, — даже не смотря на его благие намерения. Бегает от одного к другому, вместо того чтобы быть верным и вправить мозги тому, с кем шёл рука об руку.
Он так просто говорит об этом, будто мы обсуждаем погоду за окном.
Хочется пить. Хочется избавиться от этой сухости во рту.
— Можно? — Без задней мысли пододвигаюсь ближе к Алексу и тянусь к его чашке.
Мужская рука ложиться на мою талию и я чувствую, как от его касаний по телу разливается жар. Сумасшедший контраст — он внешне соткан изо льда, но от прикосновения горячей ладони, кажется останутся ожоги.
— Что ты делаешь? — задаю вопрос не в силах поднять взгляд. Мне бы удержать равновесие.
Его рука перемещается на плечо и пальцы цепляют бретельку. Тянет вниз.
— Я не шлюха, Саша… — сажусь на ступни и кладу руку ему на грудь. Отталкивая, отстраняя. Не реагирует.
— Я тебя никогда не считал такой. Повторюсь: все что я говорил при первой нашей встречи — это было адресовано Мирану. Я выводил его на эмоции, не тебя.
Больший палец гладит обнаженное плечо, успокаивая.
— Я не больной ублюдок, Кира. Я остановлюсь когда прикажешь… я не принуждаю женщин.
Крупная ладонь ложиться на шею. Прикрываю глаза.
— Почему ты пошла танцевать? — очередная реплика.
— Мне нужны были деньги. Я умею танцевать. Два плюс два.
Цокает языком отрицательно качая головой из стороны в сторону. Пальцы зарываются в волосы и мужчина притягивает меня к себе.
— Я хочу тебя. — Шепчет в губы и не медля ни секунды мажет губами по моим. Закрепляя слова. Нежно, будто спрашивая разрешения.
В этот момент что-то во мне нехорошо щёлкает. Бесспорно я уже воспринимаю его иначе.
Он совсем другой. Незнакомый. Чужой. Но его медлительность цепляет, его нежность — располагает и я сама не замечаю, как впускаю его, напрочь перечёркивая свои слова.
Он конечно не первый встречный
и тем более не заплатит мне за эту ночь, но я сама касаюсь пальцами гладкой щеки привлекая к себе. Сама перебираюсь на его колени.Горячие руки ложатся на мои бёдра придвигая ближе. Пальцы ползут вверх вдоль талии собирая в гармошку тонкую ткань майки, а губы уже исследуют шею, оставляя влажную дорожку от поцелуев, рассыпая мурашки возбуждения.
— Я могу для тебя станцевать… — мужчина замирает от моих слов. Тяжело дышу, не могу собрать мысли в кучу. Я запуталась. От меня ускользнула нить правды в этом запутанном клубке лжи. — Но на больше не рассчитывай… я не могу..
Пальцы разжимаются и его руки падают на мягкую обшивку дивана. Он остановился, как и обещал.
— Станцуй для меня. — Отстраняется заглядывая в глаза.
Он та-а-ак смотрит… так уверенно. Там нет безумной похоти и самодовольства. Там есть восхищение и что-то ещё… на меня так никто никогда не смотрел.
Как только я оказываюсь вне досягаемости Алекса, на мягком ворсистом ковре в метре от мужчины, где холод вмиг отрезвляет пылкие мысли, мозг моментально включается, лихорадочно ища пути отступления.
Нет. Я не могу, в каком бы другом свете мне не предстал этот мужчина, не пойду на поводу его желаний, или своих?..
Разворачиваюсь и быстрым шагом покидаю комнату, мысленно благодаря вселенную, что Алекс это не Мир. От второго, я бы так легко не ускользнула.
28
Миран
Очередная капля крови стекала по скуле и падала на одежду уже не впитываясь. Одежда насквозь была пропитана потом и кровью. Внешний вид избитого до полусмерти мужчины, наводил ужас, но только не для присутствующих. Некоторые получали от этого чистейший кайф, не скрывая, что получают удовольствие калеча чужое тело.
Миран сидел напротив своего сводного брата, вытирая кастет платком. Тщательно проходясь по каждому кольцу, не оставляя кровоподтеков. Своего рода медитация и восстановление внутреннего спокойствия. Потому что на второй день, у Всеволода будто разверзался язык, и он начал нести всякую чушь, все больше склоняя Мирана, быстрее отправить в ад этого мерзавца.
Он ему доверял. Конечно, так обычно бывает когда растут в одном доме, воспитываются одним человеком, а после, возглавив оставленный в наследство бизнес, преследуют одну цель. Мир на самом деле и сейчас сомневался касательно судьбы Севы и его девки. Он подумывал отослать их и чтобы ноги его не было ни в Стамбуле, ни в Питере.
Но Сева оказался глупцом, у которого попросту не закрывался рот. И что он этим хотел добиться? Ведь никто лучше него, не знает Мира.
— Он трахает ее даже сейчас. Он трахает ее пока мы здесь.
Мир замирает, но взгляд по-прежнему устремлён на орудие пыток.
— Вот видишь как легко тебя вывести из себя, — щурится и тут же шипит от боли. Сплевывает на пол кровь. — Одно упоминание о ней и ты моментально превращаешься в сопливого идиота, который дальше ее жопы ничего не видит. Если я провернул за твоей спиной такое, что мешает любому твоему орлу не сдать тебя?